Адская зона. Сила духа (СИ) - Седых В. И. - Страница 76

Над недвижимо замершими молчаливыми водами озера разносились гулкие удары железом по камню. Мощная кирка ритмично крошила твёрдый гранит. Камешек за камешком падали к ногам Огненного Дьявола острые осколки монолита. Он, в одиночку, весь день остервенело долбил ненавистную твердыню. Никто не смел помешать мужу выместить, на заколдованном граните, бушующую в раненом сердце ярость. Лишь «Око Шардов», недовольно стонало, сопротивляясь святотатству, но и бездушная скала плакала от его горя каменными слезами. Дьявол люто ненавидел бессердечных Шардов, не верил в их божественную сущность. Непокорённый узник безжалостно рубил основание колдовского цветка, наплевав на все последствия грубого кощунства.

Конечно же, один, даже очень сильный и озлобленный на ложных божков человек, не мог простой киркой сокрушить великое колдовское творение. Каменный цветок устоял, только уступил чуток места у вершины стебля. Всего — то, узкую нишу, длиною в пару метров.

Закончив работу с камнем, Дьявол аккуратно поместил в гранитную могилу покрытое алой парчой тело любимой жены. Откинув край ткани с лица, наклонился и поцеловал холодные губы. Горькая слеза скатилась по щеке великана, упала на бледное лицо жены. Дьявол знал, что уже никогда не сможет обнять и поцеловать любимую. Он расставался навсегда.

Обычно, обитатели Адской зоны особо не заботились о телах погибших друзей. Их сжигали на костре, а ветер разносил пепел по бескрайним просторам Шардистана. Останки, что пощадил огонь и не развеял ветер, присыпали землёй. Никто не отмечал место захоронения. В мире Шардов, смерти, в полном её понимании, не существовало.

Но с Любавой было не так. Её душа исчезла из мира Шардов безвозвратно! Дьявол понимал, что, когда — нибудь, ему всё равно придётся расстаться с любимой, понимал и страшился, надеялся оттянуть ужасный момент, хотя бы до окончания своего срока заключения. К сожалению, в Шардистане нельзя жить вечно, а хотелось бы. Но Дьявол не думал, что первой его покинет Любава. Ах, если бы коварный коричневый маг не подослал ядовитую колдовскую тварь, то в запасе у счастливой пары оставалось ещё лет шестьдесят супружеской жизни— почти целая человеческая жизнь!

— Любимая, ты ушла первой, — поглаживая шелковистые локоны волос, ласково шептал на ушко жене великан, — хорошо, что тебе не придётся испытать боль утраты…

Огненный Дьявол нежно ласкал пальцами бледную кожу красивого лица, разговаривая с мёртвой Любавой, будто жена его слышит. Он помнил её маленькою девочкою, когда вместе со Странником, тогда ещё в обличии юного паренька, они втроём путешествовали между адскими зонами. Большеглазая любознательная девчушка доставляла уйму хлопот, но ни за какие блага волшебного мира друзья не расстались бы с ней. До сих пор остаётся загадкой: откуда в суровом мире угрюмых Шардов появился чудесный ребёнок. Лишь хитрые небесные божки и молчаливый Странник знали этот секрет. Но маг, даже Любаве и лучшему другу, не желал его раскрывать. Может, дал обет молчания Шардам, или из врождённой вредности— чародей уже тогда был в душе зловредным стариком, осторожным и, до жути, практичным. Странника когда — то тоже постигло страшное горе, в этом ли мире или в прошлой жизни, но он не хотел делиться ни с кем сокровенным, всё зарыл в потаённых закоулках души. Лишь Шарды, конечно же, всё знали об узнике и, может поэтому, так благоволили к горемыке, одаривая чародея магической силой, подсказывая и направляя.

— Видимо, ты был прав, старина, — вспомнил извечный спор с другом Дьявол, — не место в Адской зоне детям. Ибо в жестоком мире, маленькие человечки умирают по — настоящему, навсегда. Не стоит обрушивать на родителей непосильный груз ответственности за любимое чадо. Никто не сможет уберечь чудных крох от обжигающего дыхания Ада. — Дьявол немного помолчал, горестно вздохнул — Вот и мне, старина, не удалось…

На ветерана зоны опять нахлынули волны воспоминаний. Перед взором, словно в жутком калейдоскопе, промелькнули картинки кровавых битв. Он дрался не за свою бессмертную душу, а за сохранение настоящей, хрупкой жизни, испуганным комочком прятавшуюся за его широкой спиной.

Бородатые злые морды мелькали перед глазами Дьявола. Зажатые в обе руки сверкающие клинки отражали удары шипастых дубин, рассекая на части оскаленных двуногих тварей. Рядом, огненные шары Странника, с громовыми раскатами, разили наповал бесчисленных врагов, а, когда иссяк запас магической энергии, чародей пустил в ход суковатый посох. Дьявол помнил, как маг, потеряв хрупкое орудие, будто разъярённый зверь, с диким воем, бросился на врагов и зубами грыз им глотки, выбивал пальцами глаза— Странник был ужасен в гневе! Ярость двух путешественников, безусловно подкреплённая искусством боя, победила тогда самоуверенность наглой банды. Толпа головорезов в страхе улепётывала от двух исчадий ада. Ибо отчаянные мужчины были полны решимости истребить неприятеля до последнего бойца и вовсе не собирались умирать. Мужчины не могли проиграть неравный бой, не имели права! Бессмертные духи закрывали собой хрупкую жизнь ребёнка. Они знали, что девочка смертна, по — настоящему смертна. Поэтому никакие раны не способны были заставить бойцов сдаться. Только полное уничтожение телесной оболочки, могло выбить душу из свирепой машины уничтожения, сотканной из мышц, костей и сухожилий.

Дьявол вспоминал и другие эпизоды, когда требовалось не меньше усилий, чтобы спасти неповторимую жизнь. Перед глазами ветерана расстилались бескрайние просторы дикого Шардистана: знойные безводные пустыни, бесплодные каменные вершины гор, белоснежные ледяные равнины. В тех краях, капля живительной влаги или кусочек свежего мяса ценились дороже всех сокровищ. Но друзья, преодолевая неимоверные трудности, упорно шли вперёд. Во что бы то ни стало, стремились вывести Любаву в безопасную Зону, подальше от царящего на Дне ада беспредела, от кровожадных маньяков и кошмарных ядовитых тварей. Мужчины старались избавить дитя от убийственного климата Адских зон, созданных немилосердными Шардами специально, чтобы поизмываться над грешниками. Но за что адские муки терпеть невинной душе?

Дьявол и маг потратили долгие годы на нелёгкий, опасный путь в «верхние» зоны. Иногда один из друзей «погибал», тогда оставшийся шёл вперёд с Любавой. Крался осторожно, медленно, ибо нельзя было оставлять девочку совсем без защиты. Отброшенному неподкупными Шардами узнику, приходилось вновь карабкаться «вверх», снова преодолевать опасный участок пути, отделяющий от друга и маленькой спутницы. Но одному идти намного легче, да и знакомая дорога уже не казалась такой опасной.

Странник, каким — то только ему известным способом, умел отыскивать Дьявола в любой Зоне. Поэтому Огненный Дьявол лишь двигался условленным курсом. Если же Шарды отбрасывали в ад его, Дьявол с боями прорывался сквозь разделявшие Зоны и догонял мага, который поджидал друга в безопасном месте и выходил навстречу.

Долгие годы провели в дороге отважные путешественники. Любава выросла и, из озорного нескладного ребёнка, превратилась в отважную красивую девушку. Мир вокруг изменился, ушли в прошлое опасности по — настоящему Адских зон, спутники уже не расставались. Втроём они преодолели тысячи километров дорог, горы, пустыни, дремучие леса и бескрайние степи. Любава всё больше и больше привязывалась к храброму рыжему великану. Дружба переросла в любовь, и чувство было взаимным. Странник не мешал влюблённым, он относился к воспитаннице, как к близкой родственнице, называя её- в шутку, а может, и нет, — дочкой. Он одобрял её выбор мужчины. Лучше Дьявола, никто не защитит её от зла в Адской зоне.

Когда спутники достигли благословенного Шардобада, старой столицы двух Волн, над головой Странника вспыхнул нимб святого. Маг искупил грехи и мог вернуться в Старый Свет. Он чаще Дьявола жертвовал жизнью, спасая девочку. Ведь чародею проще догонять, чем дожидаться отставшего друга. Кроме того, Странник очень хорошо усвоил основные законы Шардистана, любое его действие вело к снижению срока заключения. Да и к боевой магии, Шарды относились с большей симпатией, чем к грубой силе холодной стали клинка.