Вселенная шай-ти (СИ) - Котикова Мария Вячеславовна - Страница 27

- Красиво…

- Надеюсь, на самой планете вам понравится не меньше.

Соня упорно старалась не загадывать - пока из всего увиденного за пределами Земли ей понравилось не так уж и много. Да и планета, увиденная в иллюминаторе, вызывала скорее опасливое ожидание, нежели радость. Ашай там родился, был своим, а она лишь своеобразным приложением к нему.

- Я тоже… - вздохнула Соня. - Эм… Ашай, я давно уже хотела вас попросить…

Девочка замялась: а вдруг у шай-ти так не принято и она его сейчас оскорбит?!

- Все, что угодно, Соня.

- Может мы уже… на “ты” перейдем? А то, вроде как, и живем в одной каюте, и сейчас я еду к вам домой, и выкать как-то… не очень удобно.

- Хорошо, - ответил Ашай серьезно-серьезно, словно он был на приеме у королевы и еготолько что посвятили в рыцари. - Ты меня сейчас очень обрадовала, мой свет.

- Почему?

- Так ведь я даже почти надеяться перестал, что ты начнешь меня начнешь близким считать. Решил: будешь сторониться, как с чужим разговаривать.

- Да разве же я!..

К горлу подступили возмущение и злость: вот нет, чтобы сказать раньше, не ждать, пока она смелости наберется с наглостью напополам! Если добавит, что услышать должна была, вообще на “вы” еще год разговаривать станут!

Соня даже не предполагала, что ее так заденет.

- Не сердись, - попросил Ашай, глядя на девочку потеплевшими глазами. - У нас предложить подобный переход может исключительно свет. Еще одна местная… заморочка, как ты любишь говорить.

- От ваших правил и условностей голову сломать можно, - тон у Сони был сердитый, но шай-ти уже знал, что основная обида растаяла.

- Я думаю, у вас их не меньше, но для тебя они нечто само собой разумеющееся. Мы же живем в них с самого рождения…

- … и это как дышать, да.

Соня понимала умом, что Ашай рассказывал ей все, что мог, ничего не скрывал, пусть какие-то вещи просто не помнил в силу привычки и пропускал, но не обижаться иногда не получалось. Особенно, когда она натыкалась на очередную стеклянную стенку из “прописных истин”, больно стукаясь об нее лбом. О них даже не прочитаешь - неоткуда. Да и читала Соня пока еще на уровне “чуть выше букваря, немного не дотягивая до “Колобка”.

Но Ашай почему-то ее успехами восхищался и всячески хвалил. Соня же неизменно оставалась собой недовольна. Она, по собственной оценке, ползла со скоростью активной улитки и ошибалась в одном слове десять раз подряд. Шай-ти разводил руками и говорил, что она слишком много хочет и нельзя быть к себе такой строгой. Мол, все начинается с малого, горы - с песчинок, а океаны - с капель воды. Девочка называла его философом и снова утыкалась в книжку и прописи.

- Мы сразу поедем к тебе домой после того, как приземлимся? Или нам надо куда-то еще?

- Если твои вещи собраны, - Соня фыркнула - сколько у нее тех вещей! Два платья да сорочка с туфлями, причем большая часть надета на ней прямо сейчас, - то выдвигаться мы будем сразу, как я сдам свои обязанности второму капитану и распущу команду на отдых. А на счет планов, то сначала нам придется заехать к моей махаре. Можно было бы и потом, но… нежелательно.

Соня прищурилась: настолько холодно и отстранено Ашай до этого говорил только о Тай-до-ко. Да может быть с собственным отцом разговаривал. Теперь к списку добавилась еще и неизвестная махара.

- Кто такая ма-ха-ра?

- Та, кто подарила жизнь.

- А, мама! - соотнесла значение и слово Соня. - Мы поедем в гости к твоей маме?

- Можно сказать и так.

- У вас… не очень хорошие отношения? - Соня напомнила себе, что лезть, куда не просят, плохо.

- Меня вырастил дед со своим светом, и лучшей семьи я не мог и желать.

Соне не нужно было быть эмпатом, чтобы понять - ее тьме больно. Старой, застарелой, обостряющейся к дождю болью, от которой не помогали лекарства.

- Тогда… может, не поедем к твоей махаре? - мягко предложила Соня. - Если поход в гости, конечно, отменяем.

Ашай покачал головой:

- Я бы рад пронести эту чашу мимо тебя, мой свет, но иначе не получается.

- Опять ваши местные законы?

- Да. Я не хочу оставлять даже призрачной возможности передать под чужую опеку.

- И я ей крайне не нравлюсь, - вспомнила разговор с Фенхом Соня. - Потому что я человек, а не шей-ти?

- Да, - Ашай не стал врать: его мать никогда не примет Соню. - Моя махара очень консервативна и амбициозна, а ты… не вписываешься в ее представление о свете Тай-до-рю.

- И… что теперь?

- Ничего. Я тебя ей представлю и мы уедем.

- Но разве у тебя не будет проблем потом? - спросила Соня, не решаясь поверить, что между семьей и ней, Ашай выберет ее. - Да и стою ли я того, чтобы ругаться с родителями?

- Я всегда выберу тебя, мой свет. Из любых вариантов, - мягко ответил Тай-дор-ю. - Правда, у меня к тебе есть одна просьба…

- Какая?

- Когда мы приедем в дом моей махары - не бойся ничего, хорошо? Она не сможет причинить тебе вреда.

- А тебе?

- Пока ты со мной - нет.

Соня подозревала, что допускает огромную ошибку, но все-таки кивнула, соглашаясь с просьбой.

- Я постараюсь.

- Спасибо.

- А, вот вы где, а я вас уже обыскался! - радостный голос Фенха вспорол воздух внезапным фейерверком. Соня захихикала, заметив, с каким обреченным видом Тай-до-рю закатил глаза к потолку.

- С чем ты пришел ко мне на этот раз? - смиренно поинтересовался - не меньше десятого раза за сутки - у ближайшего друга Ашай.

Сама Соня уже недели полторы считала Фенха чем-то средним между ураганом и цунами: ни остановить, ни избежать, но переждать в укрытии. А если никак избежать, то расслабиться и получить удовольствие.

Фенх к концу полета нравился Соне совершенно искренне, целиком и полностью.

- С отпускным бланком и результатами обследования Сони-ти, подкрепленными моими седыми волосами и истраченными нервами! - Фенх бодро помахал перед носом Ашая тонким - в два пальца шириной - тубусом. - У меня от вас, неблагодарной работы и ненормированного графика даже крылья поблекли, видишь? - в качестве подтверждения сказанных слов указал на свое левое крыло лекарь, продемонстрировав его глубокий лавандовый цвет.

- Так и скажи, что к Машехре рвешься на всех парусах и сидеть на корабле вместе со всеми тебе уже невмоготу, - забрал свернутый планшет Тай-до-рю, развернул его и поставил поверх данных свою личную подпись.

- В корень зришь, о великий и могучий! - шутовски раскланялся Фенх, подметя косами пол. - Позволишь ли приобщиться к твоей мудрости, снизойдешь ли светом своим на презренного раба твоего, и допустимо ли ему будет…

- Вот нажалуюсь Машехре на твое поведение… - якобы угрожая, предупредил Ашай.

- И ввергнешь ее в пучину хохота, а на мою голову потом падут кары небесные за то, что без нее развлекаюсь, - завершил за друга Фенх. - Нет уж, спасибо, премного благодарен, я лучше себя в руках подержу.

- Пять минут, а потом начнешь сначала? - ехидно вставила Соня.

- Соня, ты ранишь меня в самое сердце! - прижимая верхнюю пару рук к середине груди, попытался изобразить обморок неугомонный шай-ти, но, покосившись на предполагаемое место падения, передумал. - У меня больше выдержки.

- Значит, десять.

Фенх попробовал было обиженно поджать губы, но глядя на смеющуюся Соню, вцепившуюся для опоры в рукав Тай-до-рю, бросил это неблагодарное занятие.

- Злые вы! Уйду я от вас! - забрав из рук Ашая планшет и спрятав его в один из внутренних карманов расстегнутой жилетки, пообещал Фенх, чем вызвал еще один приступ веселья у друга и его света.

- Иди-иди, тебе еще свою вотчину сдавать.

- Мудрая мысль! Соня, - подмигнул девочке Фенх, - вам желаю удачной поездки и знакомства с домом.

- Спасибо, - одновременно поблагодарила и согласилась Соня. - Вам тоже… Чтобы все сложилось.

- А с тобой, мой друг, я надеюсь увидеться послезавтра, - обратился лекарь уже к Ашаю.

- Как я подозреваю - у тебя?

- Правильно подозреваешь! Увидимся!