Легко ли стать королевой? (СИ) - Мамлеева Наталья - Страница 60

— Скажи, с какой минуты ты решил, что я стану твоей женой? – мой ответ был настолько же неожиданный, как и его вопрос.

— Наверное, как только увидел твою улыбку, — серьезно ответил Астат. – Тогда я поймал себя на мысли, что думаю о тебе как о будущей супруге и дал себе обещание, что если ты окажешься умной девушкой, то непременно станешь моей женой.

— Неужели? – взметнула брови я. – Астат, ты рушишь каноны! Обычно мужчины выбирают в жены глупых барышень.

— Нет, — покачал головой он, и я застыла в ожидании его ответа. – Если есть выбор, то его делают в пользу любимых. А уж какими качествами будет обладать возлюбленная, совсем не важно.

— Но в твоем случае…?

— В моем случае я наследник целого государства, значит, мне нужна жена, обладающая определенными качествами.

— А если бы я ими не обладала?

На меня посмотрели с неудовольствием, а затем щелкнули по носу. Я ойкнула и насупилась, отчего жених засмеялся.

— Обладала бы, потому что это ты. Я уже не представляю тебя другую, Ари, поэтому не могу ответить на твой вопрос. Ты же меня любишь таким, какой я есть, а если бы я был другой, то полюбила бы ты меня? – увидев задумчивость на моем лице, он продолжил: — Вот видишь, ты не знаешь. Поэтому всё именно так, как есть.

Хорошо, любимый, я с тобой согласна. Но у меня еще оставалась тьма вопросов, на которые можно было переключить тему сегодняшнего разговора.

— Астат, а что насчет Алиона и Касла? Им что-нибудь будет за предательство?

— Алион так и останется придворным магом, а вот Касл потерял доверие в глазах короля, насколько бы он не был профессионалом своего дела. Пока его судьба не решена, но я думаю, что он еще сослужит неплохую службу в судьбе Василисы, — ответил Астат, а потом внезапно остановился и отпустил мою руку. – Мы пришли.

И теперь я соизволила оторвать взор от синих озер телохранителя и взглянуть, куда же мы пришли. Передо мной был храм. Это то, о чем я думаю? Астат, ты не смеешь так надо мной шутить! И если он сейчас скажет, что, мол, мне нужно помолиться, подожди меня здесь, я его убью! А труп оттащу на кладбище и прикопаю там! Сама! В этом белом платье!

— Астат…

— Только не говори мне, что тебе нужна пышная свадьба, — проговорил на одном дыхании принц. – Я очень хочу, чтобы ты стала моей женой, и так ли важны декорации? Да, сейчас Эдмунд Второй не исполнит свою угрозу не выпускать тебя за границу Этиона, но я хочу приехать в Леньеву уже женатым. Я хочу представить родителям свою жену, показать им свой выбор, а не мучиться долгие недели в ожидании празднества нашей свадьбы.

Его слова были пропитаны искренностью, отчего я стояла и улыбалась. Не сильно, лишь приподняла уголки губ, но это была та самая умиротворенная улыбка, которая расцветает на губах женщины в переломные счастливые моменты нашей жизни.

— Астат, я даже не думала отказывать тебе. Когда вся моя жизнь была и будет выставлена напоказ, я хочу сохранить частичку чего-то общего, только нашего, о чем не будет знать никто. Это будет наш секрет, помнишь? – вернула я ему слова о тайнах.

Его высочество не ответил, лишь протянул мне руку. Я вложила в неё свою ладонь, и последовала за женихом к дверям храма. Открыли нам храмовники, и вообще оказалось, что к церемонии бракосочетания уже всё готово. Видимо, Астат успел всё организовать тогда же, когда и купить моё белое платье.

— Будьте здоровы, дети мои, — встретил нас мужчина в бледно-желтой рясе, когда мы подошли к алтарю.

— Светлых дней, святой отец, — одновременно ответили мы, сложив руки лодочкой и чуть склонившись перед мужчиной.

Жрец улыбнулся и кивнул, после чего внимательно посмотрел на нас. Внезапно его лицо озарила улыбка, и я даже подумала, что он признал в Астате наследника. Потом отбросила столь глупые мысли и стала ждать разъяснений святого отца, которые не заставили себя долго ждать:

— Надо же, а знали ли вы, что вас соединяют красные нити чувств? Такое бывает не со всеми любящими сердцами.

Астат удивился, а я лишь постаралась спрятать улыбку. Прав был господин Форн, прав! Капитан полиции, обладающий определенными магическими навыками, предостерегал меня от связи с телохранителем. Потом Алион пытался намекнуть на невозможность связи с наследником Леньевы.

И вот сейчас я стою у алтаря с самым невыносимым мужчиной в моей жизни, которого люблю больше самой себя. В последнем мне помогли убедиться события вчерашнего вечера.

— Ты знала? – всё-таки увидел мою затаенную улыбку Астат, и я неопределенно пожала плечами, радуясь, что дальнейшей пытке не быть из-за свадебного обряда.

— Подойдите ближе, — приказал жрец, а двери позади нас с грохотом закрылись. Я даже поежилась, закусив губу. – Опуститесь на колени перед алтарем, — продолжил раздавать поручения божий посланник, после чего один из помощников в белой рясе поднес ему чашу и малярную кисть. – А теперь вытяните вперед руки.

Уже стоя на коленях, мы с Астатом переглянулись и протянули правые руки внешней стороной запястий вверх. Жрец удовлетворенно кивнул, после чего обмакнул кисть в чашу, и уже особым божественным маслом оттуда обмазал наши руки. Святой отец отошел, встав позади алтаря и зашептав что-то на древнем языке. Огонь, полыхающий на алтаре, с шипением взвился вверх, будто там находилась горелка, на которую подали большее количество топлива. Но мне было не страшно. Я заворожённо смотрела на огонь, видя в нем наши с Астатом отражения. Мы встретились в огне взглядами, и уже не могли оторваться. Дыхание участилось, я думала, что плавлюсь под нежным взором возлюбленного.

— Можно ли любить вопреки? – начал задавать вопросы жрец, но все это было где-то там, далеко, здесь и сейчас существовали мы в этом огне.

— Да, — я услышала свой ответ, звучащий в унисон с голосом Астата.

— Можно ли простить обиду, поборов свою гордость?

— Да.

— Способны ли вы узнать друг друга под маской?

Интересно, он специально задает подобные вопросы?

— Да.

— Что может быть страшнее смерти?

Стандартные фразы, на которые каждый знал ответ. Нас решили женить не по простым обычаям, а по обычаям истинного союза, когда волшебный огонь не даст солгать ни одному из нас.

— Только разлука, — вроде бы это мой голос, но я же прекрасно слышу, что так же ответил Астат.

И это музыкой отозвалось в моей душе, огонь вспыхнул сильнее, а запястья заметно стало жечь. Это причиняло боль, но не настолько сильную, чтобы она могла разлучить наши взгляды. Жрец тем временем подошел ближе к нам и встал позади, скрепив наши ладони и торжественно объявив:

— Тогда отныне и навеки веков перед Богами и перед любым государем вы муж и жена.

Сердце забилось настолько быстро, что готово было пробить грудную клетку. Огонь стал заметно уменьшаться в размерах, а спустя несколько секунд превратился в обычное пламя. Я выдохнула, так как вместе с этим ушла и боль в запястье. Опустив взор вниз, я увидела наши с Астатом переплетенные руки, на которых блестела новая золотая брачная татуировка. Золотая… я жена наследника Леньевы!

Я истерически засмеялась, подняв взгляд на Астата. Тот смотрел на меня удивленно, явно не ожидая такой реакции от супруги. Уж не подумал ли он, что совершил ошибку, взяв в жены сумасшедшую? И теперь я увидела реакцию жреца, который не мог оторвать взгляда от золотых нитей на наших руках. Мужчина явно не ожидал такого поворота. Но Астат не дал возможности ему что-нибудь спросить, встав с колен и утянув меня за собой.

– Благодарим вас, Святой отец.

— Благодарим, — поспешила добавить я и поклониться в знак признательности застывшему на месте жрецу.

Астат, криво усмехнувшись, подхватил меня на руки и понес в сторону выхода из храма. Ах, если бы только храмовники знали, кого сегодня они женили! Но знать об этом всем не обязательно, пусть это будет только нашей тайной. Нашей и Святого отца, который, я уверена, много не разболтает. Тем более он так и не узнал, что сегодня скреплял узами брака будущих короля и королеву Леньевы…