Математика волшебства - Прэтт Флетчер - Страница 35

– Замок Базирана! – объявил Долон.

– Выглядит довольно... гм... непрезентабельно, – нерешительно заметил Чалмерс.

– Хо-хо! Не знаешь ты еще нашего архимага, мастера зрелищ и иллюзий, который расставляет такие ловушки, чтобы обманывать доверчивых простаков. Смотри же!

Пока Долон произносил эти слова, луна скрылась за тучами. Ши услыхал хлопанье крыльев. Что-то задело его по лицу. По левой руке вдруг что-то неприятно проползло, словно какое-то насекомое – он даже отпустил поводья.

Откуда-то из темноты донесся протяжный, глухой вой. Конь под ним неуверенно дрогнул, копыта его зацокали по камням в густой, как бархат, тьме. Внизу, на уровне стремени, возникла чья-то физиономия – огромных размеров, с висячими ушами и неровными зубами, торчащими в вечной ухмылке над выкаченной нижней губой. Никакого источника света, который позволял бы разглядеть окружающее, поблизости не было – за исключением, разве что, этой самой физиономии, что плавала во тьме сама по себе.

– Хозяин приветствует вас и приглашает спешиться! – нечленораздельно протявкала физиономия.

К Ши протянулась когтистая лапа, дабы помочь ему слезть с седла. Хоть и попривыкший уже ко всякого рода неожиданностям, на сей раз он не сумел справиться с дрожью при этом липком леденящем прикосновении. Долон у него за спиной хихикнул. Стряхнув прочь страхи, он двинулся вдоль по коридору, в котором оказалось еще темней, чем снаружи, подчиняясь ведущим его трупоподобным пальцам. Послышалось какое-то шуршание, и он ощутил тошнотворную вонь василиска. Дверь затворилась. Вместе со своими спутниками он стоял в какой-то обширной комнате, щурясь от падающего потоком света.

Навстречу им двинулся пожилой, почтенного вида человек, одетый в такую же паломническую сутану, что и у Чалмерса. Он любезно улыбнулся:

– Добро пожаловать, добрый Долон! Какому же счастливому случаю обязаны мы твоим прибытием до начала собранья?

– Да тому самому случаю, что привел меня сюда с этими вот славными ребятами, коих я не далее, как вчера вытащил из лап этого поганца Артегаля.

Подобная версия оказалась несколько неожиданной, но Ши предпочел помалкивать, покуда Долон расписывал леденящие кровь подробности чудесного спасения Ши с Чалмерсом.

– О благороднейший архимаг, – продолжал он, – пришел мне в голову один план. Как известно тебе, люди настолько добры, что говорят, будто владею я талантом составлять планы, граничащие попросту с гениальными.

Вне всякого сомненья, благороднейший архимаг, не можешь не признать ты факта, что ты лишь один и не можешь оказаться в разных местах одновременно.

Хорошо ты Орденом правишь, но выходит так, что он всего лишь профессиональная гильдия. Не дает он нам перерезать друг другу глотки из-за конкуренции, и только. То, что нам нужно – это организация, где все работают сообща, как рыцари Царства Фей. Получится, словно Орден будет состоять из двадцати одного Базирана. Правительству Глорианы в жизни такого не пережить, верно?

Счастливый случай свел меня с этими вот двумя, которые желают вступить в наш Орден. Благодаря искусству разбираться в людях, в коем я так знаменит, я сразу догадался, что специалисты они как раз по тем организациям, коя нам потребна. В общем, рад представить тебе Рида Чалмерса, чародея, и Гарольда де Ши, подмастерья, как будущих ценных членов нашего сообщества. В области магии искусство их заключается в создании невиданных и неслыханных зверей.

Сам Зверь-Крикун ударился в бегство перед их чарами!

– Доброго колдовства вам, преволшебнейшие сэры! – произнес Базиран с любезным поклоном. – Заявленье ваше рассмотрено будет с самым серьезным вниманьем. Полагаем мы, Долон, что слыхал ты уже известия горькие?

– Не, не слыхал.

– Погиб бедняга Мальвиген – пронзен стрелою, что послала эта дьяволица Бельфеба!

– Вот сволочная баба! – Долон обернулся к Ши с Чалмерсом. Спрашивается, ну разве не безобразие это, преволшебнейшие сэры? Вот вам человек, который всю жизнь угробил на изученье теории и практики колдовства – Мальвиген. Стал крупнейшим специалистом в области эротических сновидений, превзойдя в этом искусстве даже великого Долона. И что же? Теперь его закололи, словно дикого кабана – а за что? За то, что достиженья его противоречили тому, что придворные слюнтяи именуют моралью!

Ши пробудился в несколько растрепанных чувствах, поскольку ему приснилось, будто он превратился в статуэтку дюймового роста и был проглочен змеей. Одежда его лежала рядом на стуле. Очевидно, она подверглась магической стирке и глажке, поскольку выглядела совершенно как новая по сравнению с тем потрепанным и засаленным состоянием, в котором пребывала прошлым вечером.

Вошел Чалмерс. Одеяния его тоже блистали чистотой, и даже выглядел он моложе, чем Ши всегда его помнил.

– Я нашел Флоримель! – выпалил он.

– Ш-ш! Ради бога, не так громко. Рассказывайте.

– Она прогуливалась по стене замка. На самом деле это сооружение куда основательней, когда смотришь при дневном свете. Базиран был чрезвычайно любезен. Похоже, он намеревается использовать ее с целью – совершенно с его стороны оправданной – вызвать раскол...

– Ладно, док. Ладно. Понял. Вы в полном восторге. А что, вам действительно удалось выяснить? Кто эта Флоримель, для начала?

– Она... гм... изготовлена из снега личностью, известной как Рифейская Ведьма, в качестве дубликата или двойника настоящей Флоримели, которая, похоже, бесследно исчезла. Базиран считает, что теоретически вполне вероятно подобрать соответствующее волшебное заклятье, чтобы снабдить ее настоящим человеческим телом. Он был весьма, весьма любезен. Боюсь, мы могли составить не совсем правильное суждение...

– Вот как? Насколько я понял, он пообещал вам привести ее в порядок.

Чалмерс неожиданно приосанился.

– По сути дела, пообещал. Но я не вижу, как это способно помешать...

Ши подскочил.

– О боже! Еще немного – и вы окончательно продадитесь колдунам и предоставите ребятам Глорианы выпутываться самостоятельно, пока будете наводить марафет на свою снежную бабу!