Девушка по соседству (ЛП) - Аурелло Лиза - Страница 44

— Тогда мы перестанем видеться друг с другом, — отрезал Роб, — по крайней мере, на время суда.

Теперь Мэл отвернулась в сторону – подальше от его пронзительного взгляда – отклонившись на ее сидении и надеясь, что он скоро уйдет. Его присутствие было подавляющим и вытягивало из нее всю энергию.

— Я уже говорил с прокурором, — продолжил мужчина, потерев ключами от машины бровь. — Ну, сказать, что ей не понравилось, что мы встречаемся… это как сказать, что в аду средние тропики. Она ответила, что наши отношения были бы неудачным обстоятельством в любом деле, но для тебя, Мэл, лучшим сценарием станет, если ты установишь дистанцию с подсудимой незамедлительно. Ну, а если мы продолжим также встречаться? Адвокат защиты порвет меня. Хоть я и не офицер, проводивший задержание, я являюсь ведущим детективом по делу.

— Мне кажется, так как ты на стороне обвинения Джейн и не на стороне ее защиты, доверие к тебе не должно пострадать от встреч со мной. Но неважно. Que sera sera20.

— Это не так работает, Мэлани. Если есть хоть малейший шепоток о неподобающем поведении – что будет рассматриваться как конфликт интересов – это обязательно навредит делу, так или иначе. Мы стараемся не предоставлять никаких поводов, которые могут послужить нарушению процессуальных норм. Все должно быть прозрачно с самого начала и до конца.

Роб замолчал, когда другой посетитель слишком приблизился к их столику, подождав пока парень не пройдет мимо. Как только тот прошел, посмотрел на Мэл долгим взглядом. Мимо внимания Роба не ускользнуло, как оценивающе парень посмотрел на Мэл.

— Я смею надеяться, что ты не встретишь высокого, темноволосого и красивого незнакомца в промежутке времени пока идет судебное разбирательство.

— Большего незнакомца, чем ты? — она усмехнулась. — Это вряд ли. И я надеюсь на то же, кстати. Как я могу знать, что тебя не собьет с праведного пути какая-нибудь большегрудая блондинка, помощник адвоката, склонившаяся над клавиатурой в офисе прокурора?

Его раздавшийся смех напоминал что-то среднее между фырканьем и лаяньем.

— Нам остается только верить, я так думаю, — непринужденно сказал Роб, но затем резко сменил тон, — просто помни, что я не тот, кто выбрал Джейн вместо тебя.

— Нет, потому что Джейн не твоя подруга… и ты не единственный человек на ее стороне в целом мире. И это действительно нечестно с твоей стороны говорить так, Роб, и ты об ютом знаешь. Я не выбираю между Джейн и тобой. Я просто отказываюсь бросать мою подругу. Я бы очень хотела сохранить и тебя. Ты единственный кто настаивает, что мы не можем видеть друг друга.

Он раздул щеки и выдохнул через нос.

— Что я могу поделать? Поставить все дело под угрозу? Я не могу сделать это, Мэлани – ты же знаешь, что я не могу.

— Я понимаю твои обстоятельства, Роб. Просто так случилось, что я верю, что Джейн невиновна, и бросить ее в час чрезвычайной и ужасной нужды будет просто… — она поискала подходящее слово, — …немыслимо. Не считая того, что перед этим была несущая ночные кошмары автомобильная авария, в которой она чуть не погибла. Это невообразимо.

— Да, ей бы следовало подумать об этом прежде, чем она решила пристрелить жену своего соседа.

Казалось, что его раздражение вновь уступило место гневу. Мэл сузила глаза – нах*й все это, подумала Мэл.

— Она этого не делала… и я ставлю годовую зарплату за эту веру.

— Ну, я ставлю свою зарплату на то, что прокурор выиграет в суде.

Роб резко встал, подобрал свою бумажную тарелку, ставшую прозрачной от жира, и сверху бросил свою салфетку.

— Увидимся, Мэл. Надеюсь она того стоит.

Мэлани смотрела, как он бросил свою ношу в мусорку и прошествовал к выходу из пиццерии, и только потом позволила себе уронить голову на руки. Она будет скучать по безмозглому идиоту.

Но Мэл знала, что права она, а Роб был не прав, прося ее об этом. Реальность Джейн была намного хуже, это было вовсе не смешно.

Как она может не помочь Джейн? Бл*ть, зачем вообще заводить друзей, если не собираешься быть с ними и в беде? Мэлани знала, что должна поддерживать Джейн, но не была уверена как лучше это сделать. Часы посещения были с часа до девяти, так что у нее еще было время, но она хотела добраться туда как можно раньше, чтобы Джейн не чувствовала себя абсолютно одинокой. Поговорив с Джейн, она поймет, чем сможет лучше всего помочь.

Мэл сняла сумку со спинки стула и набросила на себя пальто. Пробирающий до костей туманный, серый день соответствовал ее настроению, когда она налегла плечом на тяжелую стеклянную дверь, выходя на улицу.

***

Мэл сидела на потертом пластиковом стуле, ее глаза метались по комнате. Как только она встречалась с кем-то глазами, то сразу же отводила взгляд. Мэл никогда раньше не была в здании тюрьмы, а «Райкерс» была одной из пользующихся самой дурной репутацией. Хоть она и не была знакома с тюремным этикетом, но здравый смысл подсказывал ей, что смотреть на кого-то и быть застигнутой на этом не самая лучшая идея.

Когда она позвонила, ее проинструктировали по поводу дресс-кода, так что Мэл постаралась надеть сдержанный наряд, одев поверх него свой темно-синий бушлат. Некоторым женщинам, которые тоже пришли с визитом, не позволили войти из-за их одежды. Мэл видела, как одна женщина рыдала, потому что она приехала издалека, чтобы навестить сына, а ее не пустили.

Мэл ждала, пока Джейн приведут в комнату для посетителей, и ее разум был занят деталями. Шлакобетонные стены были двухцветными: очень бледный грязно-зеленый цвет сверху сталкивался снизу с цветом хаки. Стулья были пластиковыми, а столы низкими, высотой с кофейный столик. Там было несколько предметов для детей и грудничков в углу – бустерные сидения и прочее. В целом, обстановка была депрессивной как в аду.

Четыре минуты спустя, Джейн появилась в дверном проеме, сопровождаемая женщиной охранницей на голову выше нее. Подруга выглядела такой бледной и крошечной, что Мэлани почти не узнала ее. Сердце сжалось в груди от лицезрения Джейн, с которой случилась такая беда, когда в ее жизни и так уже было много горя за последнее время.

— Привет, сладкая. Как ты? — спросила она Джейн, когда та приблизилась к столу, где сидела Мэл.

Девушка села напротив Мэл и подняла припухшие глаза, набухшие от свежих слез.

— Мэл, они думают я убийца. Я даже не могу защититься, потому что ничего не помню.

— Я знаю, Джейн. Это паршивая ситуация. Ты вспомнила что-нибудь еще за последнее время?

Девушка в ответ потрясла головой.

— Старье, да, много старых воспоминаний. Но недавних… я очень стараюсь. Но ничего больше. Просто небольшие детали… но кто знает? Может быть, они могут помочь в расследовании, ведь одно из них о том, как я была за рулем – может в тот день? Я не уверена и у меня даже нет моей тетради, записать их, когда воспоминания приходят ко мне. Как ты думаешь, сможешь ли ты забрать ее и как-то передать мне или что-то в этом роде? Я не хочу, чтобы тебе пришлось вновь проделывать весь этот путь сюда. Я даже не знаю, как долго мне придется оставаться в этой выгребной яме. Мой отец нанял адвоката. Надеюсь, что смогу выйти завтра вечером, но я не хочу ехать домой. Не сейчас. Я слишком напугана.

— Конечно, я принесу ее тебе. Смогу забрать завтра после работы, но вероятно я не смогу приехать до понедельника. Ты же здесь не останешься так надолго, не так ли?

Джейн попыталась улыбнуться, но улыбка быстро превратилась в гримасу.

— Не знаю, как долго я буду здесь или даже освободят ли они меня под залог. Я не знаю ничего. Но по понедельникам и вторникам не разрешают приходить посетителям. Можешь ли ты как-то передать тетрадь сюда? Я прошу прощения, что стала в последнее время такой ношей, Мэл, с этой автомобильной аварией и теперь вот это.

— Прекрати. Ничего из этого не твоя вина, Джейн. Все в порядке.

— Фитцгиббонс посвятил тебя в детали?