Бог-близнец (СИ) - Скребнёв Алексей - Страница 24

Вы, молодые, уже не знаете, а Бог учил нас отделению Религии от власти (одной, единой, конечно же, и не так тотально проникающий в наш быт). А ещё учил жить без войн, учил не трогать тех, кто верит во что-то иное. И, как бы ни пытались замолчать это учебники сегодня, знайте, Он, когда появлялся, учил нас именно этому.

Но люди поверили новым сановникам. Человечеству необходимо верить во что-то, но когда нет Бога, оно начинает верить самым убедительным крикунам, врущим, что именно они говорят за Создателя.

К концу девятнадцатого века изобрели бомбы, способные уничтожать разом целые города. Но вместо закрепления мира (ввиду угрозы взаимного уничтожения государств в ядерных ударах), мы получили еще более ужасные войны с превращением в радиоактивные пустыни огромных участков планеты: восточной Европы, южной Азии, центральной части Западного Континента. Словно штукатурка осыпается отдельными участками со стены, по которой наносят удары кувалдой, стали появляться эти чёрные трещины, в которые остальной мир плавно ссыпается, словно песок в часах. И всё равно мы воюем: Англия с Испанией, майя с ацтеками, арабы с тибетцами. Весь мир полыхает в огне. За веру в возвращение Создателя…

Да если бы Он вернулся, Он бы уничтожил в наказание половину нашего вида, разжигающего эту кровавую эпоху…

Так почему я думаю, что Бог умер, а не стал частью какой-то из религий (помните теорию Горецкого, что при таком количестве религий, высока вероятность, что та или иная — истинна)?

Вспомните те постулаты, которым Он учил в Явления, что я приводил: нет войнам, слабое влияние религий на жизнь, непреследование неверующих. То есть ровно обратное от того, чему он нас учил.

Воспользуемся языком науки.

Вместо Бога, мы получили отсутствие Бога.

И без него наш мир рушится, уничтожается. Нашими же руками. Мы убиваем не только себя, но, словно моль, рвём ткань мироздания, что осталась нам в наследство от Создателя.

И вот за эти мысли я буду уничтожен еще раньше, чем мир.

Религия в отсутствие Бога превращается лишь в один из видов власти. А на войне власть отнимает максимум свободы у своих граждан.

Заканчиваю писать и слышу за окном висящий вой сирены. Очередная бомбёжка нашего города мадридцами. На фоне тёмного с грязными пыльными облаками неба уже видны огромные боевые самолёты.

Мне сложно угадать, сколько еще десятилетий сможет продержаться человечество. Но мир рассыплется раньше.

Глава 7

10 мая 2282.

— Вот видишь, почему работы еретиков не считаются надёжным источником?

Павел уже постепенно ставит просмотренные книги и брошюры обратно на высокие библиотечные полки. Александр продолжает листать оставшиеся, их осталось немного. А записей в тонкой тетради с зелёной обложкой набралось всего на пару листов. Уже три часа дня. Ещё немного, и пора ехать обратно в «Grand Capella», встречать Машу после встреч с паломниками.

Вот какие варианты немногочисленных версий «решения вопроса» с Богородицей и её семьёй после Явления были законспектированы: заточение в храме, убийство, ссылка в глушь, «исчезновение» (самое неконкретное заявление), почётное содержание (единственный хороший вариант), превращение в рабов в золотых клетках (что напоминает о сегодняшнем пребывании в отеле). И всё.

— Чаще всего говорят о смерти или исчезновении, с подтекстом, что убили и спрятали.

— Не обязательно этому верить, — Павел, говорит тоном постаревшего профессора, хотя ему всего двадцать пять лет, как и Саше. — Может быть даже наоборот. Смотри, если семью Богородицы прячут от всех глаз, даже в положительном ключе, то они как раз и исчезают для всех. И поэтому можно объявить об их убийстве — для опровержения слов еретика не будут раскрывать инкогнито таких пар, поэтому эти люди используют теоретическую вероятность для обвинения сановников.

Александр задумался, вновь и вновь перелистывая пару исписанных листочков. Свидетельства о продажах в рабство можно смело откинуть — они относятся к Средним векам, когда еще самому Богу пытались противостоять старые ложные религии. Почётное содержание приписывается к XIV веку, когда Богородицу и её мужа поселили в императорский дворец, хоть один точно достоверный факт.

— Паш, смотри, тот император Японии, который дал приют и содержание семье, у него потом произошёл большой конфликт с нашей Религией. Это может быть связано?

— Хм. Император Го-Дайго, кажется. Да, были проблемы. Кажется, его история закончилась падением династии.

— Связь есть?!

Библиотекарь задумался. Кажется, что еще чуть-чуть и можно будет услышать хруст механизмов его памяти.

— Насколько мы проходили в институте, его реформы вызвали политический и социальный кризисы, в результате чего в стране произошел раскол и даже война. Но глубоко мы не изучали, поэтому тут я не скажу, что твоя версия невозможна, — и после нескольких секунд молчания, под настойчивым взглядом Александра, добавил. — И на изучение этого вопроса достаточно досконально уйдет с неделю. Возможно, получится и за день, но если нужна высокая степень достоверности — лучше неделю.

Саша захлопнул тетрадку.

— Значит, всё, что мы имеем: факт, что Богородица с семьёй пропадает из поля видимости, и кучу негативных домыслов на эту тему.

— Ну да. Скоро и ты сам узнаешь, не волнуйся.

— Не смешно.

— Перестань. Всегда за такими делами должен быть какой-то смысл. Вот зачем «убирать» Богородицу?

— Может ей становятся доступны какие-то тайны?

— Которых Создатель не желает разглашать? Тогда бы он сделал так, что эти тайны она бы и не узнала.

— А вдруг Он не всемогущ?..

Они оба замолчали. Эти мысли страшно даже перед самим собой высказывать. А тем более при других.

Через некоторое время он нашел в себе силы продолжить.

— Я имею ввиду, прошу, не перебивай, и пусть это останется между нами, что если Бог может являться в мир только посредством Богородицы… то, быть может, это признак некоторых ограничений его возможностей в мире? Да, мы все знаем, как трактуется такой посыл священниками, как он указывает на святое место женщин в мире… Но ведь его так даже смогли убить один раз.

— Это слова еретиков. Ты заразился, — Павел улыбнулся легко, словно страшным словам не придал значения.

— Да… Но другой вопрос. Если я с Машей и буду где-то скрыт от мира — неужели я не захочу увидеть родственников и друзей? Неужели за века никто не хотел?

— Ну, может виделись, но под клятву о неразглашении?

— Нет, по-любому кто-нибудь проговорился бы. Человек не может быть столько надёжным…

— Опять домысел.

— Но слишком много уже простора для домысла!

Паша хотел что-то сказать, но остановился, глубоко вздохнул и лишь тогда продолжил.

— Саш. Ты перечитался еретиков. Мы, библиотекари, этот феномен знаем на собственной шкуре. К завтрому-послезавтрому отойдешь от этой пропаганды, поверь. Ты возьми тетрадку, потом прочтешь спокойней и с трезвой головой обсудим, если нужен ещё буду. Но сейчас у тебя из уст вырывается ересь. Довольно шаблонная…

Спешный звук шагов. Открылась дверь в помещение. Вошли двое гвардейцев в серой форме с чёрными беретами. Их лица Александру знакомы по отелю. Уверенно и быстро они подошли к столу. Спокойно, с вежливой улыбкой один из них заговорил:

— Добрый вечер, Александр Кириллович. Ваша жена волнуется, где вы. Хорошо, что мы вас нашли.

— Да, мы закончили, — Александр встал, поставил на место стул. — Засиделись мы что-то. Вы же на машине?

— Да. Пройдёмте?

— С удовольствием. Надеюсь, Маша не сильно переживает.

— О, нет. Но будет очень рада скорее вас увидеть.

***

«Эта идиотка не понимает во что мы вляпались!»

Он сидит на скамье где-то в глубине зелёного парка. Даже тень от дуба не помогает в такую жару чувствовать себя комфортно. После разговора с женой Марк сходил в палатку, взял несколько листков бумаги и ручку.