Мэн (СИ) - Мизухара Кристина Ивановна "onix" - Страница 105

Констанция далеко не сразу отошла от такого предсказания. Нет, она не стала осторожней и не принялась озираться по сторонам и прислушиваться к каждому шороху. Но задумалась.

«Memento mori», — звучало у неё в голове. Будучи врачом, со смертью мисс Полл была знакома не понаслышке, но вот чтобы задумываться о ней, этого как-то не приходилось.

«Интересно, что думает об этом Андрей. — Почувствовав, что не в силах выработать у себя какую-то конкретную, определённую позицию, Тэсс сразу же захотелось подсказки от мужчины. — Но вот как сказать ему об этом? Или вообще не говорить?»

Мысли о Андрее успокоили, привычный мир добавил уверенности, а время позволило привыкнуть. Жизнь пошла своим чередом, и дня через три — четыре этот нерадостный прогноз вызывал только покровительственную улыбку.

«Чушь какая-то». — Вдыхала Тэсс полной грудью. А вот совет Повы ей понравился. Тем более, что поводов имелось предостаточно.

Дэни вернулся из Огасты счастливый и довольный. На радостях вспомнил, что обещал ввести Джокасту в местную тусовку, поэтому собравшись с друзьями на футбол в Бангор, прихватил и её. Играли местные «Патриоты» с «Орлами» из Филадельфии. Поскольку теперь все сборы и разговоры происходили у неё на глазах, Тэсс увязалась за молодёжью.

И именно выбирая с Джокастой постеры в ларьке, она столкнулась с Адамом. Он был вместе с одним из своих племянников и примерял мальчишке бейсболку. Мужчина тогда ничего не сказал, а только молча проследовал мимо, бросив на Тэсс злой пренебрежительный взгляд.

А этим же вечером, уже почти ночью, в дверь маминой квартиры позвонили. Матисс был дома, в своей спальне спал Дэни, у них ночевала Джокаста, оставшись после матча на пижамную вечеринку, поэтому Тэсс, даже увидев в глазок своего бывшего ухажера, открыла без особого страха.

И только лишь выйдя с Матиссом за порог, рассмотрела, что Стюарт изрядно пьян. Его ноги подгибались, он уперся одной рукой в стену, а второй схватился за перила лестницы. Девушка тут же принялась запихивать пса назад, потому как тот пьяных не очень жаловал и мог повести себя агрессивно. И как оказалось, она совершила ошибку. Учитель биологии начал предъявлять ей что-то неразборчивое, оскорблять, а когда Тэсс, не желая слушать, собралась уже скрыться в квартире, схватил за руку и вывернул с силой. Она закричала, все сбежались, Дэни с сестрой Джо, под нешуточный лай Матисса за дверью, спустили визитёра с лестницы и вытолкали из подъезда, но запястье всё равно распухло.

Первым делом Тэсс принялась уговаривать Джокасту ничего не рассказывать Андрею.

— Ну вот ещё! — возмутилась сестра Джо. — И отказаться от веселья, как он мистера Стюарта на макароны переработает?! Да ни за что на свете! — встала в пятую позицию «балерина» и гордо вскинула подбородок.

Но «что-то» на свете всё-таки нашлось.

Тэсс потом долго торговалась, предлагая этой пигалице разговор с дядюшкой на тему: «Джокаста Дексен и школа искусств Колумбийского университета», а наедине пообещала уговорить Андрея отпустить с ней в гости к Дэни, в Техас, на Рождество.

Сестра Джо дрогнула, и мисс Полл успокоилась.

Но зато с этого дня мама начала переживать, что дочери грозит опасность, и всё считала дни до её отъезда в Нью-Йорк.

Таким образом, устав от роли местной знаменитости, от маминых причитаний, от жалоб сестры Джо на Андрея, которому совершенно некогда, он даже не написал и не позвонил в её первый день учебного года, да и усадьба уже давно вся свалилась на Элтона, девушка приняла решение: не дожидаясь пока мужчина прилетит за ней, взяла ученический отпуск на два дня раньше и купила билет из Огасты в Нью-Йорк.

Она знала, что он разозлится. Поэтому по прилёту только лишь позвонила, отчиталась и спряталась на пару дней в библиотеке Университета, готовясь к тестам. Ей было действительно, по-настоящему некогда, потому как экзамены предстояли совершенно нешуточные и не имеющие ничего общего с формальностью. Хотя, прожив в этом городе четыре года, Тэсс железно поняла, что чем бы ты здесь не занимался: учился, работал, играл на бирже, рисовал картины, писал стихи или бомжевал, тебе всё равно будет некогда. Таков Нью-Йорк. Даже уже выходя из самолёта в аэропорту, она почувствовала нахлынувшие забытые ощущения от этого города. Её здесь не было, но Нью-Йорк жил своей жизнью, и по её приезду продолжил с того, на чём даже и не думал останавливаться.

«Вот здесь можно закрутить роман и с хозяином «Джо-Мэри», и «Мэри-Джо», и ещё Бог весть с кем». — Девушка уже приготовилась не вглядываться в многочисленные лица коллег по работе, не знакомиться с ними и со случайными людьми слишком близко. Отработала, отучилась и ушла домой. Завтра будет новый день и, скорее всего, новые лица.

Дядюшка в городе не присутствовал. Уехал он, правда, на этот раз не в экспедицию. Сейчас у него кипела работа с первоисточниками и документами — он разрабатывал какое-то новое место, новый маршрут — и именно для этого и укатил в Массачусетс, в Гарвард.

Но когда мисс Полл на второй день поздно, почти ночью, перед самым закрытием вышла из здания библиотеки в Уэстчестере, мистер Дексен уже сидел напротив входа на капоте красивейшей, ярко-красной машины, засунув руки в карманы пиджака цвета очень молочного шоколада.

Это был ОН! Андрей! Тэсс показалось, что она даже почувствовала, как растянулось в улыбке её сердце, и расслышала его слова:

«Ну, что же ты стоишь, глупая! Беги к нему!»

С места, «включив» пятую скорость, счастливица разбежалась и кинулась любимому на шею. Он встал вместе с ней, поэтому её ноги повисли в воздухе.

Только лишь почувствовав её не очень сильные, но такие любящие руки вокруг своей шеи, Андрей вспомнил, что такое зависимость. Настоящая зависимость. Крепкая, жгучая, острая. И то, какое наслаждение он получает от очередной «дозы», только лишь подтверждало всю серьёзность его несвободы.

«Моя», — погладил он её по спине и зарылся носом в волосы.

Тэсс забралась ему в шевелюру на затылке пальцами и, почувствовав кожей его шелковистые, родные волосы, чуть не замурлыкала вслух.

«Господи! Это не похоже ни на что больше в жизни, — уткнулась ему в шею лицом и вдохнула. — А запах!»

Сигареты, улица, офис, кожа сидений новой машины, парфюм, текстиль и ОН собственной персоной. Девушка потянула ноздрями ещё раз и, спрыгнув, отстранилась.

— Больше никогда так не делай, — сказал Андрей вместо: «Привет», и Тэсс сразу поняла, о чём он.

— Буду! — широко улыбнулась она. — Ты же знаешь!

Она смотрела на него и щурилась как на солнце. Всё те же волосы, только уже хорошо отросшие; всё то же бесподобное лицо, от которого спирает дыхание и захватывает дух; всё то же выражение синих глаз с прищуром: умное, проницательное, дальновидное; всё та же ироничная, и в то же время грустная ухмылка в уголке губ — короче, всё тот же любимый Андрей. Самый лучший.

А мужчина любовался не только тем, что ОНА всё та же и даже лучше. Он опять окунулся в её искренность. От неё исходила волна бесхитростности, чего-то подлинного, неподдельного. Мужчина расслабился, обмяк и улыбнулся той самой улыбкой, за которую девяносто девять процентов жителей Голливуда убили бы.

Приподняв тремя пальцами её подбородок, медленно приблизился и принялся целовать, едва касаясь, только лишь слизывая сладость с её губок. А когда Тэсс уже повело от нежности и мягкости, ворвался ей в рот языком и впился так, что у девушки свело судорогой пальцы на ногах. Но и это длилось не долго. Андрей быстро отстранился. Констанция открыла глаза и сама ринулась к нему, кратко и крепко поцеловала и тоже отстранилась, как бы показывая, что вот теперь точно всё.

— Мы едем ко мне, — мягко и нежно прикоснулся он губами к её лбу.

— Вау! Круто! В ледяных пещерах я ещё не была, — подпрыгнула на месте Тэсс.

— Ты меня раскусила, — направился мужчина к пассажирской двери.

— А разве твоя квартира может выглядеть как-то иначе? — уже не очень уверенно предположила девушка, усаживаясь на сиденье.