Обезбашенный спецназ (СИ) - Соколов Вячеслав Иванович - Страница 9

И посмотрев на меня добавил:

— Не делай вид, что не интересно. Глазки-то блестят! Я тебя конечно по другому делу привел, но раз уж так вышло, поясню. Чтоб ты лишним голову не забивал. Я думаю про язык напоминать не надо?

— Никак нет. А то еще натравите АМ на меня. Я-то не родственник! — улыбаюсь, как мне кажется, удачной шутке.

— Ну да, ну да… — вот только улыбка какая-то кривая.

Я в шоке, это что индийская мелодрама не закончена? И что? Васильев мой племянник? Или я бабушка Руслана? У-у-у…

А Рогожин тем временем продолжал:

— Короче, оказывается, что под базой, которую вы взяли, есть бункер. И там хранится какой-то артефакт, точнее бункер построен вокруг этого артефакта. При Союзе там была лаборатория. Я в свою бытность краем уха слышал, но и то только потому, что у меня допуск был ого-го!!! Ну, а в перестройку все это дело законсервировали и забыли. Почему позже не вспомнили, не знаю… И так вышло, что генерал наш, имеет отношение к этому делу. По крайней мере, знает код входа. Вот поэтому он и хотел, чтоб мы рванули базу, чтоб засыпало там все нафиг. И дочку его похитили, поэтому же…

— Командир, а почему он просто наверх не доложил? Ведь дело-то, наверное, государственной важности?

— Хм… — Руслан вновь принялся терзать подбородок, — не доложил, потому что не мог. Говорю же блокировка. Ему от одной мысли сказать код, плохо становится. А уж при попытке произнести… Дальше сам догадаешься? Он ведь даже по пьяни проболтаться не может. Ага. Вижу, понял. Вот мы его и накололи, а чтоб даже мысли не возникло, что все это неспроста, Виктор Петрович и Степаныч, ну и я поучаствовал — целый цирк устроили. Вначале пили по честному, а потом подлили одну настоечку, которая надежно вырубила генерала, а заодно и всех остальных. Только я специальный эликсир выпил… Вот и не свалился. Предупреждая вопрос, поясняю — дорогой зараза. Так что удачно нас генерал пригласил, очень удачно. Ну, а на выходе лютовал, чтоб все думали, что мы тупо бухали. Вот и нарисовали картину маслом. Ну и соответственно, жесточайшее похмелье, как результат. Еще есть вопросы? Спокойно, это был риторический вопрос.

Но глядя на мои добрые-добрые глаза, из которых по пояс высунулось любопытство и яростно машет руками. Махнул рукой:

— А ладно.

Васильев и Степаныч, с усмешкой переглянулись. Типа, отдувайся, давай.

— А куда мы улетаем, и что значит к "НАМ"? — повторяю руками жест Степаныча.

— Вот блин… — засмеялся Руслан, — все у тебя как не у людей. Э-э-э… Ты откуда про отлет знаешь? — и с подозрением уставился на майора. — Кажется, кому-то надо потренироваться в обращение с… — и выразительно постучал себя в середину груди.

Васильев обреченно опустил голову, и тя-я-я-яжко вздохнул.

— Ладно, может ты и прав, Егор, — пора тебе кое-что узнать.

Встав со стула начал ходить. Разогнаться не получалось: пару шагов в одну сторону, пару в другую. Наконец-то ему это надоело, и налив себе новую порцию чая, сел:

— "Нам", это значит нам — тебе, мне, майору, Степанычу вон. Все мы служим, так или иначе, одному и тому же хозяину, по сути хранителю Земли. Лично у нас посредник Маришка, Анютка только в гости в основном. Есть и другие — рангом поменьше. Кстати Степаныч прав, молиться на девочек надо! Только благодаря им и еще паре причин мы служим России, а не человечеству. Хотя, что я говорю, какому человечеству? Ведь Всеславу, по сути, важно чтоб планета жила. А кто ее будет населять не важно… Люди, эльфы или там гномы. Хотя… Тут сложно разобраться, если я правильно понял, его в свое время предали…

Ты, Вить, тоже внимательно слушай. Такое тебе вряд ли рассказывали. Лишившись почти всех сил, он долго добирался домой. А прожив тысячелетия в шкуре обычного, ну почти обычного смертного, он очеловечился. Вот и девочек подобрал… Тут я упущу, это слишком личное.

А в мире, где все поделено, и даже там, — показывает пальцем вверх, — вернуть законное место не так просто… Особенно в мире, где нет веры и справедливости. Да и не интересно, по моему мнению, ему это. Хотя кто знает? По крайней мере, меня устраивает его цель. Единая планета. И мир где будет справедливость. Ибо одно из его амплуа — бог "Справедливого Возмездия".

— Все же бог? — ахнул я.

— Да там не понятно. Если честно — что-то рядом. Только не воспринимай со стороны основных религий и того, что они вдувают в уши. С их точки зрения он демон.

Глава девятая

Демон? Офигеть! Не то чтоб я верил во все эти религиозные штучки. Но ведь Руслан говорит абсолютно серьезно, и кому еще верить, если не ему? Хотя… Вроде где-то читал, что все древние боги — либо стали святыми, либо демонами…

Хотя, лично по мне, цель весьма достойная у этого не понятного Всеслава. А учитывая то, как к нему относится Маришка, он мне нравится. Ну не может, такая чистая душа как она, любить, кого попало! А вот то, что ему служат Руслан и Степаныч, лично для меня, аргумент не из последних. А уж про справедливое возмездие молчу, так и чешутся руки кое-кому устроить это самое возмездие… Ведь не зря же этот разговор? Наверняка ведь Рогожин все спланировал. Значит, что-то назревает? Это радует.

Жаль, что до Аслана не добраться, его Васильев Разину обещал. Так может наконец-то предателя нашли? Вот кого я готов порвать на мелкие кусочки.

— Чего молчишь? — с легким беспокойством в голосе спрашивает Руслан.

— А что говорить? — пожимаю плечами.

— Ты что даже не возмутишься, что тебя не спросили, хочешь ты ему служить или нет?

— А зачем? Ты ведь все равно убедишь, так зачем я буду доставлять тебе такое удовольствие? — это я так мелко отомстил. Вовремя вспомнив что он мне сказал, когда лежал в больнице, сорвав мне, целую речугу, которую я заготовил в свое оправдание.

— Гы-гы-гы… — заржал Степаныч, складываясь пополам, — зря готовился. Уел тебя молодой.

Руслан же только тряхнул головой и тоже засмеялся. А потом добавил:

— Я ведь реально тебя убеждать собирался. И что вот прям так — готов служить?

— А вы мне выбор оставили? — пожимаю плечами. — Конечно, я не верю, что вы меня грохнете в результате отказа. Ноу Степаныча, наверняка, найдется какой-нибудь эликсир отшибающий память?

— Ага… — кивает тот, — но только на короткое время. В смысле, навсегда, но не слишком далекие события, часов до семи можно довести, но это уже опасно для здоровья. Так что надо решать сейчас. Это ведь на всю жизнь, Егор.

И вот тут пришлось задуматься. По сути, зачем мне все это? Ведь у меня все есть. Не сейчас пока я в армии, а вообще. Хотя с другой стороны, смогу ли я жить как раньше? Однозначно нет. Но всю жизнь служить кому-то? Готов ли я? Смогу ли? Хотя кто из нас свободен? Даже мой отец, несмотря на все деньги и власть, тоже кому-то подчиняется. Это не заметно, но я ведь наблюдательный. Слово здесь, слово там, оговорка… Хотя тут тоже проблема! А вдруг папка с другой стороны баррикад? Нет уж… Лучше забыть, против отца я не пойду! Так и сказал!

Два офицера и один прапорщик, так офигели от моей логики, что тупо сидели и переглядывались. Наконец Руслан, прокашлявшись, спросил:

— То есть если бы, например, твой отец, тоже был с нами, ты бы не сомневался?

— Ни минуты, — пожимаю плечами, — уж батя, точно, мужик правильный. А уж в купе с вами, так сомневаться грех великий.

— Как говорит, стервец, — умилился Степаныч. — И ведь правильно мыслит… Хотя, что делать, я не знаю.

— Молиться, — пробурчал Руслан.

— Я не умею, — заметил Васильев.

— А тебе по статусу не положено. Давай вместе, Степаныч.

— Кого звать будем?

— Маришку. Кого еще?

Склоняют головы, прижимая руки к груди, начинают бубнить. Мы же с майором, изображаем из себя статуи. Минут через пять раздается веселый и уже весьма родной голос:

— Чего надобно, старче?

— Тьфу ты, — чертыхнулся Степаныч, — тоже мне золотая рыбка. Нашла старика, чай помладше тебя буду.