Синяя кошка (СИ) - Иванушкин Александр - Страница 2

— Идите сюда. В этом растворе есть всё, что нужно.

Ого. Всё это время я плавал в лечебной водичке? Я подошёл и меня тщательно облили со всех сторон. Раны действительно успокоились и уже не так тревожили при движении.

— Возьмите мой халат.

Она сняла синий халат, под которым оказалась в пижамных штанишках и майке. Нет. У меня идея получше. Я видел на стене мониторы. Под стеклом они или нет, и какой толщины это стекло?

— Дай тапок.

— Что, простите?

— Обувь на тебе есть? Дай мне тапок, пожалуйста.

Сабрина Кох сняла один из своих шлёпанцев. Молодец. Я прислонил этот тапок к ближайшему экранчику и зарядил в него кулаком. Раз, второй. Да. Это было толстое стекло и оно пошло трещинами.

Еще два удара и на пол посыпались узкие острые треугольники. Я отдал тапок Сабрине и забрал у нее халат, который она так и не надела. Оторвал от него один из четырёх рукавов и вернул обратно.

Первый фарг, которого я встретил, держался на удивление хорошо. Ей было страшно, но она не паниковала. И не разводила претензий, теорий и мнений. Просто увидела мужика и принялась ему помогать.

Я отобрал несколько треугольников поуже и поострее и обмотал кусками халата, чтобы можно было держать и не порезаться. Теперь у нас есть ножи.

— Помогай, фарг.

Синяя дева быстро сообразила, что именно я делаю, и мы довольно споро сняли с чудовища шкуру. Мне нужно было что-то, что не стесняет движений, но хоть как-то защищает от этих жутких когтей.

Тяжелее всего отрезался хвост. Сабрина ничего не могла рассказать по существу. Просто вдруг пропал свет и она побежала проверить что с аквариумом. А потом в коридоре началось вот это всё, а потом пришёл я.

Кажется она догадывалась, откуда я пришёл, но не спешила уточнять.

— Что за тварь? Есть соображения?

— Не знаю. Могу сказать, что они теплокровные млекопитающие. Необходимо вскрытие, чтобы узнать больше.

— Валяй.

И я протянул ей один из ножей.

Перемазанная в крови монстра, Сабрина Кох вспорола ему брюхо и принялась копаться в кишках. В четыре руки. Всё-таки четырёхрукость — большое преимущество. И для воина, и для музыканта, и для хирурга.

Я же кое-как выскоблил толстую шкуру и промыл её в аквариуме. Швея из меня так себе, особенно при отсутствии иголок и ниток. В итоге получился плащик без рукавов, который можно было запахнуть и завязать поясом.

А вместо обуви просто портянки обвязанные ремешками. Кажется такое называется «обмотки». Сабрина Кох выпотрошила зверя и разложила его внутренности полукругом на полу. Даже сердце и лёгкие через живот выдрала.

— Ну, что интересного?

— Самое интересное, великий воин, это обломок полицейского дрона в сердце этого эльфа.

И Сабрина протянула мне кусок железной трубочки. Я взял его на автомате. Пригодится. Стоп. Это эльф? Не очень похож.

— Строение сердца и некоторые особенности пищеварительной системы, подлёгочные железы и мурка прямой кишки идентифицируют это существо как эльфа. Или как бывшего эльфа.

Какой кошмар. Бедный ушастик. Я вспомнил оглушающий женский визг в коридоре.

— Для биохимического анализа необходимо доставить кусочек мяса в лабораторию. И желательно, чтобы лаборатория была не обесточена.

Вообще-то моя цель — внешний мир. Мне нужен выход из этого подземного ада.

— Много было эльфов мордеров?

— Много. Почти половина личного состава.

Я пнул кровавое месиво под ногами.

— Этого звали Серёжа.

— Сергей Белль!

Воскликнула Сабрина Кох и прижала четыре ручки к груди.

— Он глава исследовательского отдела. Мой непосредственный начальник!

— Только что ты помогла снять с него шкуру и выпотрошила даже не поморщившись.

— Да. Я это сделала.

И фарг гордо выпрямился. Что я знаю о психологии фаргов? Только то, что они «очень воинственны». Такая напарница мне нравится.

— У тебя четыре руки. Сделай себе четыре удобных ножа. Понесём кусочек Серёжиного мяса в лабораторию.

Но фарг не подчинился.

— Скажите мне кто вы такой.

— Ра.

— Что «ра»?

— Это моё имя. И моя должность.

— Вы хиз из аквариума?

— Да.

— Как вы выбрались?

— С помощью личного обаяния. Ты мне не доверяешь?

— Хизам никто не доверяет. Потому их в аквариуме под нейропломбой и держат.

— А я тебе доверяю. Будешь прикрывать мне спину. Ты ведь биолог? Значит ножами владеть умеешь.

— Каждый фарг — воин.

— Как же ты здесь оказалась?

— Получила хорошее образование. У меня интересная работа. Подписала контракт и оказалась.

— Делай ножи, фарг. Похоже твоя интересная работа сломалась. Я же помогу тебе здесь выжить и что можно починить. Еще вопросы?

— Какие цели у тебя, Ра?

— Ближайшая моя цель, поднять всех хизов из аквариума и вывести их отсюда.

— Я не могу тебе этого позволить.

— По каким причинам?

— По этическим.

— А конкретнее?

— Нельзя.

— А потрошить начальников можно?

— Нельзя. Но тут обстоятельства…

— И тут обстоятельства.

— Какие же?

— Я.

— Ты, Ра, весьма убедительное обстоятельство. Но уничтожать то, что существовало тысячелетиями нельзя. Понимаешь?

— Неа. Фарги все такие консерваторы?

— Скорее всего все.

— И даже те, что сейчас болтаются в аквариуме?

— Наверное…

— Короче. Ты мне нравишься. Я очень не хочу тебя убивать или еще как-то калечить. А тебе хочется меня убить?

— Нет. Если бы ты был фаргом, я бы присягнула тебе, потому что ты яростный и хитрый воин. Убить такого зверя тоненькой железкой почти невозможно. Но ты не фарг, а хиз.

— А если бы я был фаргом и хизом?

Вот тут Сабрина Кох задумалась. Но не надолго.

— Всё зависело бы от того, насколько ты красив.

— Поверь мне, дева, я необыкновенно красив. Особенно в этой вонючей шкуре. И я не только человек, фарг, ящер и эльф одновременно, я еще и что-то еще.

Наверное еще гоблин и огр.

— Мегалохом? Чудище из древней сказки? Так ты меня не рассмешишь. А красота — это шрамы. И шрамы не на спине, а на лице.

Вот как. Я полоснул себя куском острого стекла поперёк морды.

— Так лучше?

Вот дурень. Кровь текла и попадала в рот. Сабрина Кох смотрела на неё с искренним интересом. Затем отошла зачерпнуть две горсти водички из аквариума.

Она выплеснула лечебную воду мне в лицо и сообщила.

— Я принимаю твою жертву, Ра. Прими и мою.

И полоснула себя осколком стекла поперёк львиной мордашки. Офигеть, какие у фаргов девы крутые. Я прыгнул за перильца и зачерпнул аквариумной воды. Ну и выплеснул ей в лицо. Кровь у фаргов тоже красная.

— Сделай себе четыре ножа.

— Да, красавчик. Сейчас сделаю.

И Сабрина Кох принялась сортировать осколки на подходящие и не очень. Вот про красавчика не понял. Это юмор? Или это какие-то глубокие мне не ведомые культурные консервы расы фаргов?

Скорее всего то и другое вместе. Психологией фаргов заниматься было особо некогда. Нужно было выдвигаться во тьму. Зачем? Чтобы понять и покорить этот странный мир.

Мы крались вдоль стеночки по совершенно тёмному коридору. И коридор этот был совершенно пуст, если не считать трупов людей, фаргов и ящеров в растерзанных халатиках.

Каждый труп мы тщательно обыскивали. Набрали пластиковых карточек, которые почему-то были очень важны для Сабрины Кох, пару плиток шоколада (это у людей), один брикетик сухого мяса (это у ящерицы). Ещё упаковки каких-то таблеток. Ничего стоящего.

Над нами что-то время от времени бумкало. Да включи ты свет уже, синяя кошка! Ты же тут всё взяла под контроль своей плесенью. Или нет? Однако кошка не отзывалась.

За углом что-то мерцало розовым. И оно приближалось. Еще один полицейский дрон? Я швырнул туда тапочек наполовину съеденной эльфами ящерицы и на нас выкатились сразу три длинные шеи на гусеничном ходу.

Их розовые головки довольно сносно освещали коридор. Сабрина Кох протянула свои драгоценные пластиковые карточки, но дроны не обратили на неё никакого внимания. Они тоненькими голосами, хором, доложили: