Злата мужьями богата. Книга вторая (СИ) - Лактысева Лека - Страница 8

7. Живет моя отрада

«Живет моя отра-а-ада в высо-оком те-ерему, а в терем тот высокий нет хода никому!» — во всю глотку горланила Воскобойникова, намыливаясь губкой, из которой пышными шапками выступала ароматная пена. Злата, как и всегда, безбожно фальшивила — но в этот раз данный факт смущал ее намного меньше обычного. В конце концов, никто ведь не заставлял принца Максона похищать ее и увозить в Зерафири. А раз уж увез — пусть терпит!

Правда, принца пока поблизости не наблюдалось: сэт Стилгрон, доставивший пленницу к месту заключения, предупредил девушку, что его высочество соблаговолит явиться к вечеру и надеется на совместную трапезу.

«Ах, он на совместную трапезу надеется?! — бушевала в душе Воскобойникова. — Ну, я ему устрою трапезу! Вот пусть только обозначит яснее свои намерения, а то пока не понятно, зачем я ему понадобилась. И тогда я придумаю, как быть!»

А пока, заточенная в трехэтажной башне со светящимися стенами, Злата смывала с себя дорожную пыль и усталость. Рядом с просторной ванной стояла невысокая тумба, а на ней — серебряная шкатулка с откинутой крышкой. Да-да! За неимением других собеседников общительная Воскобойникова разговаривала со своим зеркальцем. Благо, артефакт был вполне себе разумным и, несмотря на ворчливый нрав, хозяйке симпатизировал и помогал чем мог.

— Алиса, я вот одного не пойму, — томно проводя губкой по длинной изящной икре, рассуждала Злата. — Отчего я спала почти всю дорогу, и почему у меня голова такая тяжелая? Может, мне в питье что-то подмешивали?

— Думаю, дело в другом, — звенел в ответ хрустальный голосок зеркальца. — Ты ведь заметила, что мы не просто по тракту ехали, а перемещались через короткие порталы?

— Порталы? Нет, не заметила! Слу-ушай! Так я что, выходит, такое зрелище пропустила? Всегда мечтала взглянуть на межпространственный переход, а тут вон уже второй раз меня куда-то перемещают, а я всех этих светящихся или черных дыр так и не видела!

— И не увидишь, — разочаровала девушку Алиса.

— Это почему? — надула губки Воскобойникова.

— Да потому, что обычному человеческому зрению они не видны! Так, дрожащее в воздухе марево — и не более. А вот головная боль и сонливость у вас, смертных, от переходов всегда возникает!

— М-да? И кто из трех похитителей у нас мастер порталов? — полюбопытствовала Злата.

— Ты не поверишь! — хмыкнул артефакт.

— Попробую!

— Магия порталов доступна только сильнейшим магам, да и то после создания самого слабенького перехода они дня три лежат пластом, а к использованию магии так и вовсе не раньше, чем через неделю возвращаются.

— Тогда кто? — Воскобойникова даже намыливаться перестала и обернулась к вредному зеркальцу, которое явно наслаждалось своей ролью наставника для неосведомленной попаданки.

— Зеброящеры! — таинственным голосом тренькнул артефакт.

— Кто-кто? Помесь зебры и ящерицы? — окончательно растерялась девушка. — Разве можно зебру скрестить с ящеркой?!

— Да никого ни с кем не скрещивали! — фыркнула Алиса. — Зеброящеры — это такие полосатые твари с головой змеи, крыльями летучей мыши-переростка и броней черепахи!

Злата честно попыталась представить себе описанное артефактом чудище, и вздрогнула:

— Бр-р-р! Химеры естественнорожденные! И откуда у этих бронированных страшилищ такие способности?

— Ну, кто ж знает, — принялась философствовать Алиса. — Похоже, это их природное свойство. А люди просто научились им пользоваться. Правда, прирученных, точнее, привязанных магией зеброящеров очень мало, и все они принадлежат королевским семьям.

То, что рассказала вот так невзначай Алиса, Злату не обрадовало. Она-то думала, что стоит подождать денек, и ее мужья примчатся за ней, вызволят из заточения и увезут в уже ставший родным дом магистра Дагрона!

— А скажи мне, Алиса, как долго придется добираться сюда моим мужьям, у которых нет таких волшебных зверушек?

— Так… думаю, дня три, если не возникнет проблем в пути, — прикинул артефакт.

— У-у-у! — протянула Воскобойникова недовольно. — Похоже, мой визит «в гости к принцу» рискует затянуться на неопределенный срок. Особенно если учесть, что мужья не знают, куда именно меня увезли. Я-то, наивная, думала, что меня сразу во дворец доставят…

Девушка уронила губку в воду, откинулась плечами на бортик ванной, прикрыла глаза и погрузилась в воспоминания о прошедшей ночи.

… После отдыха на лесной поляне трое похитителей везли ее весь вечер и часть ночи, сделав одну-единственную короткую остановку. Ей, Злате, даже не позволили выйти из кареты. Просто открыли дверцу, сунули в руки поднос то ли с поздним ужином, то ли с ранним завтраком, и вновь заперли.

Толком не очнувшаяся после тяжелой дремы пленница даже не пыталась протестовать. Она лишь достала шкатулку, поднесла Алису как можно ближе к зарешеченному окошку, и потом выслушала краткий отчет, сделанный артефактом: «Это уже Зерафири. Приграничный город-крепость. Думаю, похитители меняют животных в упряжке. Тебя, видимо, велено жителям крепости не показывать, чтобы потом никто вспомнить не мог».

«Все понятно», — буркнула тогда сонная Воскобойникова, проглотила пару ложек овощного рагу из горшочка, пристроилась на сиденье и вновь уснула.

А утром ее разбудили, вынули, ухватив за пояс, из кареты, которая стояла даже не на улице, а в помещении, похожем то ли на амбар, то ли на гараж. Провели под ручки по ярко освещенным коридорам и почти втолкнули в дверь, буркнув на прощание: «Ваши покои, сисса Злата!»

Воскобойникова еще хотела поинтересоваться, с чего вдруг ее из альды понизили в сиссы, но спрашивать было уже не у кого: сэт Стилгрон закрыл дверь с другой стороны и по торопливым удаляющимся шагам стало ясно: общаться с пленницей он не желает. «Видимо, опасается еще о чем-нибудь проболтаться», — хихикнула про себя девушка.

8. Узник подземелья

Ольгрон, напившись воды и немного переведя дыхание, прихватил оставленный женой носовой платок с инициалами старшего мужа и закружил по лесу, отыскивая следы похитителей. А когда нашел — вновь помчался по ухабистой лесной дороге, хотя понимание, что безнадежно отстал, медленно, но верно овладевало его сердцем. Никогда еще за двадцать один год своей жизни молодой оборотень не испытывал такого отчаяния. Это чувство туманило мысли, лишало сил мощные кошачьи лапы… Ол так боялся потерять свою истинную пару!

Звериное чутье подсказало ему, что лес заканчивается, но Ольгрон не обратил на это внимания. Как не заметил и легкого сопротивления воздуха, когда проскочил на всей скорости охранный пограничный контур. Живя в Барбуерри, где оборотни были равноправными свободными гражданами, он и подумать не мог, что на границе Зерафири на него и его собратьев установлены сигнальные заклятия, и что его бросятся ловить сразу же, как только прозвучит сигнал тревоги.

Поэтому, когда на него откуда-то сверху, с последних деревьев леса, упала ловчая сеть — Ол даже не сразу понял, что произошло. Несколько прыжков — и он запутался в этой сети, да так, что повалился на бок. Попытался разорвать путы когтями, но они оказались сплетены из металлических нитей, и даже мощные когти оборотня оказались против них бессильны. Еще несколько раз дернувшись, Ол затих. Только тяжелое дыхание облачками пара вырывалось из его оскаленного рта.

— Грузите на повозку это животное! — услышал юный княжич клана Золотых Котов голос одного из охотников, пленивших его.

«Они что — приняли меня за обыкновенного иргуара? Так, может, есть смысл прикинуться диким хищником и посмотреть, что из этого выйдет?» — задумался Ол.

Однако следующие слова мага, который явно был командиром отряда, отняли у Ольгрона промелькнувшую было надежду:

— Раннерсон, отправь принцу Максону магического вестника, сообщи, что мы задержали на границе оборотня-шпиона. Думаю, его высочество пожелает взглянуть на нашу добычу лично.

— Принято к исполнению, сэт Магерсон, — отозвался кто-то за спиной Ола.