Акт возмездия - Михайлов Максим - Страница 37

– Армяне все-таки не совсем наши братья, – глубокомысленно изрек, продышавшись после опрокинутой без закуски стопки Султан. – Вот и бог у них другой, и Карабах они у нас оттяпать хотели…

– Заткнись, – грубо оборвал разговорившегося Вахид. – Это там, на карабахском фронте армянин тебе был не брат. А здесь в России дело другое. Если их точно так же убивают и ненавидят те люди, которые ненавидят и хотят убить тебя, разве этого мало, чтобы стать с ними братьями?

– Но все-таки мы азербайджанцы, гораздо лучше армян… – нерешительно продолжил свою мысль Султан.

– Да пусть, лучше, хоть в тысячу раз, я же с тобой не спорю, – с видом предельного долготерпения принялся объяснять Вахид. – Я тебе сейчас о другом говорю. Мы и армяне вместе живем в России. А здесь не наша страна, не Азербайджан и не Армения, но мы с вами тут выросли, да? А некоторые даже родились…

Вахид сделал эффектную паузу, глянув на самого младшего члена компании по имени Салман. Он действительно родился в этом же городе и даже никогда не видел родину своих родителей – Азербайджан. Все вслед за Вахидом тоже обернулись посмотреть на Салмана, так будто в первый раз его увидели. Почувствовав себя центром всеобщего внимания, тот смутился и низко опустил голову, даже слегка покраснев.

– Так вот. Живем мы здесь. Наши отцы добились успеха и признания здесь. Так спрашивается, нужно ли нам держаться за эту строну, делать свою дальнейшую жизнь именно здесь, идя по стопам отцов, или надо уехать обратно в Азербайджан и там начинать все с нуля?

Сидящие за столом недобро загомонили, при одной только мысли о такой безрадостной перспективе, как возвращение на историческую родину. А недавно гостивший у родственников в Баку Рашид, вслух озвучил общую мысль:

– В Азербайджане сейчас трудно жить. Трудно даже тем, кто там родился и вырос. А уж если вдруг туда приедут люди из России, то вряд ли им найдется место у общего пирога. Там давно все поделено и чужих, пусть они будут хоть друзья, хоть родня не очень-то привечают.

– Вот, – Вахид поднял вверх указательный палец. – Значит, все понимают, что устраивать свою жизнь мы должны здесь, а не там, так?

Невнятный, но явно одобрительный гул был ему ответом.

– Тогда слушайте главное. На этой земле нас живет очень мало…

– Ну да, мало! Скажешь тоже… – весело хохотнул недалекий Султан. – Только в нашем поселке несколько кварталов коттеджей одни азербайджанцы!

Вахид строго посмотрел на младшего товарища и тот осекся под его взглядом, подавившись собственным смехом.

– На самом деле нас очень мало, брат, – дождавшись пока он окончательно прекратит веселиться, проникновенно проговорил Вахид. – На каждого азербайджанца, армянина, кавказца, азиата, грузина на этой земле приходится десятка полтора "борщей" не меньше… И большинство из них не очень-то нас обожает…

– Эка важность! – вновь хохотнул Султан. – Всего полтора десятка! Да эти трусливые твари разбегутся при одном виде настоящего мужчины!

– Мы идем сейчас с похорон нашего брата, которого прямо посреди города убила такая вот "трусливая тварь", – кротко напомнил Вахид. – И убила она его похоже один на один…

Остальные сидящие за столом лишь осуждающе качнули головами, показав свое отношение к словам слишком несерьезного товарища.

– Ему просто не повезло! – не захотел так легко сдаваться Султан. – Вы посмотрите на "борщей", это же просто трусливое быдло! Да, и среди них попадаются воины, но это очень редко. К тому же все их шакалы, которые должны были защищать это стадо, давно уже куплены на деньги наших родителей и едят у них с рук. Нет причин для беспокойства!

– Послушай, Султан, неужели ты не можешь понять, что деньги и подкупленные менты это очень хорошо. Но есть такие угрозы, от которых они оградить не в силах. И тут уже мы сами должны принимать меры! – Вахид еле сдерживался, самоуверенная глупость собеседника изрядно действовала ему на нервы.

Но тому все было нипочем.

– Вай! Что это за угрозы, от которых нельзя спастись, имея деньги?!

– Скинхеды денег не берут, – глядя куда-то поверх головы Султана, проговорил, ни к кому вроде бы напрямую не обращаясь, Рашид. – Зато они убили и Карена, и его отца…

– Вот именно! – поддержал Вахид. – Среди "борщей" появились такие которых нельзя купить и с которыми нельзя договориться, появились те, кто готовы нас убивать. Пока их еще мало, но если сейчас не дать жесткий ответ, то завтра станет много, а послезавтра нам придется уезжать отсюда…

– Но почему, за что они нас так ненавидят? – слезы искренней обиды звенели в голосе Салмана.

– За что? – Вахид горько усмехнулся. – А откуда твой отец взял деньги, чтобы платить за обучение сына в самом престижном ВУЗе? Продавал "борщам" паленую водку? Или это не так?

Салман молчал, лишь понуро опустил вниз голову.

– А от этой водки они умирали, болели, сходили с ума… Знаешь, как их дети проклинали твоего отца? Вот теперь они выросли, так за что им тебя любить?

– Но ведь мой отец никого не заставлял пить эту отраву! Они сами хотели! Сами! – запальчиво выкрикнул Салман.

Кровь бросилась к его щекам, а в глазах стояли слезы, казалось он готов броситься на Вахида с кулаками. И тот, почувствовав настрой друга, тут же пошел на попятную.

– Сами, конечно, сами… Вот только "борщи" не умеют искать причины своих несчастий в себе… Им проще обвинить кого-нибудь другого и вместо того, чтобы исправлять ситуацию, начать его ненавидеть. Такой уж это народ по своей сути, трусливые, но злобные и жестокие рабы…

– Так что же делать? Я имею в виду, что можем сделать лично мы с вами? – Рашид, как всегда был самым конструктивным из всей компании.

– Что делать? – Вахид обнажил в злой усмешке крепкие белые зубы. – То же что делал Карен. Бороться!

– Предлагаешь всем скопом пойти стучать в ФСБ? – скептически скривился Рашид.

– Зачем же, – еще шире расплылся в зловещей улыбке Вахид. – Мы только что видели, чем это кончается… Большинство "акабов" тоже "борщи", так что верить им нельзя ни на грош… Кто знает, может быть, они сами и сдали Карена? Я лично такому раскладу не удивлюсь.

– Тогда что ты имел в виду?

– Я имел в виду то, что делал сам Карен. Надо продолжать вытягивать на живца скинхедов, только не сдавать их ментам, а решать проблему самим…

– Это что, убивать их что ли? – у Султана даже челюсть отвисла от такого предложения.

– Они же нас убивают… – безразлично пожал плечами Вахид. – Значит и нам можно. Только так мы их остановим, только преподав урок страха, чтобы каждый ублюдок прежде чем побрить себе дурную башку подумал, что только за это его уже могут убить. Тогда это безумие остановится само собой, "борщи" трусливы, как только реальность наказания дойдет до каждого, они все забьются по щелям и не посмеют больше высунуть нос.

– И как мы будем их выманивать? – Рашид снова предпочел обсуждать практические детали, не занимаясь лишним теоретизированием.

– Просто. Начнем на студенческих форумах жаловаться на притеснения со стороны кавказцев, просить помощи. Естественно под русскими именами. Потом будем ждать, кто отзовется. Таких станем вытягивать на встречу и там уже мочить.

– А если это будут не скинхеды?

– А кто же?

– Ну не знаю, ты же будешь просить помощи, вот кто-нибудь и захочет тебе просто помочь…

– Сам-то понял, что сказал? Это если бы я просил помощи, то откликнулся бы любой азербайджанец, потому что мы сплоченный народ, помнящий себя и стоящий друг за друга. А "борщи" все сами по себе. Просто так помогать другому никто не ринется.

– Ну, тогда и скинхеды тоже не клюнут, на фиг им это?

– То-то и оно, что скинхеды как раз клюнут! Они же нас ненавидят, а тут такой случай! То есть они не помогать своему приедут, а мочить кавказцев, чувствуешь разницу?

– Вроде бы, – Рашид нерешительно пожал плечами. – В принципе план хорош, но надо тщательно продумать детали, чтобы вышло что-то реальное…