Убить Первого. Том 1 (СИ) - Фаатович Иван "Wisenheim" - Страница 17

— Не обращай на них внимания, — посоветовал Алан, спокойно двигаясь в одному ему известном направлении.

Через несколько минут они остановились у неприметной лавки со старой потёртой вывеской с изображением каких-то то ли травинок, то ли чего-то похожего. На двери так же, как и везде, красовался синий ромб. Алан смело толкнул скрипучую дверь из тонких досок и вошёл внутрь.

— Добро пожаловать, господин Линн, — улыбнулась ему девушка в светлом платье, примерно одного с ними возраста. Её тёмные волосы были собраны в тугую косу, а лицом она чем-то напоминала Эдвану сестру Алана. Только более взрослую и кареглазую. Заметив парня в дверях, девушка легонько ему кивнула в знак приветствия и вновь перевела всё своё внимание на главного посетителя.

— Привет, Айя. На этот раз помимо обычного мне понадобится кое-что ещё… твой отец свободен?

— Для вас, юный господин, у него всегда найдётся время, — обворожительно улыбнулась девушка и поспешила открыть Алану дверь, ведущую в глубины магазина.

— Пойдёшь? — спросил блондин.

— Я здесь подожду… — ответил Эдван.

Пожав плечами, молодой господин Линн скрылся в недрах магазина, оставляя своего друга один на один с продавщицей. В помещении повисло немного неловкое молчание. Парень осмотрел стены, не нашёл ни единого выставленного товара и, не придумав ничего лучше, опёрся о ближайшую стену и принялся ждать.

— Значит, ты решил следовать за господином Линном? — улыбнувшись, спросила девушка, — ты сделал правильный выбор. Из всего младшего поколения семьи он самый добрый и понимающий…

— Что ты имеешь ввиду? — переспросил Эдван, слегка нахмурившись.

— Ну, ты поймёшь, когда встретишь их, — девушка издала нервный смешок, — он никогда не кричит на нас, всегда относится с уважением к нашему труду. Не то, что другие…

— Нет, я спрашивал не про это. Что ты имела ввиду под “следовать”?

Вопрос парня поставил Айю в тупик. Она помолчала где-то с полминуты, глупо хлопая глазами.

— Я не понимаю тебя, — смутилась девушка, — если ты не хочешь последовать за ним, то… что тогда вообще здесь делаешь?

— Ничего. Смотрю на город, — пожал плечами Эдван. Он тоже пребывал в лёгком замешательстве, не совсем понимая, о чём они сейчас говорят.

— Но ведь ты пришёл сюда с господином Линном!

— Да. Алан предложил сходить с ним в город, я согласился, — пробормотал парень.

— Не надо строить из себя не пойми кого только потому, что ты одарённый, — сказала Айя, поджав губы, — если последуешь за господином Линном, то скорее всего сумеешь стать вассалом семьи и потом, твои дети, если будут одарёнными, может быть даже станут настоящей частью семьи!

— Я пока не хочу присоединяться ни к какому клану, — спокойно ответил Эдван.

— Ну и дурак, — фыркнула девушка, — вместо того, чтобы обеспечить потомкам достойную жизнь, умрёшь где-нибудь на охоте!

— А что, вассалы на охоте не умирают? — недобро прищурившись, переспросил Эдван. Айя осеклась.

— Умирают, — вздохнула она, — но… ладно, забудь. Прости меня, я погорячилась. Ты всё-таки пришёл с господином…

Дальше разговор как-то не вязался и они оба просто замолчали. Алан вернулся через десяток минут с небольшим мешочком в руках и, попрощавшись с Айей, потянул Эдвана на улицу.

— Что это была за лавка?

— Отец Айи — аптекарь. Я покупаю у него снадобья и кое-какие травы, ну… — Алан замялся, — для лечения. Сегодя взял немного сверху для развития тела.

— А чем расплатился? Мы в деревне меняли вещи на вещи…

— В этот раз я дал старику двадцать талонов.

— Каких талонов?

— Ну… — Алан порылся в кармане и вытянул на свет деревянную дощечку размером с большой палец, на которой красовался странный магический знак, — вот такой. Это талоны клана Джоу, его можно обменять на буханку хлеба или маленький мешок муки у них в главной лавке. В основном всё, что угодно в городе можно купить на них. Ещё правда есть камни атры, но их ты вряд ли увидишь.

— Почему?

— Камни атры добываются на горе и их очень мало, — охотно пояснил блондин, — Обычно солдаты или клановые одарённые используют их для тренировок.

— Значит, и ты…

— Нет, — усмехнувшись, покачал головой парень, — я “позор клана Линн”, куда мне до вершин мастерства.

— Это из-за меня?

— Не льсти себе, — посмеялся Алан, — это из-за расколотого сосуда. Да…, - парень тяжело вздохнул.

— Кто это был? — осторожно спросил Эдван.

— Спасибо за заботу, — грустно улыбнулся блондин и, так и не ответив на вопрос, пошёл вперёд. Они свернули на соседнюю улицу и направились в другой конец города, туда, где Эдван ещё не был.

— Слушай, а почему талоны принадлежат Джоу?

— Не знаю. Так издавна было, — пожал плечами Алан, — я знаю, что Морето пытались сделать свои, и некоторые ещё даже можно найти, но… мало кому нужны талоны в кузницу. Или к сапожнику…

— А хлеб они не пекут?

— Нет. Каждый клан занимается своими делами и не мешает друг другу. Таков древний договор. Все едят хлеб из муки Джоу, держат оружие из кузниц Морето и лечатся нашими травами. Дел гораздо больше, но семьи стараются не лезть на территорию друг друга.

— А как же простые люди?

— А они что? — не понял Алан, — занимаются чем-то. Я же говорю, дел много. Только мельницы и поля у клана Джоу, а металл добывают Морето… вот и всё.

— Понятно…

Они шли по дороге вглубь города, оставляя за своей спиной территорию семьи Линн. Дома становились всё мельче и мельче, до тех пор, пока ребята не оказались в окружении одноэтажных деревянных домишек, за крышами которых возвышалась стена. Однако, не высокая каменная преграда вызвала у Эдвана удивление, а поведение людей в этом районе. Перед ними расступались с почтением, причём, не только перед Аланом, но и перед Эдваном. Ведь они были одарёнными! Будущей защитой Города от полчищ тварей… их провожали улыбками. Однако, что-то казалось Эдвану странным. Неправильным. И, через несколько минут, он понял. Во взглядах, которые люди бросали на него порой проскакивало что-то похожее на жалость и горечь… и что удивительно, на Алана никто так не смотрел. А когда ребята уже добрались до выхода из бедного района, какая-то женщина бросилась наперерез Эдвану.

— Шин! Шин, мой мальчик, это ты?! — со слезами на глазах она схватила Эдвана за ворот рубахи так крепко, словно боялась вновь отпустить, — Ты вернулся?! Я знала, что они врали… знала…

— Зана! — рявкнул кто-то на всю улицу, отчего женщина вздрогнула, словно от удара хлыстом. Грузный мужчина быстро подбежал к ним и с трудом отодрал её от Эдвана. Приобняв рыдающую даму за плечи, он обернулся к ребятам.

— Прошу прощения, молодые господа. Её сын позавчера не вернулся с охоты… не держите зла, — мужчина тяжело вздохнул и осторожно повёл Зану обратно в дом.

Эта ситуация настолько сильно поразила Эдвана, что тот даже не нашёл слов, чтобы выразить свои эмоции. Образ рыдающей от невыносимого горя женщины так и застыл у него перед глазами, будоража спрятанные глубоко-глубоко чувства. Его вновь кольнула та ужасающая скорбь, которую он испытал после смерти близких. Скрипнув зубами, Эдван пообещал себе стать сильнее и выполнить обещание. Отомстить и уничтожить всех проклятых обезьян в округе.

При мысли о силе он невольно вспомнил об Алане и его расколотом внутреннем сосуде. Слова о “позоре семьи Линн” не выходили у него из головы до самой площади Основателей. Эдван не знал, что случилось с его другом, да и, положа руку на сердце, боялся узнать. Меньше всего на свете ему хотелось впутываться в какие-то внутренние дела одной из великих семей, но оставить друга наедине с его расколотым сосудом он просто так не мог. Правда, вместе с этим слова Айи по поводу следования за Аланом его несколько настораживали…

Эдвана беспокоила навязчивая мысль о том, что Алан, как и Айя, должно быть, считает его своим будущим вассалом. Или уже существующим… но может быть, и нет. Всё-таки, Алан немного не такой, как остальные клановые. Эдван закусил губу. Внутри него жалость и сильное желание помочь схлестнулись с инстинктом самосохранения и недоверием. Как-никак, они знакомы всего две недели… не такой уж большой срок, чтобы делиться тайнами из наставления, или тем, что он побывал за гранью.