Милосердие спецназа (СИ) - Соколов Вячеслав Иванович - Страница 42

— Не боись лошок, потерпи, дело сделаем и трахнем твою тёлочку. А ты посмотришь. Гы-гы-гы...

Бью ногой. Как сказал кто-то из классиков: «В пах ногой и х…й с тобой». Способ не подвёл и в этот раз. Эти тупые уроды, обступили меня со всех сторон, психологическое давление. Конечно, тот, что сзади меня действительно очень здоровый. А вот тот, что слева хлипковат. Очень хотелось просто полоснуть им по горлу ножом, но была одна проблемка... Две женщины! И как они отреагируют на два свеженьких окровавленных трупа? Неизвестно!? Так что...

Вот кто сказал: «Чем больше шкаф — тем громче падает»? Оно может и так, только этот шкаф для начала надо уронить. Резко сдвигаюсь влево, обтекая стоящего там бандита, легко и невесомо, открытой ладонью, бью по лицу. А зачем сильно? Нос достаточно чувствительная штука. Потеря ориентации на нужное мне мгновение.

Толкаю его в направлении здоровяка и со всей дури прикладываю ногой в поясницу. Мне показалось или что-то хрустнуло?.. Всё, конец котёнку. Ещё непострадавшему бандиту приходится ловить своего коллегу. Теперь руки у него заняты. Получи фашист гранату... Бью рукоятью выхваченного АПБ в голову. Кто сказал, что «Стечкин» не может заменить дубину? Это как подходить к вопросу...

Быстренько обыскиваю. Пострадавший первым, держится за своё хозяйство. Зачем? Ясно же, ловить там уже нечего ещё и скулит, нытик. Это тебе не слабых женщин бить. Мне, может, тоже больно было, когда ты меня в спину толкнул. Так что теперь квиты. Второй сучит ручками, а вот ножки не шевелятся. Кажется, догадываюсь, что у него там от удара хрустнуло. Ну, а третий молчит... Может, помер? Нет, жив зараза, но ничего это ненадолго...

Иду открывать дверь. Парни, наверное, уже косяки грызут... Стучу три раза, жду ответа, а то мало ли. Ещё в лоб дверь прилетит, обидно будет. Да и удостовериться, что с наружи всё нормально, не помешает. Вот четыре стука, открываю. В дверях появляется Вова. Тревога на лице сменяется облегчением:

— Всё путём? — пытается заглянуть через плечо.

— А ты сомневался? — приподнимаю бровь.

— Я? В тебе? Анатолич, если ты меня скрутил, то уж этих то...

«А ведь врёт! Паразит!»

— Врёшь ведь, — усмехаюсь.

— Кто я? — тычет пальцем себе в грудь.

— Ты, ты... — влез Кирилл, — зачем тогда меня убеждал, какой шеф крутой? И как он всех тут порвёт!

— Да я, — неожиданно смутился Вова.

— Хватит! Делом займитесь, — показываю рукой на комнату, — на кухню этих. Надо узнать, где Палыч?

Мужики сноровисто вяжут бандюков и утаскивают на кухню. Женщины так и сидят с закрытыми глазами.

— Всё, можете смотреть.

Открывают глаза и видят меня, всего в белом, на белом... э-э-э... без коня. Но всё равно весь из себя героический. Да я такой!!! Анна Ильинична начинает плакать, а Мила бросается ко мне. Повиснув на шее, начинает целовать и говорить какие-то глупости. Какой я молодец и вообще... Не прерываю! Зачем? Столько интересного про себя узнал... Героическая личность, однако, и Милка титьками трётся... Э-э-э... стоп, отставить. Что-то я увлёкся.

Отстраняюсь, усаживаю девушку на диван и прошу посидеть здесь. Ну, вот начали реветь в голос. Про Палыча вспомнили. Успокаиваю... Всё, пора посмотреть, как там допрос, отправляюсь на кухню... А тут филиал «Нескучного сада». Соловьи-и-и, соловьи-и-и... Поют и бодро так...

Глава тридцать шестая

Ситуация начала проясняться... После возвращения Палыча с семьёй из отпуска, выяснилось, что его партнёр продал свою долю в ночном клубе. Клуб этот принадлежал им в равных долях и всё бы ничего, но вот свою часть он загнал весьма тёмным личностям. Точнее отдал за долги. Азартные игры до добра не доводят. Палыч предложил выкупить долю своего компаньона и ему даже согласились её продать. Даже не продать, а отдать так... Вот только, было у благодетелей одно пожелание... Свободная продажа наркотиков.

Тут сразу становится понятна такая доброта. Случись что… Кто хозяин? Вы? Берите сухари, тёплое бельё и добро пожаловать на казённые харчи. Ага... Палыч дураком не был и решил просто выкупить долю. Но не тут-то было, кто же такие деньги просто так упустит. Конечно, сперва ему предложили отступного и с весьма приличным наваром. Всё ж окупится.

Но продавать своё детище, отдавая его в руки наркоторговцам, бизнесмен не захотел. Поэтому его захватили и повезли на какую-то недостроенную дачу, а женщин взяли в качестве заложников — чтоб не рыпался. М-дя...

Ещё в процессе повествования позвонил Краснову и, передав трубку Кириллу, велел объяснить дорогу. Сам-то не понял. Сейчас туда стягивались весьма серьёзные силы... Так, надо ехать, но что делать с девушкой и её матерью? Не везти же с собой? Тут зазвонил телефон — это прибыли парни, посланные Красновым. Вот их тут и оставим. Отдаю распоряжение, чтоб вызвали кого-нибудь увезти избитых бандитов.

Зашёл в комнату к уже переставшим плакать женщинам, и присев перед ними на корточки сказал:

— Анна Ильинична, Мила, с вами останутся эти люди, они позаботятся о вас. А я поеду выручать Сергея Павловича...

— Егорушка! Ты, правда, спасёшь Серёжу? — а в глазах женщины мучительная тревога.

— Не волнуйтесь, всё будет хорошо, — слегка сжимаю её руку. — Сделаю всё возможное.

Разворачиваюсь и иду к выходу. В дверях меня догоняет Мила:

— Егор, спаси папу, пожалуйста! — стоит, прижав руки к груди, и смотрит на меня полными слёз глазами.

— Я же обещал! — прижимаю девушку к себе. — Не бойся малышка. Я верну Палыча.

Улыбка сквозь слёзы:

— Мой Герой! — прижимается своими солёными, от слёз, губами к моим. — Удачи! Береги себя...

Выйдя на улицу, направляемся к машине. Обращаю внимание, что Кирилл какой-то хмурый.

— Что грустишь, друг Кирюха?

— Да вот прикидываю, как наши парни добираться будут и ничего хорошего на ум не приходит...

— В смысле?

Вздыхает и чешет затылок:

— Время уже... Пробки. Только, если кто на окраине был, но это сомнительно, а так часа два-три добираться будут...

— Ептыть... — выдаю в сердцах, — а мы? Сколько нам добираться?

— От нас в ту сторону не должно быть пробок, да и рядом совсем, — чешет в затылке.

— Поехали...

— Егор Анатолич, вы должны понимать, что там не три человека. И все с оружием, — пытается убедить меня. — Если с вами что-нибудь случится, с нас шкуру спустят.

— Не волнуйся, проведём разведку, а когда подтянется Краснов с людьми, ударим, — стараюсь быть убедительным.

Вот только Вова как-то скептически смотрит на меня, но помалкивает. Не верит подлец... Правильно, что не верит, но всё равно подлец! Хоть бы вид сделал...

Кирилл вопросительно смотрит на Володю. Что за, фигня? Кто здесь начальник? Я или... Вова обречённо кивает. Э-э-э... Молодец! Вот это правильно, никогда в нём не сомневался!

— Тогда по коням, братцы. Подползём, посмотрим, всё узнаем! — пока разговаривали, дошли до машины, забрались внутрь. Беру мобильник и звоню Краснову, так и есть, коллективно застряли в начале пути. Ну что же, будем посмотреть...

Минут через сорок были на месте. Перед въездом в дачный посёлок остановились и вылезли из машины.

— Вон тот дом, — Кирилл указал рукой направление, — синие ворота. Видите?

Нормальная, строящаяся дача: два этажа, окон нет, дверей тоже, за то имеется забор. Высокий. Посмотрел через найденный в машине бинокль: два человека у ворот, вооружены чем-то длинноствольным, на территории, вроде, больше никого не видно. Ещё две машины: микроавтобус и джип. Подробней не рассмотреть...

— Кирилл, давай поближе подъедем, но не слишком и развернись сразу, вдруг тикать придётся...

Машину поставили между двумя стройками. А что?! Заборы высокие, обочины бурьяном поросли. Замаскировались короче... Кирилл перебрался в салон:

— Ну что? Будем ждать наших? Или мы с Владимиром Ивановичем пойдём поближе посмотрим?

— Как думаешь, что там происходит? — спрашиваю с задумчивым видом.