Возрожденный каратель. Том 2 (СИ) - Чапанов Алексей - Страница 55

За нами наблюдали. Сколько точно, не знаю. Но больше десяти. Зато знаю, откуда. Взгляд шел с той стороны, куда мы направляемся.

Это была ловушка. Темные догадались, что мы побежим к Тропе Великанов, и устроили засаду. Нас загнали, как зверя загоняют в капкан.

— Ван Цзян, — обратился я к крепышу с угрожающим топором.

— Что? — отозвался он.

— Ты хотел там остаться, чтобы сражаться, ведь так?

— Да.

— И я говорил, что тебе, возможно, еще представиться шанс?

Ван Цзян насторожился. Рука потянулась за спину и коснулась рукояти топора. Он вопрошающе посмотрел на меня.

Я кивнул:

— Да. Мы с тобой пойдем и проверим, — я посмотрел на Мин Цзян и Чи Хао: — А вы присмотрите за всеми. Если не вернемся через… пятнадцать минут, забудьте о нас и уходите. На запад или на восток. И не вздумайте останавливаться.

Мы с Ван Цзяном оседлали Верпов и направились прямиком в ловушку.

Они поймут, что мы знаем о ней.

Ну и пусть.

Глава 45. Тень

Пятьсот метров. Триста. Двести. Сто. Я вижу их. Да они и не прячутся. Они знают, что мы знаем, и не видят больше смысла скрываться.

Тридцать человек. В основном в Небесной области и лишь малая часть на пике Земной области. И один среди них — не человек. Туманная фигура из черного дыма. Словно ожившая тень. Со зловещими голубыми глазами стоит поодаль от остальных.

Я не видел ее развития, но по ощущениям эта тень была опаснее всех. Я решил сосредоточить все внимание на ней и оставить заботу об остальных Ван Цзяну. Он второй в молодом поколении. Ему должно быть под силу их задержать. А как закончу с ней, присоединюсь.

Не сговариваясь, мы с Ван Цзяном на ходу спрыгнули с Верпов. Я покрытый слоем стальной брони и он с шипастой каменной кожей. Приземлившись, под ним задрожала земля и с хрустом разошлись кривыми лучами глубокие трещины. У него, конечно, были массивные доспехи, но не до такой же степени. Он что-то использовал, какой-то усиливающий навык.

Ван Цзян поднял двуглавый топор, и дракон зажегся на лезвии ярким оранжевым пламенем. Напряглись мышцы рук. Проступили набухшие вены. Жажду крови испускало все его тело.

Он размахнулся и бросил объятый пламенем топор. Запустил прямо в скопление темных.

Я удивился:

— Зачем он бросил оружие?

Пламя хлынуло из топора, превратившись в дракона. Громко взревев, дракон расправил крылья и хлопнув ими несколько раз, резко остановился в полете. Он выгнул длинную шею назад. Его живот сильно раздулся. И жгучее пламя вырвалось из широко разинутой пасти, усеянной рядами острых длинных зубов. Это было похоже на настоящее дыхание огненного дракона, описанное во множестве легенд. Разрушительное, яростное пламя.

Но, конечно же, это была всего лишь способность его артефактного оружия. И, похоже, она не одна. На топоре три рисунка, а значит, должно быть три способности. Интересно, какой бы ранг присвоила ему система? Редкий? А может, уникальный?

Дракон исчез после того, как выдохнул пламя, и топор упал, воткнувшись лезвием и уходя глубоко в землю.

Сначала на пути дыхания дракона встала земляная стена, однако она быстро разрушилась под напором ревущего пламя. Пламя было слишком яростным, чтобы так просто сдаваться. Затем возник переливающийся как водная гладь голубой барьер. Он оказался более эффективным. Возможно потому, что огонь и вода противоположности друг другу, извечные враги. Но и водяной барьер продержался недолго, превратившись в парящее облако пара.

Тем не менее, дыхание дракона после него почти угасло. Его легко снес поднявшийся следом темный воющий смерч.

Ноги Ван Цзяна поглотило как будто жидкое серебряное марево, и он рванул вперед, выдергивая на ходу топор из земли.

— Куда? Стой!

Я не успел его остановить и он, казалось, меня не услышал, так что я остался стоять на месте и продолжил вливать больше сущности в световое копье. Я надеялся, что он не сразу бросится в лобовую атаку. Это было не слишком-то распространенно среди практиков. И даже я понемногу поддаюсь этому. Все чаще стал полагаться на истинную сущность. Но, похоже, его стиль сражения отличался от большинства практиков.

Я оставил его и начал внимательно следить за тенью. Малейшее движение и я сразу же ее атакую.

Ван Цзян, превратившись в берсерка, влетел в толпу темных. До этого в него попадали всевозможные навыки. Они пытались его остановить. Каменная кожа после попадания навыков отлетала большими кусками. Кровь хлыстала из появившихся брешей в броне. Но ничто не смогло его остановить или хотя бы замедлить.

Грозно размахивая топором, купаясь в крови, своей и чужой, он вырезал темных одного за другим. Слабые Земные практики пали первым, а затем начали умирать и из Небесной области.

В какой-то момент, когда давление на него усилилось, рядом с ним появился каменный голем примерно одного с ним роста и таким же каменным топором, но в обеих руках. Они сражались вместе, спина к спине, прикрывая друг друга. Изредка из земли вырастали каменные руки и хватали за ноги темных, не давая им сдвинуться с места.

У Ван Цзяна было превосходное чувство боя и верное понимание в использовании своих навыков. В чем-то я даже мог у него поучиться.

Части тел разлетались повсюду. Кишки вываливались из разрезанных животов. Треснутые черепа изливали кровь, смешанную с серовато-желтой жижей. Безумная улыбка не сползала с лица Ван Цзяна. Он наслаждался этим. Чем больше он убивал, тем шире становилась улыбка.

— Похоже, у него все под контролем, — заключил я, не смотря на множество ран, покрывающих его тело. Ведь ни одна из них не представляла для него серьезной опасности. Он и впрямь был особенным. Все как сказала Сюин. Ведь далеко не каждый способен сражаться на таком уровне и с таким количеством примерно равных по развитию противников одновременно.

И я подумал:

— Если он всего лишь второй, то тогда на что же способен первый номер? Мин Цзян, я должен увидеть ее в деле.

Световое копье гудело от перенапряжения. Это был предел. Однако я не мог бросить его. Ван Цзян оказался бы в зоне поражения навыка, и он не просто бы пострадал, он бы, скорее всего, умер.

— Подожду.

Если бы тень начала действовать, тогда другое — я бы сделал это. У меня от нее мурашки по коже. Как будто сама Смерть смотрит на меня. Но она за все время даже не шелохнулась. И это было странно.

Я сделал шаг вперед, и словно отражение в чистой воде тень так же сделала шаг, последовав за мной.

— Интересно, — подумал я и решил повторить.

Шаг. Шаг следом. Шаг в сторону. Шаг в сторону. Казалось, тень видела только меня и не обращала совершенно никакого внимания на Ван Цзяна и темных. Она в точности имитировала все мои движения, и ничего больше не предпринимала.

Я уходил в сторону. Тень уходила следом за мной. Я бросил быстрый взгляд на Ван Цзяна, проверяя, как у него обстоят дела. Не слишком хорошо. Врагов было все-таки слишком много для него одного, и стали появляться первые серьезные раны.

Он многих убил, но и сам сильно ослаб под градом атак. А в противниках у него остались сильнейшие. Его голем был разрушен. Он потерял слишком много крови и Среднее Зелье Здоровья, которое я заставил его принять перед боем, уже утратило свой эффект и больше не помогало. Его движения начали замедляться. Его топор и его самого медленно тянуло к земле.

— Потерпи еще немного. Я совсем скоро тебе помогу.

Я тщательно рассчитал расстояние, и когда между тенью и Ван Цзяном стало больше тридцати метров, я резко остановился и бросил в нее световое копье.

Краем глаза я заметил, как вспыхнул феникс на другом лезвии топора Ван Цзяна, и как многочисленные раны по всему его телу начали стремительно заживать. Легкий белый дымок исходил от них. Его движения так же становились быстрее. Это была не просто регенерация. Он восстанавливал силы. Восставал как феникс из пепла.

Обновленный, и даже его сосуд души быстро пополнялся. Голем снова появился рядом с ним, размахивая топорами и прикрывая спину, и снова потянулись из земли каменные руки, хватая темных за ноги и удерживая их.