Адская зона. Сила духа (СИ) - Седых В. И. - Страница 32

У странного проводника было достаточно времени зачаровать слушателей. Стервятники сами определили «пойманного» селянина в проводники через Ведьмину топь. Хоть хитрый старик поначалу и отнекивался, но пергаментная карта, найденная за пазухой, предательски выдала его маршрут. Если бы обоз, с собранным по деревням налогом, шёл чуть быстрее, то старик бы не наскочил ему на хвост. Но у одной колымаги сломалась тележная ось, и задержка в пути обернулась, для стервятников, неожиданной удачей. Местные селяне не водили чужаков короткой дорогой, говорили: мол, легко заплутать, да и бояться шастать по гиблым топям. А сами, оказывается, тайком гоняют по старой имперской дороге! Без карты, конечно, опасно, но фортуна сегодня благоволила рисковым парням.

Пиковый Валет не ждал подвоха от перепуганного до смерти старого хрыча. И как только столь возрастной пенсионер в Зону попал, ведь в мире Шардов не стареют? Но нет, вожак Стервятников не боялся засады. В зоне давно установилось равновесие. Мародёры безнаказанно собирали дань с окраин, ведь в пограничье селились только смирные ветераны. Мятежей против пахана Шардобада здесь, почитай, уж лет сто как не было. Кровь играла лишь у молодых— буйные анархисты и ушлые людишки воровских кланов иногда бузили в столице. А старики, на сельских окраинах, мирно доживали отмеренный Шардами срок. Да, тишина и покой царили на границе Шардобада.

Дряхлый старец не спрашивал позволения петь, но Пиковый Валет и не запрещал, старинная баллада хоть чуть скрасила скучный переход. Никто не предполагал, что странная песня способна сильно сократить путникам не только дорогу, но и… жизнь.

Вначале старик пел о светлой стране грёз, чудесном счастливом крае, где полно красивых женщин и вина, где беззаботно жили свободные храбрые воины.

Сладким мёдом вливались звуки в алчные похотливые души стервятников. Заблестели глазки, капнула с губ слюна.

Но баллада звучала дальше и поведала о злых кровожадных демонах— дикзелах. Схватились со злом в неравной битве храбрые воины, схлестнулись отточенные клинки с острыми зубами исчадий ада.

И сжались пальцы на рукоятках мечей, мёртвой хваткой вцепились. Благородный гнев и бешеная злоба обуяла возмущённые души стервятников.

Песнь звучала, звала за собой в гущу битв и сражений, призывая рубить, крошить мерзкие тела уродливых дикзелов. Если вначале, гипнотизировала убаюкивающей мелодией ласковых слов, то теперь давала жёсткую установку. Яркие образы, словно колдовское заклятие, проникали глубоко в подсознание и вели за собой, сначала в райский сон, а из него в кошмар ада.

Великий чародей знал тайное ремесло. И пусть скептики твердят, что магии нет, что подобный фокус— сеанс гипноза. Может, оно и так, но только настоящий мастер сумеет словами заползти в глубины души человеческой и там, в потёмках чужого сознания, нащупать нужную струну, тронув которую, можно вызвать резонанс, способный разрушить индивидуума, превратить свободную личность в послушную марионетку.

Колёса телеги совершили последний оборот и, с недовольным чавканьем, по самые оси, зарылись в мутный студень грязи. Тяжеловозы испуганно заржали, беспомощно меся копытами коварную жижу, медленно пожирающую их ноги.

— Приехали, — оборвав снотворную песню, провозгласил старик.

Люди очнулись от гипнотической дремоты и озабоченно заворочали головами по сторонам, осматривая незнакомую местность. Казалось, они только что двигались по кромке леса и вдруг… очутились посреди бескрайней топи.

Коварный проводник выждал, пока беспокойство на удивлённых лицах сменится страхом и, одним возгласом, превратил смутное выражение в гримасу животного ужаса.

— Ди — и–кзелы-ы! — во всё горло завопил старый маг.

Слово произвело эффект разорвавшейся бомбы. Всё смешалось: воины, рабы, кони, коровы— все обезумели! Людской страх передался животным, тишину болота разорвали сотни криков, которые уже нельзя было разделить на человеческие и звериные. Все превратились в животных— одно большое испуганное стадо. Представление началось! Но героев не было, лишь толпа мечущихся по сцене статистов. И только главный режиссёр кровавой драмы знал сценарий, умело управляя обезумившими марионетками.

— Дикзелы среди вас! — ткнул указательным перстом Странник в гущу водоворота грязных тел.

В том месте, сразу же вспыхнула ожесточённая рубка. Кто ещё не успел упасть в грязь, бросился яростно кромсать испачкавшихся сотоварищей. Грязь и кровь быстро перекрашивала палачей в жертв. Вот уже, их самих тыкают и полосуют острыми клинками подоспевшие стервятники.

— Дикзелы с флангов! — как заправский дирижёр, машет руками косматый старик.

И, будто прикосновение его костлявой длани, лишает людей рассудка, послушно бросает на заляпанных грязью неудачников. Лязгает сталь, хлюпает кровь, визжат палачи — жертвы— смерть пожинает богатый урожай. Обильно льётся кровь, смешиваясь с болотной жижей. Мир активно перекрашивается в багрово — коричневые тона.

Звериный рёв захлестнул поле битвы. Стервятники, мёртвой хваткой вцепившись в рукоятки мечей, как сумасшедшие мясники — людоеды, с тяжёлым придыханием, остервенело, расчленяют человеческую плоть. В бешено вылупленных, налитых кровью, глазах застыл животный страх и звериная жестокость. Мечущиеся из стороны в сторону зрачки ищут врагов. Но их так много, что глаз не может остановиться на ком — то конкретном.

Безликие враги повсюду! Враги, враги, враги— они кругом, болото кишит дикзелами! Твари вырастают прямо из — под земли за твоей спиной. Исчезают знакомые лица друзей, а на их месте, расплываются коричневой слизью, отвратительные рожи болотных уродов.

Заляпанные кровью монстры побеждают. Отряд стервятников тает, растворяясь в грязи и крови. Изрубленные на куски тела устилают Ведьмину топь лоскутным ковром.

— Спасайтесь люди! — дирижирует старик. — Дикзелам не счесть числа!

Бросив сражаться, остатки отряда отступили, оставив поле боя за дикзелами. Отбившиеся от основной группы стервятники рванули напрямик, через болото.

Ведьмина топь гнилой, беззубой пастью, с жадным чавканьем, засосала жертвы в бездонное чрево.

Оставшиеся в живых, испуганно сгрудились в кучу, превратившись в ощетинившегося стальными иглами ежа, и бегом бросились по проторённой дороге.

Их по пятам преследовали хромающие, отвратительные фигуры гадких дикзелов. Монстры гнались молча, угрожая заляпанной кровью сталью. Болото кишело мерзкими, смертельно опасными тварями. Смерть пряталась за каждым кустом, под каждой болотной кочкой.

Охваченные паникой стервятники не думали спасать увязающих в грязи, жалобно ржавших лошадей и мычащих коров. А уж робкая мольба насмерть перепуганных рабов, вообще, никого не трогала. Скованный единой цепью живой товар остался валяться в грязи, дожидаясь, когда кровожадные дикзелы уволокут живое мясо в трясину. Стервятникам сейчас явно не до спасения имущества. Они, ускоряя шаг, пытались поскорее вырваться из коварной засады.

Хлюпая по бурой жиже, постоянно оглядываясь, вереница врагов, лишь через час, устало добрела до засады. Обогнув последнюю сопку, рваная цепочка тел выползла на прямой участок дороги.

— Ого — о–о, — высунувшись в полный рост из — за частокола, первым узрел неприятельские орды Верзила. — Целый косяк стервятников на нас прёт.

— Башку спрячь, — одёрнул бойца Файл. — Всего — то, пара десятков тушек.

— Влёт пташек побьём, — наложила стрелу на тетиву охотница. — Только вы, до поры, не высовывайтесь. Ибо скорострельностью не отличаетесь, да и… меткостью тоже. Берегите выстрелы для ближнего боя. А я, со ста шагов начну.

— Э-э, да у большинства щиты, — подглядывая в щёлочку между брёвнышками, пожаловался Хромой. — А нам щиты Дьявол зажмотил.

— Мы ж диверсионный отряд, а не штурмовой, — постучал костяшками пальцев по крепкому затылку соратника Файл. — В бою, для разведчика движение— жизнь, остановка— смерть.

— Враг трупами завалит— не выкарабкаешься, — поддакнул командиру Верзила.