Разбитые небеса (СИ) - Лиходеев Степан - Страница 65

- Я конечно далеко не святой, но все же какие-то принципы у меня есть, - поморщился мужик, - Уж лучше героином банчить чем этим дерьмом.

- Ты о чем это? – удивился я.

- Этот фантомат из людей делают, из мутантов точнее. А ты что, не знал?!

Глава 14 Абалакский монастырь

- Наблюдательные посты здесь, здесь и здесь, - грязный, обгрызеный ноготь Ареса скользил по схеме Абалакского монастыря, - Здесь похоже минные поля, но это не точно. На колокольне стоит крупнокалиберный пулемет, в башенке церкви безоткатное орудие, но место выбрано без ума – много слепых зон. На въезде охрана, человек пять, вооружение легкое – стрелковка и ручной пулемет. На стенах часовые, по одному на каждую строну…

- Ничего не боятся, да? – ощерился Бош, глядя на схему, - Почему вы раньше их отсюда не выбили?

- Ты такой умный, тля, - ощерился в ответ мутант в красном, - У них вот здесь, в Ворогушино прикормлена  серьезная банда, которая никого близко к монастырю не подпускает. А у меня всего три десятка бойцов, кем я их выбивать должен? Да и откуда мне знать было что там такой беспредел творится?!

- Брейк, горячие финские парни, - сказал я, - Одно дело делаем, не надо собачиться! Арес, ты точно уверен, что там людей режут?

- Я в этом уверен на все двести процентов! – завелся еще сильнее мутант из братства, - Потому что видел все своими собственными глазами! У них могильник в километре от монастыря – вот здесь, и каждую неделю туда идут грузовики с телами! С десятками тел! Так они их даже не закапывают, так, земелькой присыплют, а потом их зверье раскапывает и растаскивает, нам даже копать не пришлось! Горелый, там люди, выпотрошенные как селедки закопаны, сотни тел – женщины, мужчины! Это настоящий концлагерь, это фашисты!!!

- Успокойся и возьми себя в руки! – раздраженно сказал я, - Мы здесь для того, чтоб это все прекратить. Теперь давайте думать, как нам взять этот монастырь.

Слова папы Харлея, который так и не представился, подтвердились на все сто. Лаборатория по производству Фантомата – редкого, дорогого и фантастически эффективного препарата, способного поставить на ноги больного раком в терминальной стадии, находилась там, где он указал. И, сюрприз-сюрприз, работала под серьезной крышей какой-то из спецслужб, о чем папа Харлея почему-то не упомянул, хотя, я уверен, он об этом знал. Ну ничего, Земля круглая, еще подкатится.

На первый взгляд объект был защищен слабо. Это если забыть про банду мутантов-отморозков голов в тридцать-пятьдесят, которая оседлала федеральную трассу Р-404 совсем рядом, и про пресловутую серьезную крышу в местных, а может даже и в федеральных спецслужбах. Вот поэтому сидят ребята себе спокойно и в ус не дуют – нет в округе такой силы, которая могла бы их всерьез побеспокоить. Точнее не было до недавнего времени. А кстати, почему я был уверен в серьезности крыши: в монастырь каждые три-четыре дня приходила колонна грузовиков в сопровождении БТР-ов с тщательно замазанными номерами и эмблемами, но на броне сидели солдатики в форме с шевронами погранвойск. А эти ребятки точно были в подчинении у ФСБ. Вот тебе бабушка и Юрьев День!

На светлой стороне силы была горстка мутантов – большие силы тихо и незаметно вызвать не получилось, слишком много глаз пристально наблюдало за передвижениями отрядов Красной Гвардии. Так что всего было у нас три десятка бойцов из местного филиала Кровного Братства, двенадцать бойцов Гвардии без брони и один-единственный взвод Боша, который окружными дорогами и нехоженными тропками ехал к нам целых три дня, и то я был совсем не уверен, что никто глазастый его не срисовал. Вот тебе и вся армия света, понимаешь…

Я отвлекся от невеселых дум и с раздражением услышал очередную свару Боша и Ареса – эти два мутанта «полюбили» друг друга с полувзгляда и не упускали ни единой возможности чтоб пособачиться. Сейчас горячие парни громко спорили на предмет того, в какой последовательности нам нужно бить супостата – разделать ли сначала банду в Ворогушино или сразу наступать на монастырь, или быть может, мочить обе цели сразу. Я посидел, послушал и постепенно понял, что решать придется мне, потому что слово «компромисс» не было знакомо ни одному из спорщиков.

- А ну тихо оба! – рявкнул я, - Я тут посидел, послушал и решил!

И когда оба спорщика изумленно уставились на меня - изложил свой план, простой как три рубля. К моему большому удивлению, возражений не последовало ни от Боша ни от Ареса. Наверное, потому, что идея была моя, а не одного из оппонентов. На том и порешили.

***

- Папа, это Ворон, птичка вылетела из клетки! Как слышишь меня, прием! Повторяю – птичка вылетела из клетки! Эй, меня вообще кто-нибудь слышит?! – прохрипела рация.

Ну наконец-то! Я отложил ложку, взял манипулятор рации, нажал тангенту и ответил Ворону:

- Папа в канале, папа принял – птичка вылетела из клетки. Действуем по плану, прием.

- Понял тебя, папа! – сквозь шипение помех услышал я голос Ворона, - Удач… пов… мы дей… лану…

Я ругнулся и постучал манипулятором по древней, ламповой радиостанции – связь так и не восстановилась. Помехи в радиоэфире в последнее время были постоянно, дальняя связь превратилась в лотерею – ладно хоть принять сообщение получилось, а ведь всего сто пятьдесят километров по прямой!

Красногвардейцы тем временем без всяких команд споро облачались в нательные комбинезоны и запрыгивали в капсулы, в которых как карандаши в стаканах стояли их Витязи. Время от момента получения приказа до полной готовности к десантированию с краулера составляла пару минут. У элитного взвода Боша этот результат был еще меньше. Я неспешно допил чаек и пошлепал из тесного кубрика в грузовой отсек – Мародер был настолько велик и тяжел, что не мог быть десантирован из капсулы как те же Витязи. Мне предстоял медленный и неспешный спуск по специально установленному пандусу через аппарель грузового отсека.

Знаете, что самое сложное в засаде? Ожидание! Сидишь в комфортабельном и теплом мехе, сверху не каплет и можно глотнуть подсоленной воды, благо мундштук торчит у губ, но нервы напряжены так, что можно играть на них как на скрипке. Все десять раз обговорено, парни Ареса сидят сейчас на федеральной трассе в паре километрах от нас, ждут колонну под охраной федералов, и все равно кажется, что не все предусмотрел не все варианты обговорил, не облажаются ли. Черт бы побрал собственный приказ о полном радиомолчании в эфире! Да, все правильно – у противника наверняка есть средства радиоперехвата, но как напрягает отсутствие возможности контролировать и давать ценные указания! Я вздохнул и поменял позу – Мародер шевельнулся и снес деревце с которого спрыгнула белка и сердито на меня зацокала. Мда, я бы сам себя в засаду не взял.

Наконец вдалеке бухнул взрыв, другой – началось! Сейчас парни Ареса фугасами подорвали БТР идущий в голове колонны и принялись обстреливать грузовики. Стрелять должны были неприцельно – так чтоб пули свистели над головой и было очень страшно, но выглядело как набег залетных отморозков. А что делают люди, когда им становится страшно? Они зовут на помощь! Радиоканал, на котором общалась колонна мы вычислили еще в прошлый раз, жаль, что противник вовсю использует скремблеры, но судя по непрекращающемуся скрипу и визгу в канале, вражины сейчас кричат что их убивают и что их срочно нужно спасать.

Минут через двадцать я услышал три щелчка в отрядном радиоканале и возрадовался. Сработал третий, самый удачный для нас вариант развития событий, на который я совсем не рассчитывал – на выручку избиваемой колонне отправились не только бандиты из Ворогушино, но и сама охрана Абалакского монастыря. По большому счету, партия была выиграна, осталось не лажануть на ровном месте.

Колонна «спасателей» подошла к месту засады через десять минут. Без головного дозора, без разведки, просто и тупо перли по трассе – кавалерия мчит на помощь. Край непуганый идиотов! Во главе колонны шла зенитная самоходная установка «Шилка» - серьезный противник для любой слабобронированной цели или даже химеры, следом пылили кустарно бронированные пикапы и грузовики, набитые вооруженными людьми – те самые союзные бандиты. Уехали недалеко – дошли до поворота дороги и вынужденно притормозили перед большой выбоиной в асфальте, заполненной грязной водой. А там уже и мы поздоровались.