Поющие клинки (СИ) - Иванушкин Александр - Страница 57

Сколько времени дать Раечке, чтобы она окончательно не потеряла остатки разума? Ну еще минутки две. Рыжего доктора начало потряхивать. Судороги? Хватит. Я плеснул Раечке в лицо воды из кружки. Она охнула и села на пол.

— Что скажешь, рыжая? Зря мы это сделали или нет?

Раечка встала.

— Не зря.

— Что видела?

— Ты не настоящий.

Во как.

— А кто здесь настоящий?

— Я настоящая. А вы все — тени теней. Безликий песок ничего.

— Сядь винца выпей и покушай.

— Еда не настоящая.

— И вот этот пирожок?

— Да.

— Почему же он такой вкусный?

— Это заблуждение.

— А что не заблуждение?

— Всё заблуждение.

— То, что ты настоящая, а эта еда — нет, тоже заблуждение?

— Это точка зрения.

— Меняй. Фиговая точка твоя. Или не сможешь?

— Я — гром орошающий ногу Бога! Я — пламя зародышей ночи! Я — Васья!

— Да пофиг, кто ты там. Мне интересно совсем другое…

— Другое хуже.

— Чем?

— У другого концентрация жиже.

— Еще раз переименовать?

— Да, мой лорд! Пожалуйста! Еще раз!

— А людей лечить после этого сможешь?

— Я после этого даже воскрешать их смогу!

— Так они же «не настоящие» и «другое жиже».

— Я — лань побеждающая!

Ксю и Аппа стояли у кухонного прохода немного бледные. Надо было трансить доктора без свидетелей. Такая Раечка мне совершенно не нравилась. Толку от трансоходца, если он кроме себя ничего не видит? Заканчиваем безобразие.

— Имя твоё — Регина Ашотовна.

Глазки доктора забегали независимо друг от друга, и я немедленно выплеснул в них остатки святой воды. Регина Ашотовна зарычала и убежала наверх, в покои Бума.

Итого. Эти двое пожили в лазарете, а теперь поживают здесь. Но самое главное — транс, не транс, а на чём ты зарубаешься — то и будешь видеть, хоть наизнанку тебя выверни. А если переименовать самого себя?

— Мой лорд, я хочу с вами серьёзно поговорить.

Ксю сидела напротив меня за столом. Первый раз вижу её сидящей. Нет, дорогуша, ты меня от такой шикарной мысли не отвлечёшь. А если переименовать самого себя?

— У меня очень важный вопрос — расширение кухни. Приходится кормить уйму детворы, которую сюда тащит ваш оруженосец. Каждый день.

Ну и правильно тащит. Еды не жалко для растущих организмов. Однако какое имя мне выбрать, а главное как обустроить самообливание колодезной водой для выхода из транса?

— Прошу вас попросить Дёмыча поднять уровень дворца. Это добавит обслуживающего персонала. Дело не только в кухне. Вот например, кто сегодня вам в бочку воды натаскает?

Ой, да натаскает кто-нибудь. Единственный вариант — это дать себе имя и прыгнуть в колодец. Точнее, дать себе имя уже прыгнув в колодец. Да, это самый надёжный вариант.

— Мой лорд, вы меня слышите? Крайне необходимы еще две плиты на кухню, посуда и несколько мужчин, носить дрова из леса и провиант из погреба, а так же делать остальную тяжелую работу во дворце.

Сегодня ночью и прыгну. Только имя придумать надо. А по инерции, после таких длинных именин, в голову лезет сплошной мусор.

— Да, Ксюнчик, я тебя слышу. Скажешь Дёмычу, и он всё сделает, как тебе нужно. Аппа, как дела? Ты беременная, что ли?

Ксю встала, а Аппа гордо развернула пузо в профиль. Ксюнчик ответила за неё.

— Да, мой лорд, Аппарель беременна. Я могу сказать Дёмычу, что это ваши распоряжения?

— Можешь. Спасибо за ужин. Было здорово.

Ксю поклонилась с достоинством императрицы. Вот умеет. Бочка сегодня мне очень нужна. Воняю я порядочно. И собственным потом, и бычьим, и лошадиным, и еще Бог знает чем. Так что схожу наружу, поищу Дёмыча.

Снаружи, над замком, медленно плыл карнавал разноцветных светлячков. Кроме прочего, светлячки белого, жёлтого, синего, красного и зелёного цвета курсировали ниже, вокруг зданий и вдоль дорожек. Эльф обустроил не только внешнюю, но и внутреннюю иллюминацию.

Знакомые строения в таком освещении казались совершенно сказочными. Над полигоном ходил большой круг ослепительно белых. Хочу большие светящиеся грибы и мерцающие дирижабли с щупальцами до самой земли.

Почему я этого хочу? Это маленький «ошмёток воспоминаний» из которых кроха смоделировала внешний мир, в который она так сильно рвётся? Очень может быть.

Дёмыч уже не гонял по полигону казаков лично. У него тут были ветераны, каждый со своей группой обучаемых. Сам же администратор сейчас застёгивал на себе широкий пояс, а мои интеллигенты крутились возле.

В руках у алхимика был горшок со светляками, а маг Дёмыча инструктировал. Значит Лютик сделал вихревой пояс, и я попал на испытания. Может зря Дёмыч испытывает новое на себе?

— Мой лорд!

Обрадовался эльф.

— Лютик вшил проволоку-сердечник в этот пояс. И сейчас мы увидим…

— Выпускай светляков.

— Да, мой лорд.

Эльф открыл горшок. Светляки вышли. Их было совсем немного, около двадцати, и они были багровые. Похожи на капельки светящейся крови. Дёмыч натужился, но светящиеся крохи не обратили на его потуги никакого внимания.

Вис продолжал втолковывать нечто вроде: «завлекать их надо нежностью, ласково и тонко», но тонко у казака не получалось. Ладно.

— Пум, давай сам их вокруг Дёмыча закрути. Проверим работает или нет.

Эльф подъял одну из ручек и багровые капли завращались вокруг пояса с бешеной скоростью. Причем близко-близко, практически вплотную. Их росчерки слились в кровавый ободок. Красиво. Дёмыч стоял и косил глазом вниз.

— Работает?

— Не знаю.

— Благослови себя на всю ману.

— Сейчас.

И Дёмыч скрылся в серебристом водопаде.

— Благословил.

— Давай еще раз.

И Дёмыч сделал это еще раз.

— Мана всё еще есть?

— Вроде.

У меня 300 светляков в горшке. 300 делим на 20, получаем 15. Я могу запустить резонирующий вихрь вокруг пятнадцати бойцов.

— Снимай, Дёмыч. Мне нужно 15 поясов для меня и 14-ти казаков. Кабан и Семён — обязательно, остальных пусть сами подберут. С этой командой, как именины все закончатся, я в предгорья к гоблинам выступаю. Доведи их всех до 21-го.

Эльф убрал светляков в горшок, и Дёмыч снял волшебный пояс.

— Будет сделано, мой лорд.

— Научному отделу объявляю отпуск на два дня. Разрешены только размышления на темы: «Как улучшить быт» и «Как облегчить войну». Есть от пуза, пить вино, завести себе привлекательных дев лаборанток. Вопросы?

Пыхтеть попытался только маг.

— В моём возрасте…

— Неужели великий маг ничего не придумает?

— О да…

— Вот и чудесно. Хочу еще со стены посмотреть на твою иллюминацию, алхимик.

— Можно с вами, мой лорд? Я все вам там покажу!

— Можно.

И мы с эльфом выдвинулись к воротам. Виссарионыч же озадаченный «привлекательными девами-лаборантками» побрёл в сторону гильдии.

Стена была шикарная, широкая. Исчезли деревянные лестницы и деревянные крыши-навесы на башнях. Всё стало каменным. Появились площадки для метательных машин. Скоро они сюда из замка Будугава доедут.

— Вот, мой лорд, обратите внимание на восстанавливающие рукояти.

Да. Из камня, через каждые три метра торчали какие-то кривые железки. Я взялся за одну из них и ничего не почувствовал. За стеной вокруг замка медленно вращалась крыша салатового света.

— Запустить вихрь?

Спросил алхимик.

— Нет. Не надо.

Я видел на земле за стеной каждую мелочь. Крестьянские лагеря расположились дальше во тьме. Понятно. Кому захочется спать при свете? Спать, когда тебя видят, а ты нет.

— Освещение же внутри замка разбито на два такта. Вечернее и ночное. Скоро большая часть светляков вернётся в яму света. Останется немного, только чтобы не заблудиться.

— Очень хорошо.

Из какой-то каменной складки появился казак и доложил.

— Мой лорд, за время дежурства происшествий не было. Караульная смена Седого Бака.

Какие интересные имена я когда-то давал.

— Отлично, воин. Какие действия предусмотрены, если не понятно кто на стену лезет?