Разбитые небеса (СИ) - Лиходеев Степан - Страница 36

              - Уч… ученого… - прошипел динамик голосом Гоши, и я с огорчением подумал, что радио в таких условиях практически бесполезно. Я щелкнул тумблером, включающий внешние динамики, но в недрах Мародера что-то затрещало и запахло паленым.

              - Да что ж вы такие все криворукие, инженеры блин! – ругнулся я, поспешно возвращая тумблер на место, - Придется воевать без связи, черт побери!

              Мы обошли терминал для пассажиров справа, лавируя между брошенными на автостоянке машинами и вышли на взлетно-посадочную полосу.

              Чужие были там, прямо на взлетном поле. Две химеры рыскали неподалеку от чего-то косматого, густо заросшего сиреневой травкой и судя по форме когда-то бывшего самолетом. Там же увидел третью тварь, которая напоминала гигантскую, метров пять в длину, бесформенную камбалу, с многочисленными отростками и щупальцами, росшими безо всякой симметрии на спине и боках неприятного бело-желтого цвета. Эта тварь грузно ворочалась в гуще сиреневых зарослей, занимаясь своими непонятными инопланетными делами. Химеры держались поблизости, как будто охраняя. Твари заметили нас сразу же, как только мы показались из-за угла терминала и длинными, плавными прыжками устремились к нашей группе.

              Я, ни секунды не колеблясь, навел прицел рельсы на пытающуюся развернуться в нашу сторону «камбалу» и спустил курок. Чего ожидать от химер я знал, а новая тварь была неизвестна, а значит, возможно, таила новые, неприятные сюрпризы. Хлоп! – урановый снаряд попал точно туда, куда я целился, в середину огромного, расплющенного земным притяжением туловища невиданной прежде твари. Попал бы если бы не проклятое силовое поле – ясно видимая глазу пленка заискрила, прогнулась и затрепетала, но выдержала попадание десятикилограммовой болванки из чистого урана, разогнанной до скорости более чем две тысячи метров в секунду! Тварь на попадание отреагировала более чем странно – замерла, поверхность ее тела запульсировала и задрожала, цвет кожи или что там у нее было неожиданно изменился на темно-синий.

              Отчаянно матерясь и слушая шипение и скрежет податчика снарядов, я беспомощно наблюдал, как парни дружно накрыли гранатами несущихся к нам химер, отчего одна сбилась с шага и полетела кубарем, а вторая отпрыгнула назад и, подергиваясь, замерла на пару секунд. Этого времени хватило – Гном длинным, щедрым потоком окатил ее огнем. Визг пылающей твари проник даже под шлем Мародера и окатил животным ужасом – инфразвуковой удар. Горящая тварь вновь бросилась на нас, как будто пытаясь дорого продать последние секунды жизни, но ее дружно встретили в молоты Косяк и Гена. Дружный удар по голове и груди отбросил комок живого пламени на пару метров назад. Тварь, дергаясь и издавая пронизывающий, тонкий визг скребла лапами бетон, но жить ей оставалось пару секунд – парни дружно врубились в тушу острыми клювами своих молотов…

              - Берегись, сейчас плюнет! – донесся до меня отчаянный крик Гены через внешние динамики.

              Я перевел взгляд на вторую химеру и, не раздумывая, разрядил в нее только что перезарядившийся рельсотрон. Стоящую в характерной позе готовности к плевку плазмой тварь как будто поездом снесло. Пленка защитного поля мигнула и с хлопком исчезла, не выдержав попадание десятикилограммового снаряда. Тушу твари отшвырнуло на пару метров, щедро расплескав вокруг оранжевую кровь. На бетон приземлился труп - живое тело мокрой тряпкой не падает.

              Но праздновать было рано – ворочающаяся в зарослях «камбала» наконец развернулась, и я с омерзением увидел ее отвратительную морду, больше напоминающую голову насекомого с жвалами, мандибулами и другими отростками, которым просто не было названия. Тварь мелко завибрировала студенообразной тушей, раздулась и вновь сменила цвет, на этот раз на темно-красный. Распахнулась широкая пасть в которой разгорелся ярко-белый плевок плазменного шара, втрое больше чем те, которыми плевались химеры и плавно устремился к нам.

              Я с тоской слушал шипение пневматики подачи снарядов и как завороженный смотрел на полет плазменного заряда летящего, казалось, прямо в меня. Секунды растянулись в часы, и когда мигнувший зеленым индикатор «рельсы» возвестил об окончании цикла перезарядки, я выпустил снаряд прямо в плазменный сгусток. Урановый снаряд попал точно в плазменный шар и разорвал его, вызвав взрыв и огненный шторм на площади величиной с площадку для баскетбола неподалеку от нас. Мародера уронило взрывной волной и опалило пламенем, так что я не увидел, как урановая болванка, изрядно нагревшаяся и оплавившаяся прошла лопнувшую пленку защитного поля монстра и врубилась прямо в уродливую морду, вминая ее в тело, разорвала ткани, проходя сквозь содрогающееся тело и упокоилась, где-то в глубине огромной туши.

              Когда я сумел утвердиться на подрагивающих ногах, все было уже кончено – туши химер лежали на бетоне не подавая признаков жизни, «камбала» содрогаясь в предсмертной агонии ворочалась в сотне метров от нас.

              - Парни, все целы, раненые есть? – напряженно крикнул я в микрофон, но радио ответило равнодушным шипением–передатчик вышел из строя. Земная техника продолжала проигрывать соревнование с инопланетными приборами, работающими в любых условиях и вообще не ломающихся. К сожалению никакого аналога, нашего радио у чужих обнаружить не удалось, как ими управляли и управляли ли вообще – оставалось загадкой, так что заменить вообще все земные приборы не получилось из-за чего мы постоянно сталкивались с отказами.

              Я глазами пересчитал парней – все на месте, с виду целые. Правда Гоша движется как-то неловко, припадая на одну ногу, а у Витязя Кири правый манипулятор безжизненно висит вдоль туловища, но это сущая ерунда, по сравнению с потерями, которые отряд понес в прошлом бою. А ведь получается, что мы выиграли этот бой всухую!

              «Вот так, мрази, я все-таки научился вас бить!» - с чувством глубокого удовлетворения сказал я и пошел к парням, собирающимся вокруг поверженного исполина. Вблизи тот производил еще более отталкивающее впечатление – безволосая кожа приобрела бледно-желтый цвет и смотрелась как тело утопленника не первой свежести. Я обратил внимание, что в том месте где лазила «камбала» лиловой травки не осталось вовсе – она что, ее ест? Прямо как корова. А химеры – пастушьи собаки? Чужие напали на нашу планету, чтобы устроить здесь выпас? Вот ведь бред какой.

              Я принялся вбивать в «камбалу» заранее приготовленные кошки, раскрывающиеся в теле при обратном движении, которые мы специально приготовили для транспортировки тел чужих.

              - Ты хочешь забрать эту тушу? Да мы сможем ли вообще с места ее сдвинуть? – удивился Гном, глядя на мои манипуляции.

              Я знаками постарался донести до парней, что остался без связи, но да, я хочу утащить на базу и химер и гиганта разом. Совместными усилиями мы зацепили химер и «камбалу» на буксир и попробовали перетащить. Неожиданно тело «камбалы» оказалось вовсе не таким тяжелым, каким выглядела со стороны и четверо парней без проблем сдвинули и поволокли огромную тушу к лесополосе. Гена с Гномом таким же образом зацепили химер и двинулись следом, во главе маленькой колонны шел я, баюкая свой драгоценный рельсотрон, оказавшийся настолько эффективным в реальном бою.

              - И почему мы не взяли с собой какой-нибудь грузовик? – раздался в наушниках раздраженный голос Кири, - Таскаемся с этими тварями как в каменном веке – волоком!

              - Кстати да, почему нельзя взять какой-нибудь газон древний и загнать в Зону? – подхватил его идею Гоша, - Есть же у нас техника без электроники? Карбюраторный какой-нибудь?

              - Мы здесь вообще-то нелегально находимся, если вы не поняли, - недовольно сказал Гном, - И вылазка наша нарушает кучу законов, начиная с закона о военном положении, и заканчивая законом об особом статусе зон отчуждения. Нам надо не на грузовиках здесь рассекать, а быть тише воды и ниже травы, чтоб не встрять по самые помидоры!