Темная леди (СИ) - Сотникова Юлия Олеговна - Страница 77

- Ада...

- С вашего позволения, я хотела бы подняться к себе.

- Иногда твой язык хуже жала, - со злостью выдохнула Далия Рипли, когда вслед за Адалиндой из гостиной выбежала и Сюзан, стараясь догнать и успокоить подругу.

- К демонам все! Я не хотела ее обидеть!

- Да, конечно, ты все лишь вывернула наизнанку ее душу. Не ожидала от тебя подобного.

- Да я...

- Хватит, - я сказала это тихо, но судя по тому, как замолчали девушки, мой тон обе восприняли правильно. - Думаю, будет лучше, если мы оставим этот разговор. А вам, мисс Фаррен, я бы посоветовала все же следить за тем, что говорите о тех, кому вы дороги. Между непосредственностью и вульгарностью очень толкая грань.

От прежнего веселья не осталось и следа. Наверное, именно так чувствовал себя Аллан в этом месте - словно вор, пробравшийся на чужой праздник жизни. Они были счастливы до нашего появления, вели размеренный образ жизни, наслаждались тем, что дарила им судьба. И тут я. Новая Хранительница, от которой не знаешь, чего можно ожидать, нелюдимая, закрытая, холодная со всеми, кроме странного оборотня. Что еще они могли обо мне думать?

И все же было обидно. Находиться среди тех, кто не желает твоего общества не слишком приятно, впрочем, винить в этом мне было некого.

- Не уходите, - воспользовавшись тем, что я сидела рядом с ней, Далия коснулась моей руки, вынуждая опуститься обратно на софу. - Простите за это недоразумение, ваша светлость, никто из нас не хотел вас обидеть. Правда, не хотели.

- Это я должна извиняться, а не ты, - с явным сожалением вздохнула лавочница. - Причем и перед Адой тоже. Мой язык частенько меня подводит, леди Меллани, прошу прощенья, если задела ваши чувства. Однако все, что я сказала, было правдой. Мы все любим Адалинду. По правде говоря, не знаю человека, более достойного счастья, чем она. Ей многое пришлось пережить, и за многое расплатиться сполна. А ваше появление... Я просто не хочу, чтобы она снова плакала.

- Но сейчас именно вы стали причиной ее слез.

- Я глупая, да? - казалось еще немного, и утирать слезы нам придется именно Лорне.

- Злая ты и несдержанная. Но глупой я бы тебя не назвала, - фыркнула Далия и, отвернувшись от мгновенно помрачневшей подруги, вновь обратила все свое внимание на меня. - Надеюсь, я вас не расстроила вопросом о сестре? Мне очень жаль, если она мертва, простите, если заставила вспомнить о чем-то грустном.

- Почему вы решили, что она мертва? Напротив, Кристабель жива и, надеюсь, вполне здорова и счастлива.

- Вы сказали, что она "была", вот я и решила... Как же неловко получилось.

- Куда уж хуже? - усмехнулась, глядя на зардевшуюся девушку. - Когда-то у меня была семья, но все это осталось в прошлой жизни, в жизни, которой уже не вернуть, поэтому я и сказала "была". И брат-близнец, и младшая сестра и родители.

- Вы были близки?

- Можно сказать и так. По крайней мере, с братом и сестрой - очень близки.

- Вы по ним скучаете?

Скучала ли я? Скорее тосковала, как о чем-то, что уже не вернуть, порой доставала из глубин памяти, заново переживала моменты счастья и единения с близкими, и вновь бережно убирала в шкатулку воспоминаний. Это и ответила любопытной мисс Рипли, а после поняла, что сегодняшний день разбередил слишком много воспоминаний, чтобы спокойно усидеть на месте. Поэтому, извинившись перед девушками, заглянула в спальню, чтобы написать пару строчек, на случай, если Заккари был прав и Кайллан вернется, и, сделав глубокий вдох, сделала то, что подсказывало сердце.

В графство весна пришла раньше Харланда. Если на Закрытых Землях еще стояли морозы, то в Ассеке деревья постепенно покрывались молодой листвой, а теплое солнце ласково грело поднятое к небу лицо. Еще утром я и не думала, что решусь снова ступить на свою землю, что буду медленно прогуливаться по родным местам, блуждать по лесу, тропинки которого знала наизусть.

Как же хорошо. Здесь было все так же, как я и запомнила, то же умиротворение и покой, тишина, нарушаемая лишь пением птиц, да шелестом деревьев. Изменилось лишь мое отношение. Раньше я думала о небольшом клочке земли, что досталась мне по наследству, как о своем убежище, настоящем доме, теперь же он был лишь частью моего прошлого. Я наслаждалась этой прогулкой, нежилась в каждой секунде, проведенной в этом лесу, однако прежнего трепета не ощущала.

Смешно сказать, чтобы добраться до Харланда мне потребовалось пять долгих месяцев, теперь же, пройдя через Грань, вернуться в эти места заняло не дольше минуты.

- Кто здесь? Мисс, боюсь, вы заблудились, это частные владения.

Уходить. Немедленно. Но почему-то ноги отказались слушаться, а тело застыло, едва за спиной прозвучал голос того, кого меньше всего я ожидала здесь встретить. Он должен быть в столице. Что Грейсону могло понадобиться в семейном поместье, а тем более на моей земле? Впрочем, эти охотничьи угодья теперь принадлежали ему, как когда-то я указала в собственном завещании, поэтому брат имел полное право проводить здесь время. И все же я не думала, что наша встреча состоится так скоро.

- Мисс? Вы здесь одна? Позвольте представиться, виконт...

- Здравствуй, Грей, - тихо произнесла, обернувшись навстречу резко остановившемуся близнецу.

- Мел... Меллани... Не может быть...

Как же он изменился. Всего семь месяцев, жалких семь месяцев прошло с момента нашей разлуки, а я едва смогла узнать в этом взрослом мужчине с серебром в волосах и жестким, даже жестоким взглядом, вечно веселого и задиристого брата. Поседеть в двадцать пять лет.

- Меллани, девочка моя...

Тепло родного тела, столь желанные и давно забытые объятия некогда самого любимого мужчины на свете. Я не заметила, как он пересек разделяющее нас пространство, растворившись в наполненном болью и страданием взгляде, лишь вновь ощутив жар его рук, поняла, как же соскучилась. Как же мне его не хватало. Родной мой. Любимый мой братишка.

- Меллани... Меллани...

- Тише, Грей, все хорошо, я здесь... Тише, родной...

Шепот, почти мольба, стальные объятия, словно он боялся, что стоит отпустить хоть на миг, и я исчезну, стану видением. И слезы, стекающие по мужественному лицу, на котором оставило свой след горе. Когда у него появились морщинки? Эти две вертикальные линии на переносице и едва заметные у уголков губ. Сколько же тебе пришлось пережить без меня, родной мой?

- Твои волосы, Мел... Они белее снега, - глухо прошептал Грейсон, зажав меж пальцев тонкую прядь.

- А ты уже начал седеть.

- Не каждый день, знаешь ли, приходиться оплакивать сестру, - горько усмехнувшись, он вновь зарылся лицом в мои волосы, прижимая к себе. - Моя малышка. Живая.

Сколько мы так стояли? Я потеряла счет времени, просто наслаждаясь его запахом, теплом его тела, той любовью, что буквально согревала меня изнутри. И лишь многим позже, Грей нашел в себе силы отстраниться и по-настоящему рассмотреть воскресшую из мертвых сестру.

- Ты почему раздета?

Знаю, даже в этих краях было еще не настолько тепло, чтобы выходить из дому без плаща поверх легкой блузы и длинной юбки с широким поясом. Но чтобы объяснить, почему мне уже давно не страшны холода, требовалось время. Да и более уединенное место.

- Мне не холодно, Грейсон. Мне уже давно не холодно, - успокаивающе провела ладонью по его плечу, наслаждаясь ощущениями, и улыбнулась, вновь заглядывая в лицо. - Поговорим дома? Мне кажется, тебе не мешало бы чего-нибудь выпить, тем более что разговор предстоит долгий.

- Ты ведь не уйдешь? Меллани, пообещай, что останешься! Пообещай...

- Давай вернемся к этому чуть позже, - с трудом ответила, слыша мольбу в его голосе, но прекрасно понимая, что не смогу выполнить эту просьбу. - Позволь сначала кое-что рассказать. Надеюсь, ты нашел достойную замену Маркусу, не хотелось бы увидеть дом в запустении.

- У госпожи Кенрик оказался весьма смышленый племянник, который с радостью перебрался с тетке после смерти... Но... Маркус умер три месяца назад. Как ты узнала?