Разбитые небеса (СИ) - Лиходеев Степан - Страница 44

              Первую химеру я подстрелил еще до того, как мы подошли к пятиэтажкам – тварь вынырнула откуда-то из гаражей, рядом с домами, замерла на секунду, увидев врагов, и оранжевой кляксой растеклась по кирпичной стене после моего выстрела.

              - Прямо в лоб залепил! – восхищенно воскликнул Киря.

              Я раздраженно фыркнул – в голову твари попал случайно, ибо целился вообще-то в туловище. И это после часов, проведенных на стрельбище! Ладно, спишем это на последствия контузии.

              - Две твари на подходе. Еще две где-то рядом! – напряженно сообщил я, разворачивая Мародера в сторону многоэтажок. В этот момент из-за ближайшего дома послышался слитный женский и детский крик. Так кричат люди, которых рвут на части. Гена, все это время следующий в на своем месте в ордере слева от меня, сорвался с места и бросился на голос.

              - Назад, придурок, вернись в строй! – прокричал я, но мутант только ходу прибавил.

              - Все за ним, строй держать! – прикрикнул я раздраженно и максимально быстрым шагом направил перегруженного Мародера между домов. Гену мы обнаружили возле развороченной и разорванной малолитражки– химера походя вскрыла тонкий металл автомобиля, в которой кто-то пытался укрыться. Сама тварь раздраженно шипя пятилась под напором остервенело размахивающего тяжелым молотом мутанта.

              - Гена, назад, ты перекрываешь мне директрису! – надрывался я, пытаясь выцелить тварь, но мутант, ничего не слыша, пытался достать чужого холодным оружием, позабыв про свой огнемет. Да что с ним такое происходит?!

              Вторая химера появилась на поле боя очень эффектно – спрыгнула с козырька подъезда, приземлившись прямо в нашем строю, разметав бойцов. Радиоэфир наполнился ругательствами, стонами и проклятиями. Применить огнемет или гранатомет было нельзя – тварь бесновалась среди растерянных парней, щедро раздавая оплеухи и укусы, броня Витязей пока не поддавалась, но надолго ли? Впереди Гена продолжал свой идиотский поединок, забыв обо всем, строй развалился окончательно.

              Вишенкой на торте стало появление еще двух химер, вынырнувших с территории детского сада. Просто прекрасно! Ругаясь как сапожник я прицелился и спустил курок. Хлоп – урановая болванка подобно молоту отшвырнула тварь прямо в окно детского сада. В ответ оставшаяся тварь распахнула пасть и плюнула плазмой – огненный шар взорвался рядом со мной. Броню Мародера лизнул нестерпимый жар, волосы под шлемом затрещали и свернулись, взрывная волна в очередной раз за сегодня швырнула меня на стену дома. Многострадальные ребра отозвались новой волной боли, и я застонал, добавив свой мотив в какофонию, царящую в радиоэфире. Бой потерял всякое подобие организации, превратившись в безобразную свалку. Прямо на моих глазах одна из тварей прыжком подмяла под себя Витязя и ударом лапы оторвала голову пилоту вместе с шлемом. Впрочем, радоваться ей пришлось недолго – сразу трое бойцов обрушили на чужого свои молоты, за пару секунд превратив чужого в мешок фарша.

              Гена, к моему удивлению, все еще продолжал свой безумный поединок и даже ухитрился серьезно ранить химеру – тварь припадала на одну лапу, по морде густым потоком стекала оранжевая кровь. Я хмыкнул, прицелился, выждал, пока поединщики в очередной раз разорвут дистанцию, и пристрелил тварь. Гена недоуменно закрутил головой и, осознав, что вокруг него кипит бой, с безумным энтузиазмом берсерка бросился на новую цель.

              Справа от меня рассерженной змеей зашипел огнемет, через секунду по ушам ударил вопль химеры, от которого душа ушла в пятки. Пылающая тварь комом живого огня ударила по нам, расшвыривая Витязей как кегли и, подмяв под себя одного, принялась остервенело его рвать – в стороны полетели пластины брани. В радиоэфире  закричал Сыч, я сам не понял, как оказался рядом с горящей тварью и опустил ей на хребет свой молот. Рядом со мной работали своим оружием другие Витязи, но горящая тварь упорно пыталась выцарапать из железной раковины заходящегося в истошном вопле Сыча. Когда содрогающаяся в предсмертной агонии тварь отвалилась в сторону, перед нами предстала жуткая картина: изорванная сталь, перемешанная с изорванной плотью. Сыч доживал свои последние секунды, страшно хрипя в радиоэфире. Рядом с поваленным грибком на детской площадке троица Витязей с садисткой неторопливостью вбивала свои молоты в пытающую куда-то уползти химеру с перебитыми лапами. Гена, бросив свой молот, разгибал листы металла разорванной малолитражки, в которой нашли свое последнее пристанище женщина с дочерью.

              - Гена, прекрати, они уже мертвы! – хрипло сказал я, подходя к нему.

              Мутант, не слушая меня, извлекал из железного гроба тела и я с содроганием услышал в динамиках всхлипы и рыдание. Гена прижал к себе изорванное тельце девочки и, рыдая, попытался укачивать ее. Безумие происходящего все сильнее давило на разум, я топтался рядом, не зная, что предпринять.

              Ситуацию разрешил Гном, который, подойдя к безумцу, отвесил ему затрещину железной лапой Витязя так, что звон пошел по всей округе:

              - Что смотришь, он жену и двоих дочерей в Челябинске потерял, - глухо сказал он мне и отвесил Гене еще одну оплеуху, - Вот и слетел с катушек.

              - Не надо меня бить, я в норме,- глухо сказал Гена, бережно опуская тело ребенка на асфальт.

              - Какая к черту норма, Гена, ты же нас под удар подставил! – воскликнул Косяк, - Сыча порвали из-за того что ты как лось сюда кинулся!

              - Я как крик детский услышал, так как будто разум потерял, - вздохнул мутант, - Я так хотел их спасти и не успел. Я виноват, простите меня.

              - Встань в строй и держи себя в руках! – устало сказал я, - Еще раз что-нибудь подобное выкинешь – пеняй на себя!

              На поле боя остались лежать два моих бойца: один новенький с позывным Зоб с оторванной головой и один ветеран – Сыч.

              Позади скрипнула подъездная дверь, я стремительно обернулся, вскидывая рельсотрон – в дверях подъезда стояла пожилая женщина с замотанным полотенцем лицом. Из-за ее плеча опасливо выглядывала молоденькая девушка. Я только сейчас осознал, что в окна домов за нашим боем наблюдали десятки людей.

              - Почему вы не собрались и не выдвинулись на точку эвакуации? – через внешние динамики Мародера спросил я у женщины.

              - Мы не успели, - испуганно сказала та, - Мы услышали сирены, потом по радио объявили эвакуацию, но когда мы хотели выйти во дворе появились эти существа… Они убили Свету и Лидочку… ироды проклятые…

              Жещина всхлипнула и перекрестилась.

              - Где объявили точку сбора для эвакуации? – спросил Гена.

              - На проспекте Мира, но там сейчас стреляют, и что-то горит! – женщина показала рукой в западном направлении, откуда поднимался черный дым.

              - Оставайтесь в своих домах, - распорядился я, - Помощь на подходе – из Екатеринбурга идет колонна военных, она обеспечит эвакуацию.

              - Не уходите, Христа ради! – заплакала женщина, - У меня племянница в гостях, мы очень боимся! Пожалуйста, не бросайте нас!

              - Вернитесь домой, закройте окна и двери, здесь небезопасно, - раздраженно ответил я, - Мы не можем взять вас с собой, на улицах идет бой.

              Я повторил эти фразу через динамики, усилив звук еще пару раз, чтоб услышали жильцы окружающих домов, после чего собрал своих и двинулся мимо детского сада дальше на запад на звуки боя.

              Вдруг послышался стрекот лопастей, и из-за крыш зданий выскочила пара хищных силуэтов боевых вертолетов. Винтокрылые машины заложили вираж и устремились обратно, пуская на ходу ракеты. Через пару секунд прилетел ответ – уже знакомая очередь плазменных шаров превратила ведущую машину в огненный шар. Вторая заложила крутой вираж и ушла из-под обстрела на север.