Спецназ навсегда (СИ) - Соколов Вячеслав Иванович - Страница 17

Так, а зачем что-то продавать? Можно у бати занять не на неделю, а до конца месяца. Там как раз от Паши денежка прилетит. Только надо предупредить, что мне бабла больше надо. А то большая часть денег, всё также, в расширение бизнеса уходит. Точно. Ну вот, кажется, нашёл деньги!

— Так, Лаки, всё нормально. Бабло будет! — радостно сообщаю в трубку. — Давай счёт, к вечеру переведу.

— Спасибо, брат, — голос друга дрожит. — Мы как квартиры и сервис продадим, так всё вернём.

— Стоп! — в голове, как будто вспыхивает лампочка. — Лаки, чтоб тебе не болеть, тебе десять миллионов чего надо?

— Э-э-э? — повисает пауза, а затем осторожное: — Десять миллионов рублей, а что?

— Лаки, скотина ты… — аж задыхаюсь от возмущения. — Ты сразу мог сказать? А то заладил, очень-очень много! Твою мать! Это же жалкие триста тысяч долларов, даже меньше.

— А ты чего думал, я у тебя десять лямов зелёных прошу, — кажется, Лаки улыбается.

— Ну да, — бурчу.

— Да уж… — вздыхает Лаки. — Извини, столько мне не надо и прости, как то не подумал, что у нас разное представление о том, сколько это много. И ещё раз спасибо, брат.

— Отставить, — усмехаюсь.

— Что отставить? — недоумевает.

— Квартиры продавать, отставить, — вздыхаю. — Знаю, ты так не возьмёшь, поэтому потом придумаем, как тебе их заработать. Хватит в сервисе прохлаждаться. Так что забудь. Ты лучше скажи, что такого случилось, что ты в такой панике.

— Лида… — замолкает, слышу только, как сглатывает комок в горле.

— Что с ней? — вскакиваю с кровати.

— Сердце, требуется срочная операция, иначе умрёт, — всхлипывает, — врачи два-три месяца дают.

— Хм… А что операция стоит десять лямов? — удивляюсь.

— Нет, — резко выдыхает, — её ещё перевезти надо. Медицинскую бригаду в самолёт… Но главное, надо дать взятку, чтоб в очереди подвинули. Но это ещё не факт, что получится… Поэтому надо дать много. Егор, у неё ведь совсем нет времени! Егор, ты понимаешь, Лида может умереть! А у нас только в одном месте могут такую операцию провести, в Москве, в клинике доктора Каца. И там такие очереди…

И тут в голове щёлкнуло. Кац! Тот самый, что меня резал. Без очередей! Папа!!! Где ты папа?!

— Лаки, отставить панику. Сиди на телефоне! Я к отцу.

— К отцу? — слышится удивлённое.

— Да, — выдыхаю. — Если откажется помочь, лично Кацу в ноги упаду, но уговорю Лидку лечить. Всё, сиди на связи. Если уж и давать взятку, то самому Кацу, а не шестёркам. Пусть дороже, но зато надёжно.

— Я всё верну…

— Не вздумай ничего продавать! Слышишь? Это приказ, боец!

— Есть, командир!

А камешек, всё катился вниз, увлекая своих собратьев за собой…

Глава одиннадцатая

Отец, естественно, помочь не отказался. Выслушав меня, взял телефон и задумчиво, стряхнув невидимую пылинку с пиджака, спросил:

— Как думаешь, министру сразу звонить или попробовать для начала самому договориться с Кацем?

— Я не знаю пап, по уму, конечно, лучше Семёну Осиповичу, — пожимаю плечами.

— Почему ты так думаешь? — чуть прищурившись, смотрит в глаза.

— Министр это либо услуга, либо очень дорого, — пожимаю плечами.

— Верно, — кивает, — в моём случае это возврат услуги. Оставим на крайний случай, так что пробуем договориться с доктором…

И договорился. Кац как услышал отца, тут же его вспомнил и поинтересовался, как я себя чувствую, не беспокоит ли чего?

— С ним всё в порядке, Семён Осипович, но вот у его боевого товарища, с которым он вместе служил, беда и требуется ваша помощь… Да. Хм… Нет, он рядом, сейчас передам трубочку, — протягивает мне телефон, удивлённо поясняя: — Тебя.

— Семён Осипович? Здравствуйте, — я несколько обескуражен просьбой доктора.

— Таки и вам не хворать, молодой человек. Поведайте же скорее, что случилось у вашего друга?

Рассказал, всё что знал, на что Семён Осипович, хмыкнув, резюмировал:

— Совсем не густо. Но это дело поправимое, достаньте мне телефон лечащего врача больной. Так будет продуктивней.

— Да я всё сделаю. Сейчас позвоню…

— Не надо спешить, молодой человек, совсем не надо. У меня, таки, есть до вас вопрос. Ваш друг сразу просил помочь и устроить супругу к профессору Кацу?

— Э-э-э… Я не совсем понимаю, вашего вопроса Семён Осипович…

— Эх… ладно, не буду ходить вокруг да около, — вздыхает. — Все знают, что у профессора Каца много работы и попасть к нему сложно. Увы, я не всесилен. Теперь скажите, как на духу, молодой человек, не говорил ли вам ваш друг о том, что очередь можно подвинуть?

— За деньги? — киваю сам себе.

— Таки, значит, это правда?

— Да.

— До меня доходили слухи, — голос профессора становится злым. — А это плохо для репутации. Егор, мне нужен телефон врача, лечащего жену вашего друга. Позвоните мне, когда узнаете, а теперь передайте трубочку отцу…

В общем, как известно ничего в этой жизни не бывает бесплатно. Но цена не всегда деньги. Кац, захотел услугу.

Лиду везли автобусом, через всю страну. Ибо Кац, отправил, самолётом, за ней свою бригаду медиков. За наши деньги естественно. А вот там ребятки, оказавшиеся профи, других Семён Осипович не держит, как вы понимаете, сразу постановили, что в самолёт нельзя. Не переживёт пациентка перелёта. Так что пришлось нанимать автобус, быстро его переоборудовать и везти.

Когда все дела с отправкой Лиды были решены, к доктору её лечившему, пришли ребята с серьёзными лицами. С единственным вопросом, с кем он собирался решать вопрос с очередью. Кац, очень трепетно относится к своей репутации.

Врач, очень быстро раскололся и выяснилось, что Саню собирались банально кинуть. Ибо Лида должна была умереть в самолёте. Думаю, что в крайнем случае ей могли и помочь.

В этом случае, естественно, никто бы денег за взятку не вернул. Дескать, работа выполнена и оплачена. Доктор вообще не причём, он всего лишь помочь хотел, себе ни копейки не взял. А если бы Саня начал возмущаться, то здоровые ребятки, ему бы объяснили почём нынче хлебушек. Наивные.

В общем, сдали доктора с подельниками властям. Пусть разбираются. Забегу немного вперёд и скажу, что дядя Петя всё-таки нашёл того, кто химичил с очередями. При этом ещё до того, как Саня с Лидой прибыли в Москву. Ибо именно этого хотел Кац, за то, что принимает Лиду вне очереди.

На всё про всё, с дорогой и подготовкой, потребовалось две недели. За это время я весь извёлся и даже порывался улететь к друзьям. Но отец отговорил меня, убедив, что я только мешать буду.

Так что встречал я их возле больницы. Лида была очень плоха, бледная и осунувшаяся. По приезду её сразу же куда-то увезли на каталке. А нас с Саней не пустили. Сказав, чтоб ехали домой.

Лаки выглядел не лучше своей жены, кожа да кости. Такое ощущение, что он морил себя голодом. Глаза красные и запавшие. Стоит и покачивается от слабости.

— Лаки, ты когда последний раз ел? — обнимаю друга за плечи, стоя возле машины.

— Не помню, — смотрит на меня взглядом побитой собаки, — кусок в горло не лезет, — и, всхлипнув, пожаловался: — Егор, почему меня не пускают? Я ей нужен.

— Ей, сейчас отдохнуть надо, братка, — прижимаюсь лоб в лоб и шепчу: — Врачам виднее, она в хороших руках, брат. Пойдём, тебе надо поесть. Ради Лиды. Пойдём. Всё будет хорошо, здесь лучшие врачи. Лучшее оборудование. Лучшие лекарства. Всё будет хорошо…

Говорил и чувствовал себя мерзавцем. Потому что не мог сказать правду, глядя в глаза своему другу. Кац, исходя из проведённых ранее обследований и анализов, дал всего двадцать, максимум тридцать процентов на благополучный исход. И никакие деньги не смогут увеличить этот процент.

Так что остаётся только молиться. Да. Точно! Дедушка! А нет, дедушка не услышит… Тогда, бабушки! Родные мои, помогите! Не дайте свершиться несправедливости, не дайте умереть молодой девчонке! Прошу! Где вы? Откликнитесь! Помогите! Дедушка, где же ты, когда так нужен?..