Злата мужьями богата (СИ) - Лактысева Лека - Страница 6

— Злата, — окликнул девушку Ольгрон. — Могу я рассказать тебе кое-что?

— Расскажи, — согласилась та. — Если только не испортишь аппетит своим рассказом.

— Надеюсь, что не испорчу. — Рыжик вздохнул. — Ты тут, в городе, да и в стране нашей, как я понял, человек новый. Не знаешь никого.

— Ну, да, так и есть, — подтвердила Златка.

— Мы тебе по именам только представились. Но кто чем занимается и какое место в обществе занимает — не рассказали.

— И что-то мне подсказывает, что это неспроста… — прищурила один глаз Злата.

— Да нет. Это не нарочно. Видишь, тут ведь разговор в другую сторону ушел. А сказать я хотел вот что: твой первый муж, Дагрон — глава Магистериума. Верховный маг и первый советник короля. Да и вообще, один из сильнейших темных магов нашего времени.

Злата невольно покосилась на остроухого, который с мрачным видом крошил на тарелку хлебную корку.

— Понимаешь, Злата, — продолжал тем временем Ольгрон, — ты, конечно, Луч Сиятельной и супруга Дагрону, но он привык к более… как бы это сказать… — мальчишка замялся.

— К более почтительному обращению? — пришла ему на помощь Злата.

— Ну да… что-то вроде того… — парень под тяжелым взглядом темного мага почти сполз под стол к концу своей речи.

Злата, видя это, развернулась к сидящему напротив рыжика Дагрону и заговорила подчеркнуто-почтительно:

— Не могли бы вы, досточтимый Дагрон, перестать сверлить своим темномагическим взглядом моего третьего мужа? Боюсь, Ольгрону рядом с вами кусок в горло не полезет. А мне бы не хотелось, чтобы один из моих мужей остался без обеда.

Дагрон оторвал свой гипнотизирующий взор от рыжика, положил на тарелку остатки истерзанной хлебной корки.

— Да, конечно, — проскрипел так, словно ему в горло песку насыпали. Вперемешку с битым стеклом. — Доброго аппетита всем.

Взял ложку и уткнулся в тарелку с супом, которую поставил перед мужчиной незаметно появившийся лакей.

Пользуясь возникшей паузой, Злата и два ее младших мужа тоже заработали ложками. Разговоры разговорами, а день был долгим, и проголодаться успели все. Пока слуга заменял опустевшие супницы чистыми тарелками под вторые блюда, Злата поинтересовалась, обращаясь к смуглому амбалу:

— А ты, мой второй муж, каким делом занимаешься, какую службу несешь?

— Я служу командиром одной из воинских частей в составе армии его величества короля Мейогрона Строедуба.

— И почему я так и думала, что ты, Сандгрон — воин до мозга костей? — улыбнулась девушка.

Воин, похоже, ее высказывания не понял, но на всякий случай улыбнулся в ответ. Его суровое лицо преобразилось, словно засветилось изнутри. И как-то сразу стало видно, что Сандгрон — молодой мужчина. И очень даже привлекательный.

— Тебе надо почаще улыбаться, Санд, — не стала скрывать своего удивления Злата. — Тебе ужасно к лицу вот такая улыбка.

Мужчина смутился, потупился и заалел скулами. Чтобы не смущать его еще больше, девушка вновь повернулась к младшему из трех своих мужей:

— Ну а ты, Ольгрон, чем занимаешься? Кстати, можно я тебя буду называть Ол?

— Ол, — разулыбался тот. — Мне нравится! Я охотник, как и все мужчины моего клана. Могу выследить и изловить любого зверя!

— Надо же, — подмигнула ему Злата. — Ну, сегодня ты славно поохотился. Жену себе поймал.

Тут уж и Ол смутился, покраснел и взгляд в тарелку опустил.

— Да что ж вы такие стеснительные-то? — изумилась Златка. — Будто первый раз замужем!

От этого ее выступления закашлялись все трое.

— Ладно-ладно! — подняла руки Злата. — Признаю, шутка была неуместной. А вот действительно, как тут у вас обстоят дела с расставаниями и повторными браками? Бывают такие?

— Бывают, — взял на себя труд отвечать на новые вопросы любопытной попаданки шкафоподобный Сандгрон. — Женщина может прогнать любого из своих мужей и взять себе другого. Мужчины от жён по своей воле обычно не уходят. Слишком мало шансов, что их еще раз кто-то в мужья возьмет. Если же мужчину одна за другой выгоняют три жены — считается, что он стал не угоден Сиятельной Праматери. Такой мужчина становится изгнанником. У него на щеке выжигают клеймо изгнанного и отправляют в рудники, в каменоломни…

— Ужас какой, — передернула плечами Злата. — Ну и порядочки тут у вас.

— Закон суров, но это — закон, — строго сдвинув брови к переносице, ответил Сандгрон.

— Ну, ты прямо Цицерон! — восхитилась Златка.

— Кто? — не понял мужчина.

— Да это у нас, в моем мире, был такой известный мудрец, — пояснила Злата. — Вот он как раз что-то подобное высказал однажды, а люди веками забыть не могут.

Смуглый красавчик вновь засмущался. Видимо, нечасто его за мудрость хвалили.

Пока обсуждали тему разводов и повторных браков, как раз и со вторым блюдом управились. Незаменимый лакей тут же убрал грязные тарелки, ненадолго вышел, а когда вернулся — Златка чуть в осадок не выпала и очень пожалела, что слишком активно налегала на суп, да и на второе тоже. Потому что на сервировочном столике красовались вместительные креманки с десертами и фруктами, двухэтажные горки с миниатюрными пирожными и вазочки с бисквитами и вареньями трех видов.

— Кто-то явно смерти моей хочет! — воскликнула непосредственная Злата.

Все три мужа тут же оказались на ногах, окружили ее с трех сторон, прикрывая своими спинами. В руках у белобрысого темного мага появился откуда ни возьмись боевой посох. У смуглявого амбала — кривые мечи, ужасно похожие на самурайские катаны. А у рыжего охотника — взведенный, готовый к выстрелу арбалет.

— Нифига себе круговая оборона! — восхитилась Златка. — Але, мужчины! Я вообще-то пошутила. Имелось ввиду, что я столько не съем — лопну!

Настороженные, напряженные мужчины сейчас даже в своих дурацких юбочках с разрезами не выглядели смешными. Злата, ничего не смыслящая ни в боях, ни в бойцах, ощутила какой-то глубинной своей сутью, что перед ней — не мальчишки, решившие поиграть в солдатиков, а опытные, умелые воины.

— Дагрон… Сандгрон… Ольгрон! — стала она окликать мужей по именам. — Отбой тревоги! Все в порядке, угрозы нет!

Мужчины медленно, словно нехотя, расслабились. Неуловимые движения — и все оружие исчезло, словно его и не было.

Рассевшись по своим местам, все трое с немым укором воззрились на возмутительницу спокойствия.

— А я что? А я ничего… — смутилась впервые за весь день Златка. — Подумаешь, ляпнула, не подумав…

Мужчины лишь тяжело вздохнули в ответ. Лакей, на которого мгновение назад были нацелены катаны амбала и арбалет рыжика, забыв о своей невозмутимости, медленно стек по стеночке и тихо, стараясь не шуршать, на полусогнутых направился к выходу.

— Так. Все. Я хочу… вон тот десерт, — ткнула пальчиком Злата, чтобы прервать затянувшееся молчание.

Еще более бледный и хмурый чем обычно эльф молча придвинул девушке желаемое. Она взяла специальную ложечку с длинным черенком. Погрузила ее в глубокую креманку до самого дна. Улыбнулась лукаво. Вынула испачканную кремом ложку и принялась облизывать ее — медленно, чувственно, чуть прикрыв глаза и постанывая от удовольствия.

Десерт действительно имел божественный вкус — неяркий, тонкий, легкий, изысканный… Слизав все до капельки, Злата повторила фокус: окунула ложку в десерт, вытащила и позволила себе наслаждаться вкусом лакомства, а мужчинам — мельканием своего розового язычка и тихими соблазнительными стонами…

3. Не играй с огнем!

Заканчивая слизывать с ложки очередную порцию десерта, Златка услышала, как один за другим отодвинулись от стола три стула.

— Что такое? — оторвалась она от своего увлекательного занятия.

Взглянула направо. Напротив. Налево… Поняла, что доигралась. Все три мужчины сидели, откинувшись на спинки стульев и тяжело дышали. Каждый одной рукой сжимал собственное колено, другой — готовое к бою, вздыбленное и подрагивающее от прилива страсти мужское достоинство. И все взирали на нее как на самый сладкий и желанный десерт.