S-T-I-K-S Изолированный стаб (СИ) - Горшенев Герман - Страница 45

По традиции, от замков имущество освобождала женская половина. В один удар виброножа замок цокал уже на земле, и оставалось просто открыть засов и зайти мародёрствовать.

Порывшись в доме и сарае, отыскали галоши, сандалии, ношеные кроссовки и кучу сланцев. К моему огромному удивлению была обувь и на Носорога. Мужичок притащил нам всем по несколько пар на выбор, не в зубах. После того как он понял, что мы мимо шли, а не искали иммунных на жертвенник и его бросать не собираемся, повеселел и был готов исполнять все наши капризы. Светясь, как новая копейка, приволок безразмерные галоши с красной бархатной подкладкой, новые, не ношеные. Подозреваю, что они предназначались для надевания поверх туфель, но нашему акселерату были в пору. Раньше так и носили, галоши поверх туфель.

Обувь себе подобрали все. Старая одежда и всё, что не относилось к уникальному снаряжению, полетело в вырытый деревянный сортир с дыркой в полу. Оставлять просто лежать на воздухе хоть и мокрые, но перемазанные кровью тряпки мы боялись.

Амазонка устроила настоящий тропический душ, сделав несколько прорезов в бочке своим ножом. Не заморачиваясь и не стесняясь, мы мылись. Потом будем стесняться, шкура, она дороже. Приоделись. Одежды не нашлось, поэтому отыскали несколько комплектов затёртого и застиранного постельного белья, но свежевыстиранного, выглаженного и аккуратно сложенного. Прорезали дырки для головы и подпоясались кто чем. Банда индейцев в пончо выдвинулась дальше.

Сейчас моя задача была — как можно больше сделать гигиенических остановок, потому что с одного раза кровь, наверное, не отмывается. Когда мы резали дружбанов нашего бандюка, то крови было, как в нашем первом нашествии. Ещё хотелось найти что-то лучше галош и накидок из старых простыней. Нам было проще, мы всегда ходили в комбинезонах нео и могли сойти за работяг, накинувших что нашли, а вот наше домашнее животное щеголял в пончо на голое тело и ярко-красных садовых тапках. Правда, одежду он сделал себе добротную, из старого одеяла, а за спиной, скрученный в трубочку, у него был ещё один комплект форменной одежды, очевидно, пододеяльник.

За запах от комбинезонов я не боялся, они мгновенно стали чистыми и не пахли, высохли за несколько минут, а вот удалось ли нам отмыть кожу и волосы, сильно сомневался.

С выбором места ночёвки у нас получилось само собой. Логика Стикса непостижима. Он, конечно, старается объекты стыковать максимально близко по назначениям, но это не означает, что в нашем понимании эти объекты стыкуемы. Если это два моста, то совершенно спокойно может быть соединить автомобильный к железнодорожному, если это две трубы, то логично совместить воду с канализацией или газовую трубу с канализацией. Вполне логично состыкованы два похожих строения, на которые мы наткнулись. Огромный ангар, около которого стояло множество сельскохозяйственной техники, и супермаркет неизвестной мне марки. Они были очень аккуратно совмещены по шву сэндвич-панелей. Цвет и, скорее всего, марка панели совпадают, и там, и там использовалась одна технология. Размер каркаса, поверх которого обшивали серыми плитами, подходил идеально.

Также было и внутри. Мы видели срезанные, будто лезвием, полки товаров и половину бульдозера, аккуратно пристыкованную к кассовым аппаратам. На полках товар, который тоже был срезан. Очень интересно посмотреть на бытовую технику. Никто в нашем мире не смог бы отрезать так интересно микроволновку или кофеварку, а как красиво выглядит разрезанный стеллаж с электрическими лампочками — от обычных до светодиодных.

С перегрузки этих строений прошло, наверное, не больше полугода. Многие приборы, имевшие батарейки, легко включались. Сканеры товара и валяющиеся в отделе электроники телефоны подавали признаки жизни. Обычно любой телефон за год разряжался всухую, даже когда был выключен. Однозначно, консервы, печенье и бутылки с водой можно было смело брать.

Первое, что мы сделали, это отодрали бутылку от кулера и добавили в воду немного ацетона и пару бутылок водки, хорошенько ещё раз вымылись. Заскочили в хозяйственный отдел, захватив пару бутылок растворителя, разлили на всех входах, чтобы отбить запах. Пусть воняет. Не знаю, как это будет действовать, но в моём понимании наш запах это должно было перекрыть. До пекла тут рукой подать, а стенки из сэндвича — это не очень надёжно. Так получилось, что я тут вождь и за всех отвечаю, как за недорослей, так и за домашних животных.

Дети — прекрасные бойцы, но передвигаются по Стиксу без скафандров и танков, как коровы. Ещё раз вспомнил Штыря с подельником и улыбнулся. Как они на меня шипели и хватали за шкирку, пригибая голову. Я тогда был уверен, что ко мне придираются. Да они просто душки, я бы прикладом стукнул.

Плюгавый ковырялся на полках, выискивая себе поесть. Детвора довольно быстро сориентировалась, взяла несколько пачек печенья и большие банки рыбных консервов с гадами или осьминогами. Это им больше всего нравилось. Открыв крышки, тыкали кусочки взятыми тут же ножичками и отправляли в рот. Я проходил мимо:

— С ножа не ешьте — злыми будете.

Молодняк замер с открытыми ртами и наколотыми кусочками еды на ножах. Четыре внимательных глаза на меня недоумевающе посмотрели.

— А, ну вас! Некогда объяснять, — махнул я рукой и пошёл дальше.

Четыре зрачка проводили меня взглядом и зверёныши продолжили чавкать. Я себе взял сухой спирт и банку тушёнки. Нашёлся вполне нормальный тостерный хлеб. Чёрствый, но срок хранения у него чуть ли не больше, чем у консервов. Он вонял уксусом, но многие его считают очень полезным. Банка горячей тушёнки и хлеб, что ещё надо? На мои изыскания в области чего пожрать приполз наш представитель организованной преступности с похожей банкой, но она у него была в томатном соусе. Протянул мне ещё одну.

— Спасибо. Пожалуй, тоже попробую, — поблагодарил я нашего нового члена общества.

Немного пожевали разогретую еду с квадратиками хлеба.

— Добрая Милая Крёстная, скажите, а кто они вообще такие? — вежливо начал наш отмытый бандит.

— А с чего ты вообще решил узнать?

— Я их речь понимаю процентов на пятнадцать, это саамский и много финских слов. Финского я не знаю, но определённо он. Финно-угорская группа языков.

— Это мои крестники.

— Не очень-то вы на финна похожи, скорее, совсем не на финна.

— Мне это уже говорили. Ты давай рассказывай, откуда знаешь и вообще кто ты такой, раз увязался.

— Я профессор.

— Кликуха? Типа Доцента?

— Нет. Я профессор филологических наук, ещё иняз попутно заканчивал. Кафедры были рядом, а там девчонки классные. Мне образование легко давалось, я сразу два высших и получил, потом аспирантура и прижился на кафедре. Так и работал. Зовут меня Жупел.

— Это твои чумаходы тебе такое имя дали?

— Ага.

— Жупел — это же горящая сера с неба? С чего так пафосно? Не выглядишь ты как кара небесная.

— Они и не знали, что это такое. Они думали, что жупел — это то, что из ушей выковыривают, а я, разумеется, не рассказывал. Про мои два высших образования то же, а то бы прибили.

— Это ты правильно сделал. Детвора — представители высшей расы, но не такой, как ты. Это в натуре крутые пацаны, космос держат, всяких залётных мочат, борзеть не дают. Сложно там у них всё, в нашем курятнике они круче всех. За пеклом живут, — в стиле девяностых сообщил я.

— А откуда вы их взяли?

— Я же говорил, я у них крёстный. И не надо так смотреть, так получилось. Между прочим, в плен мы брать никого не собирались. Это только потому, что ты плюнул вовремя, а потом за мою штанину держался и на четвереньках километр полз.

— Я об этом тоже думал. Повезло мне. Они у тебя совсем дикие.

— Следующий этап развития человека — новые люди!

Разогрели ещё по одной банке тушёнки и пожевали печенье. Жупел уже приоделся, выбрав себе брюки. Он надел не джинсы, а именно брюки. Удобные спортивные туфли заменили красные садовые тапки, а пончо из одеяла уступило место рубашке и лёгкой куртке.