Адская зона. Сила духа (СИ) - Седых В. И. - Страница 15

— Да. Немного.

— А что так «тормозишь»? Ты кто? Какой масти?

— Файл, — просто пожал он плечами.

— Я имел в виду специализацию: вор, убийца, аферист… Судя по кличке, компьютерный взломщик?

— Файл— моё имя. И не мешало бы вам, уважаемый, назвать своё. Неудобно как — то получается, уже вроде целый день вместе, а по — настоящему так и не познакомились.

— Вряд ли ты найдёшь кого дряхлее меня в Зоне, поэтому зови Стариком, — уклонился от прямого ответа ветеран. — Кстати, настоящими именами здесь не бросаются.

— Что, сглазить могут? — недоверчиво ухмыльнулся Файл.

— Молодец, догадался, — серьёзно похвалил Старик.

— Так в Адской зоне ещё и колдуны водятся?

— Ма — а–гия, — прошептал Старик и многозначительно поднял вверх указательный палец.

— Даже так? — озадачился Файл, не зная, верить ли в бред старика.

— С таким багажом знаний, сынок, тебе недолго жить на этом уровне, — грустно предрёк пророк. — А расставаться мне уже жаль, есть в тебе что — то… эдакое.

— Вы же говорили, что смерти нет? — подловил Файл.

— В обычном понимании— нет, — загадочно улыбнулся старик и хитро прищурился. Он решил не брать лишний грех на душу и благодушно согласился просветить неуча — Ночь длинна. Сейчас поджарим орешки и потолкуем о вечном.

Старик отодвинул суковатой палкой чуть в сторону горящие ветки, зачерпнул из мешка пару горстей орехов и щедро сыпанул на тлеющие угли.

— Надо бы побольше, — попросил Файл.

— Хорошего понемногу.

— Я приведу раненых.

— Э-э, парень, мы так не договаривались. — Благодушие и щедрость старика испарились вмиг. Он сердито засопел и, вытряхнув из мешка орехи, разделил на две неравные кучки. Большую, старик спрятал обратно. Мешок подгрёб под себя. Закончив справедливый, с его точки зрения, раздел совместно нажитого имущества, старик предложил компаньону — Корми дармоедов своими припасами.

— Ладно, — кивнул Файл и пошёл за ранеными.

Голые калеки сидели молча, настороженно следя за незнакомцем. По пути Файл подобрал выпавшие из обоза несколько палок. Чуть не доходя до калек, остановился, опустился на землю и, сняв штаны, стал превращать их в короткие шорты. Затем оделся, а из излишков материи изготовил подобие бинтов, часть связал в узловатую верёвочку. Материала было крайне мало, но Файл мог использовать только свои штаны. О том, чтобы немного материи оторвать от, уже общего, вещмешка, Файл даже не задумывался— скупой дедуля скорее удавит обоих калек, чем презентует им свою собственность.

Раненые зэки, поняв добрые намерения парня, не кочевряжились. Очевидно, новички не до конца верили в бессмертие грешных душ и пока не спешили расставаться с бренной плотью.

Для крепыша со сломанной ногой Файл соорудил из палок две шины и, перебинтовав, зафиксировал перебитую голень в коленном и голеностопном суставе. Верзиле со сломанными рёбрами, остатками перевязочного материала, как смог туго, перевязал грудную клетку. Затем взвалил на себя крепыша и так, на горбу, транспортировал к костру. Верзила, опираясь на палку, стиснув зубы, приковылял следом.

Пока парень возился с ранеными, наступили сумерки. А старик успел бессовестно сжевать, накануне предложенную Файлу, порцию жареных орехов.

— Неслабый у вас аппетит, дедуля, — ядовито заметил Файл.

— Здоровый, — довольно хрюкнул дед и, зачерпнув очередную горсть орехов из оставленной Файлом без присмотра кучки, стал ловко колоть их камнем, быстро запихивая сырые ядрышки в свою бездонную утробу, очевидно, спасая провиант от бесполезной растраты.

Файл понял, что с вздорным старикашкой надо быть начеку, и торопливо перебазировал свои тающие пищевые припасы по другую сторону костра, подальше от «проглота». За хлопотами он не заметил, с какой стороны к ним подкралась фурия.

Она неожиданно вышла из обступившего костёр сумрака и звонким девичьим голоском ласково спросила:

— Не поделитесь ли огоньком, дедушка?

— Поменяюсь, — зло зыркнув глазами на непрошенную гостью, предложил альтернативу практичный ветеран.

Девушка мило улыбнулась и, отведя руку из — за спины, выставила на всеобщее обозрение пучок бледно — розовых корнеплодов с длинными зелёными хвостиками.

— Договорились? — Пучок шлёпнулся к ногам Старика.

— Если удвоишь плату, — потребовал Старик и, проворно ухватив продтовар, быстренько запихнул в мешок.

Фурия оглянулась назад и крикнула в темноту:

— Стелла!

На зов из леса вышла вторая товарка, неся в обеих руках целую охапку ярко — красных корнеплодов. Когда обоз приблизился к голодным взорам, из его недр нежные девичьи пальчики брезгливо наковыряли самых бледных, самых худосочных представителей съедобной флоры, впрочем, близнецов уплаченных плодов.

— Вдвойне, — мило улыбнулась опытная торговка и, умело связав отбросы в пучок, швырнула к ногам позеленевшего от злости старикашки.

— Хм — м–гх — хе, — именно это прокашлял жмот, неохотно протягивая фурии толстую палку, вынутую из центра костра.

Огонёк вместе с девушками уплыл в чащу леса, где вскоре вспыхнули алые отсветы нового костра.

После молчания, очень продолжительного, старик тяжело выдавил:

— Продешевил, однако.

— И вовсе нет, — подал голос крепыш со сломанной ногой. — Девка могла бы набить всем морды и вовсе не торговаться.

— Это кто там умничает? — зло рыкнул на говоруна Старик. — Ты, Хромой?

— Я не Хромой, меня…

— Хромой! — рыкнул на недобитка Старик. В ответ больше возражений не последовало, и он чуть расслабился. — Пацаны зелёные, что вы понимаете в законах Адской зоны?

— Вот и растолкуй нам всё, наимудрейший, — прижав ладони к груди, низко склонил голову Файл.

— Этим двум доходягам учиться уже поздно, — костлявый палец ткнул в сторону калек. — Полагается сдохнуть на днях.

— Самое время послушать о загробной жизни, — аргументировал запрос Файл.

Старик кольнул умника из — под мохнатых бровей чёрными бусинками зрачков. Затем обратил взор к быстро темнеющему небосводу и надолго замер в странной молитвенной позе.

Тёмное небо усеяли россыпи ярких звёзд. А Старик все также отрешённо сидел с широко раскрытыми глазами. И если бы не слабое шевеление костлявой груди, то наивные слушатели давно бы уже уложили дохлого лектора на спину со скрещёнными руками. Но достойные ученики даже не обсуждали поведение хитрого старикана, не без основания полагая, что профессор желает испытать их терпение. И, когда гуру надоело изображать статую, он соблаговолил раскрыть рот.

— Ну что ж, терпение у вас есть. А вот достанет ли вам воображения, чтобы постигнуть таинства Адской зоны?

Не решаясь осквернить тишину своим глупым бормотанием, ученики, не сговариваясь, молча наклонили головы. Старику и это понравилось.

— Хм-м, люблю, когда меня слушают, открыв рот, — сломав всю торжественность обстановки, заявил наимудрейший. — Ух-х, затекли. — Он принялся разминать ноги, а потом вдруг неожиданно выдал — Пошутили, и хватит. Пора спать!

Троица никак не отреагировала и на эту провокацию.

— Насчёт воображения, ещё посмотрим, а нервы у вас крепкие, — довольно хмыкнул Старик. — Ладно, можете высунуть из пасти языки и чуть ими потрепать по ветру. Расскажите кто такие, за что сели, только покороче. Начнём, пожалуй, с Хромого.

— Вообще — то, меня братва звала… — начал было крепыш.

— Я же сказал— короче, Хромой.

— Пусть так, — покорился Хромой. — А сел я за разбой на космических трассах. Всё.

— Пират, — поставил клеймо Старик. — Теперь послушаем второго. Говори, Верзила.

— Пусть будет Верзила, — добродушно согласился крупный парень. — Я профессиональный телохранитель. Превысил необходимую самооборону, и вот я здесь.

— Насколько превысил? — прищурился Старик.

— Штук на пять, — виновато потупясь, вздохнул Верзила, — трупов.

— Бычара, — дал блатную характеристику Старик и уставился на Файла — Твоя очередь.

— Я лучше промолчу.

— Что так? — встрепенулся Старик.