Дух города (СИ) - Вайт Константин - Страница 46

А мне срочно нужны были документы. Но, ты представляешь, посольства и разведки не могут отправить курьера в выходной. У одних этот чертов орднунг, у других — шабат, у третьих еще что-то. Воскресенье, мать его. Нет, курьеры у нас не работают в воскресенье. Нет, в посольство попасть невозможно. Да, документы готовы, и в понедельник вы их получите. И никак, ни за миллион долларов, ни за сто миллионов. И я вернулся в город. И вот тут началось. Каждый час я старею.

— А Шато, — прервал его Илья, — почему он умер?

— Шато — благородный дурак, — Семен снова закашлялся, — он решил, что от Оксаны больше вреда, чем пользы, и захотел оказать услугу второму целителю. В обмен на кровь Александра он рассказал Суханову, что Оксана у нас. Тот связался со мной. Сначала требовал выдать ему паренька, но Александр уже успел сбежать, тогда мы договорились на Оксану, — он снова закашлялся, кашель выгибал все его немощное тело. Но резко остановился и, набравшись сил, продолжал:

— Дух с ним поступил в ответ тоже благородно. Шато просто уснул — и не проснулся. А вот я… Не верь тому, кто говорит, что в старости нет ничего плохого. Старость — это ужасно. Старость надо вычеркивать раз и навсегда из жизни. Ты не представляешь, как все болит. Какие ужасные она дарит ощущения. Я практически ничего не вижу. Постоянно хочу пить. Я не могу уже встать с кровати. Я несколько раз обделался, но даже не чувствую запаха. Мне осталось немного. Я рад, что ты рядом. Прости меня, я был плохим другом, — Илья взял руку Семена и слабо сжал ее. Говорить ничего не хотелось. В горле стоял ком. На глаза наворачивались слезы.

— Ты правильный, я всегда тебе завидовал, — после небольшой паузы проговорил Семен. — На самом деле, я люблю Родину. Да, оступился. Но и заплатил за свои ошибки сам. Сколько ты уже здесь?

— Минут десять, может, пятнадцать, — удивленно ответил Илья и посмотрел на часы.

— Сначала, когда я понял, что со мной происходит, я метался по квартире. Я выпил весь запас живой воды, но это не помогло. Когда я понял, наконец, что мне отсюда не выйти, я решил, что и ты должен остаться со мной. Прости, я заминировал квартиру. У тебя было всего пятнадцать минут. Видимо, они еще не истекли. Сейчас я бы хотел все исправить, но уже поздно, поздно…

Его голос стал совсем тихим. Он выгнулся, захрипел и затих. Только тиканье часов разбивало повисшую тишину в квартире. Илья закрыл глаза умершему другу:

— Спи спокойно. — Он встал и прошелся по комнате. Полистал паспорта, лежащие на столе. На фотографиях в них смотрел молодой Семен, таким бы он стал, если бы подействовала живая вода. Молодым, веселым, двадцатилетним парнем. У него были все шансы затеряться, и начать жить заново. Все искали бы пожилого полковника, но никак не такого паренька. Кинув паспорта на стол, Илья сел рядом с Семеном. У него осталось совсем мало времени, чтобы попытаться спастись. Но стоит ли? Пусть разбираются молодые. Его время, как и время Семена, — прошло. Надо уметь уходить с достоинством.

И он закрыл глаза.

Александр.

Утром я опять отправился на подработку в кофейню. Все было, как вчера: час-полтора безделья, а потом полчаса работы в авральном режиме. Я продолжал тренироваться на кофе, отдавая по кусочкам каждой чашке свою энергию. Клиентов было значительно больше, чем вчера, и к вечеру оказалось, что, помимо того, что я сильно физически вымотался, еще и мое свечение стало совсем тусклым. Похоже, что я израсходовал почти всю свою энергию, а восполнять ее так до сих пор толком и не научился. Все, что мне помогало, — сытно поесть и хорошо поспать, но сейчас на это не было времени. Был, конечно, еще вариант посидеть часик в комнате, которая насыщена этой энергией, но я знал только одно такое место — бывшее жилище целителя. И то, после последних происшествий там почти не осталось энергии.

Нам с Ланой сегодня вечером предстояла встреча с сотрудником ФСБ. Я понимал, что моей энергии сейчас хватит только на то, чтобы пару раз открыть дверь. Пришлось ехать к Лане на метро, хотя до этого я собирался воспользоваться более доступным мне путем, просто открыв дверь. Но необходимо было экономить энергию: кто знает, как обернется эта встреча. Лана, вся в нетерпении, ждала меня у метро.

— Ну, где ты застрял? У нас сегодня столько планов на вечер, — она обняла меня и поцеловала, потом слегка отстранилась и, внимательно осмотрев, сказала, — ты какой-то сильно уставший. Случилось что-то?

— Да нет, все нормально. Устал просто немного. Пойдем куда-нибудь, где народу нет, и я открою дверь прямо в кафе. Думаю, так будет безопаснее, — предложил я обнимая Лану.

Мы зашли в переулок. Я отправил смс-ку майору о месте встречи. Дальше все прошло по плану. Открыл дверь в кофейню. Как мы и ожидали, рядом с туалетом было пусто. Лана поднялась наверх, села за столик у окна и заказала нам чай. Мы с ней переписывались в мессенджере. Я чувствовал себя не очень удобно, мне пришлось простоять в туалете минут пятнадцать, но вот она написала, что, вроде, все чисто, и я поднялся наверх. За столом, рядом с Ланой, сидел неприметный мужчина, выглядевший лет на тридцать. Мне ничего не оставалось, как подсесть к ним. Мужчина, увидев, как я вхожу и иду к столику, приподнялся со стула и встретил меня крепким рукопожатием:

— Максим Николаевич, майор ФСБ, — представился он, я представился в ответ, и сел напротив, ожидая, когда он начнет разговор. Выглядел майор солидно и по-военному. Хорошая осанка, пиджак поверх темной рубашки, без галстука. Ежик темных волос и крепкий уверенный голос дополняли картину. Рядом с ним лежал черный кожаный портфель, из которого он извлек несколько папок. Потом внимательно огляделся вокруг, удостоверяясь, что нет лишних глаз и ушей, и протянул мне одну из них:

— Я, как уже говорил, в лице ФСБ и государства предлагаю вам сотрудничество. Детали мы оговорим позже, а сейчас ознакомьтесь с материалами, которые я вам передал. Это отчеты по совместной деятельности советского государства с прошлым целителем. Я думаю, они смогут помочь вам составить себе представление о нашем с вами возможном сотрудничестве. — Он устроился поудобнее на диванчике, приготовившись ждать и периодически с любопытством посматривая на нас.

Лана придвинулась ко мне поближе и, открыв папку, мы стали просматривать ее содержимое. Там было большое количество бумаг. В основном, заявки с обоснованием и просьбой выделить одну порцию лекарства номер один. Все письма были на пожелтевшей от времени бумаге, с грифом «Совершенно секретно». Напечатаны они были на печатной машинке, и так и пахли стариной.

Вот, к примеру, одно из писем: «Прошу рассмотреть возможность выделить одну порцию лекарства номер один в ближайшее время Курчатову Игорю Васильевичу. В данный момент Курчатов И.В. возглавляет лабораторию № 2 АН СССР, в которой ведутся разработки РДС-1 и РДС-2. В связи с тем, что в разработке используются смертельно опасные вещества, здоровье Курчатова И.В. значительно пошатнулось. Прошу учесть, что, в случае его преждевременной смерти, окончание работ отодвинется на неопределенный срок». Снизу была приписка ручкой: «Выделить вне очереди», и подпись «Сталин И.В.» — и в папке было много подобных писем. Одни фамилии нам были знакомы, такие, как: Жуков, Иоффе, Капица, но было много и неизвестных мне фамилий. Пока мы рассматривали документы, Максим начал разговор:

— Как видите, Советский Союз очень плодотворно сотрудничал с целителем. Это было полностью добровольное сотрудничество. Возможно, без целителя атомная бомба в нашей стране появилась бы гораздо позже, неизвестно, в какие сроки был бы взят Берлин — и сколько дополнительных жизней он бы стоил нашей стране. Да и в космос мы стали летать не без помощи товарища Сталина и целителя.

Вы представляете себе уровень медицины в нашей стране в двадцатых и тридцатых годах прошлого века? Люди умирали от пневмонии, тифа, кори, оспы. Многие ученые работали с опасными веществами. Тут и радиация, и различные яды, и всевозможные вирусы. Ученые в нашей стране были на вес золота, тем более, опытные ученые. А уж про среднюю продолжительность жизни обычных людей не стоит и упоминать. Сами понимаете, насколько она была невелика. И тем не менее, вспомните, чего наша страна добилась в те годы! Мы до сих пор гордимся многими достижениями. А сейчас в ваших руках возможность дать своей стране сделать новый рывок. Ведь всегда уходят самые лучшие. А с вашей помощью мы сможем им помочь.