Арбалетчики в Карфагене (СИ) - Безбашенный Аноним "Безбашенный" - Страница 54

Раньше-то они были сами по себе, то бишь у каждой был свой собственный владелец, а для мелкого хозяйства бардак непозволителен. На одной — той, где имелся кузнец — была всего дюжина рабов, включая управляющего и надсмотрщика. Там и обращались с ними совсем иначе, — рабы выглядели сытыми и не задроченными, но работали практически без понуканий. Палка у надсмотрщика имелась, но использовал он её в основном в качестве указки, а там, где дело не ладилось, он не только драл глотку, но и подключался к делу сам, и видно было, что работники его не столько боятся, сколько уважают. Сразу видно, что коллектив дружный, сработанный, и обстановка в нём вполне здоровая. Другое дело, что наш приезд они встретили настороженно, не ожидая от состоявшегося помимо их воли "укрупнения" ничего хорошего. Новая метла ведь по новому метёт. Но мы с супружницей, осмотрев хозяйство, переглянулись, покачали головами и без всяких слов поняли друг друга — в том плане, что ничего менять здесь не будем. Вместо этого просто расспросили управляющего, как верховодил прежний хозяин, политику его полностью одобрили и намекнули, что и новая метла будет мести в основном по старому. Ведь "улучшать" тут — только портить, а это в наши планы уж точно не входило. Что тут улучшать-то?

Мельница нормальная симметричная, на два рычага, инструмент у людей в полном порядке, кузнец своё дело знает — видели уже утром и результаты, а на поле мы вместо жнецов с серпами увидели РАБОТАЮЩУЮ малую жатку! В результате ишак вместо мотора, погонщик ишака в качестве "тракториста", собственно жнец, направляющий колосья на ножи и сгребающий сжатые вглубь ковша, да рабыня, относившая сжатые колосья во двор виллы, ни разу не вспотев, выполняли работу доброго десятка дюжих операторов старого доброго серпа. Три человека и один ишак! При этом они успевали и поболтать, и от слепней отмахнуться, и от длинноухого "мотора" проклятых кровососов отогнать там, где тот собственным хвостом не доставал — никто не надорвал пупок и не перетрудился. Мы с Велией снова переглянулись, покачали головами и поняли, что никаких претензий к данному факту не имеем. Какие в сраку претензии, когда люди дают продукцию? Сумели сделать это, не перенапрягаясь — молодцы, честь им за это и хвала!

На второй вилле, самой маленькой, людей был вообще всего десяток. Особых технических наворотов мы там не углядели, но заметили её специализацию — хлеб и овощи с фруктами здесь выращивались в основном лишь для собственных нужд, а товарную отрасль хозяйства составляли стадо скота, сыроварня и пчелиная пасека.

Поэтому, благодаря малому объёму земледельческих работ, этот малочисленный контингент с делом вполне справлялся. Кое-что резануло глаз своим примитивизмом — например, чрезвычайно убогая маленькая кузница, в которой работал урывками сам управляющий, или ручные зернотёрки вместо нормальной мельницы, на которых рабыни периодически, отложив прочие работы, размалывали зерно для выпечки хлеба на ближайшие дни. Но в целом это не сильно сказывалось на хозяйствовании, а быт виллы был налажен неплохо, и здесь мы решили тоже пока ничего не менять. На обеих виллах, кстати, рабы оказались семейными — рабыни были жёнами рабов, что тоже способствовало благополучию общей обстановки. Основное внимание, таким образом, требовалось уделить хозяйству большой виллы, на которой мы и обитали сами.

Сразу после обеда — уже "дома" — управляющий, даже не дожидаясь моего приказа, предъявил мне к осмотру отремонтированный инструмент. Сделано всё было на совесть, а главное — по уму, даже деревянные части, где хреновенькими были, оказались уже заменёнными на новые, хоть я этого и не приказывал. Видно было, что человек въехал в суть моих требований и в совсем уж мелочной опеке не нуждается. Да и так-то подумать непредвзято, разве назначили бы его управляющим, не знай он своего дела? Просто в этом рабовладельческом социуме всё завязано на хозяина-рабовладельца и всецело зависит от его конкретной личности с её конкретными мозговыми тараканами. Каков хозяин — таковы и его собаки, то бишь управляющие и надсмотрщики. Нравился прежнему "сам процесс", от которого он балдел, ощущая себя царём и богом в одной отдельно взятой усадьбе — ему и организовывали "сам процесс". Новому же, то бишь мне в данном случае — не шашечки, а ехать, и ехать желательно не по колдобинам и без лишнего скрипа несмазанных тележных осей. Соответственно, поняв и мгновенно сориентировавшись, управленческая команда переключилась на рациональное достижение результата. Управляющий, правда, бурчал — не адресуясь ко мне явно, дабы это не выглядело как пререкания с господином, а как бы себе под нос, но так, чтобы я всё-же услыхал как бы краем уха — что люди сделают всю работу, и он совершенно не представляет себе, чем их тогда занять, чтоб не бездельничали и не вызывали этим справедливого хозяйского гнева. Но он сразу же унялся, едва я только дал ему понять, что это моя забота, и к нему у меня из-за досрочного окончания работ претензий не будет.

А замыслов у меня было — громадье, и я с нетерпением ждал, когда же люди высвободятся. Дав управляющему озадачить надсмотрщиков послеобеденными работами для вверенного им контингента, я велел ему сопровождать нас в объездке окрестностей. Нам с супружницей захотелось прогуляться, и я решил совместить прогулку с разведкой окружающей местности и оценкой её ресурсов. Управляющий же требовался как для консультаций, так и для его постепенного ознакомления с моими планами. Будет у человека время, помозгует на досуге, глядишь — ещё и сам мне что-нибудь дельное присоветует, до чего я сам хрен бы допетрил. Были уже подобные случаи на заводе — в той, прежней жизни, и как раз ради этого я тогда всегда старался ознакомить своих работяг с предстоящими сложными работами заранее. Добрая половина оригинальных решений для многих заковыристых проблем придумывалась в результате ими самими или нами совместно, и к началу этих работ, к которым прежде не знали, как и подступиться, в основном уже вырисовывался вполне конкретный план действий — вполне понятных и вполне посильных. Эдакий своего рода "мозговой штурм", только рассредоточенный в пространстве и во времени, дабы каждый мог обмозговать свою часть головоломки спокойно и не торопясь. Это, кстати, ещё одна причина, по которой я ненавижу игры начальства в таинственность предстоящего. Продержат, сволочи, в неведении до последнего момента, да огорошат внезапно, когда времени думать и организовывать работу по уму уже нет, потому как результаты "нужны были ещё вчера". Долбогрёбы, мать их за ногу!

Поблизости от обжитого района вилл лес имел полуокультуренный вид — отсутствовал валежник, явно собираемый на топливо, и виднелись местами финиковые пальмы, явно проросшие из сплюнутых людьми финиковых косточек. Но дальше, по мере того, как дорога поднималась в предгорья, пальмы исчезли, уступив место настоящей дикой растительности. Преобладала среди неё, впрочем, кустарниковая, поскольку настоящий лес был в значительной степени сведён при строительстве вилл.

Где-то с километр примерно мы не видели хороших деревьев, годных для строительства, пока не кончилась хорошая мощёная дорога, перешедшая в накатанную телегами грунтовку. Вот там-то и начался уже полноценный лес, практически не тронутый человеком. Вечнозелёные дубы, дикие оливы, а кое-где даже и атласские кедры, которые от вырубки на строительство кораблей спасла удалённость этой местности от моря. Тем не менее, километр от обжитого района — для сильных, но медлительных волов расстояние немалое. А сколько там у нас тех воловьих упряжек? Даже если со всех трёх вилл мобилизовать, то десяток, не больше. А брёвна ведь тяжёлые, и по одному их возить смысла нет, так что никаких мулов с ишаками, только волы…

Отвечая на мои вопросы, управляющий понял строительный характер моих "тайных" замыслов и заметно приободрился, поскольку проблема занятости рабов после окончания полевых работ этим решалась. Более того, сами рабы этим, вроде бы, ещё и довольны будут. Этого я не понял.