Спецназ навсегда (СИ) - Соколов Вячеслав Иванович - Страница 57

Фига у неё присказки. Но вообще мне начало явно нравится. А вот Белка заметив, что «нравится» становится всё больше и больше… Отстранилась.

— Уф… Я очень даже за, но мне бы ещё немного времени, чтоб прошлый раз переварить. Подождёшь минуток двадцать, — состроив умильную мордашку, облизнула губки.

Киваю и решаю всё-таки выяснить, к чему такие разговоры, о женитьбе. На что рыжая красотка, смачно потянувшись, тем самым дав полюбоваться на свои изгибы, пояснила:

— Мы об этом, конечно, уже говорили, просто хотела тебе напомнить… — смеётся. — Ты обещал, что у меня всегда будет доступ к твоему телу. А то захомутает тебя какая-нибудь богинька на Эдеме и пиши пропало.

— Не волнуйся, — подмигиваю, — я, если что, сразу предупрежу её о том, что придётся мириться с любовницей, — смеюсь. — Кстати, насчёт богов…

— Что?

— А вот в тот ящик серебряный, можно бога запихать? Или тока вампира?

— Хм… — трёт в задумчивости носик. — Демона можно, вроде как, а вот бога, скорее всего, нет. А тебе зачем?

— Да понимаешь, — чешу подбородок, — есть на Эдеме один божок, должок у меня к нему.

— Чего? — выпучивает на меня свои выразительные глазки.

В общем, принялся рассказывать ей о своих приключениях на Эдеме. Сдув с лица прядку волос, задумчиво переспрашивает:

— Так ты же говоришь, что не помнишь ничего. Откуда тогда такие подробности, с размерами сисек голых ангелесс? — задумчиво приставляет руки к своей груди и, прикинув, что у неё явно меньше, трагично вздыхает: — Точняк, окрутят и женят, — но тут же напрыгнув на меня сверху, резюмировала, — но ты дал обещание жрице Двуединых богинь. Так что никуда ты теперь не денешься.

— И давно ты стала жрицей? — удивляюсь.

— После подземного города.

— То есть ты не просто так разговор завела, а чтоб я не просто Белке, но и жрице дал слово? — хмурюсь.

— Ну, прости, — состроив умильную мордашку, хлопает своими зелёными глазищами. — За своё счастье надо бороться. Обиделся?

— Пф… нет, конечно, — хватаю лапками загребущими, такие очаровательные холмики мелькающие перед глазами. — Даже рад. Теперь будет железная отмазка.

— Хм… — подаётся назад. — Вот прям чувствую, что она очень железная и такая горячая-я-я, — и, принявшись мурчать, как кошечка, сползла вниз.

Ух… Ё-ё-ё!!! Вот это я понимаю «пылесос».

— Ты не отвлекайся, рассказывай, — поднимает голову и с невинным выражением мордашки, серьёзно так поясняет: — Это у меня рот занят, а ушки-то, вот они, — смешно приставляет ладошки к голове, оттопыривая ими уши.

Нет. Вот что хотите говорите, а таких девчонок, как Белка, днём с огнём не сыскать. Но продолжаю объяснять, время от времени вздрагивая и задерживая дыхание… Уж больно хорошо…

— Да я и не помню, что там происходило, так эпизодами, и то, только после того, как мне Босяк поведал, что там было.

— Твой дух-хранитель?

— Ага. Он-то всё запомнил, вот я и подумал, а может дядюшку немного замуровать в том большом ящике? Так сказать, чтоб за жизнь подумал. За поведение своё.

— Не ссорься с ним, — отрывается на мгновение от процесса. — Он же там всё-таки главный.

— Ладно, — вздыхаю. — Постараюсь, если борзеть не будет.

— Ну, ты вообще, отморозок, — вскочив, оставляет своё увлекательное занятие и бросается вперёд, и, приземлившись боком на подушку, задумчиво произносит: — А я-то дура наивная думала, что у тебя «серебряная лихорадка» началась, и ты воспылал желанием отодрать меня на холодной поверхности драгметалла, — очень трагично вздыхает. — А ты просто мстительный тип. Вот, фу, таким быть.

— Об этом, вообще-то, я тоже думал, — чешу затылок. — Только кто ж нас туда пустит?

— А у меня ключ есть, — возбуждённо шепчет мне в ухо.

— Откуда?

— У Васильева из кармана спёрла…

Вот, собственно, потому мне подполковник и подмигивал похабно перед отлётом. Ага… Утром следующего дня, пришёл такой, а мы-то сидим, чай пьём, типа не было никой «серебряной лихорадки».

Поздоровался, бросил на стол переносной жёсткий диск и эдак ехидно говорит:

— Скажите спасибо, что я заметил, как Белка спёрла ключ, а не потом спохватился. Представляете, что бы было, если бы я на складе на злоумышленников засаду поставил? Или, например, монитор, в дежурке от той камеры не отключил. Вот бы дежурная смена порадовалась.

— Только монитор, — покрасневшая Белка, с тревогой уставилась на Васильева.

— Не волнуйтесь, — подполковник усмехается, — других копий нет. Это единственная, — стучит пальцем по жёсткому диску на столе. — И верните ключ.

Забрав же у Белки пластиковую карточку, подмигнул:

— Ну, блин, вы и отморозки-акробаты! А если бы саркофаг закрылся случайно?

— Ну не закрылся же… — пожимаю плечами.

—Ох… — Васильев качает головой. — Ладно Мажор, он по жизни такой. Но Белка!? Ты же генерал целый! — а потом, неожиданно хлопнув нас по плечам, заржал. — Ну, вы и отморозки. Это же надо умудриться, в «Саркофаге Проклятых» трахнуться. И ведь не расскажешь никому, — трагично вздыхает, разводя руками. — Белка точно покалечит.

— Даже не сомневайся, Виктор Петрович, — Белка так глянула на Васильева, что тот аж вздрогнул. И выставив перед собой руки, замотал башкой, дескать, даже в мыслях не было.

— А почему он так странно называется? — интересуюсь.

— Да потому, что создан, для удержания проклятых сущностей…

— Блин, и почему я не поинтересовалась названием раньше? — поёжившись, рыжая, от волнения, за раз выхлебала полкружки чая.

После ухода подполковника, хватаю «хард» со стола:

— Есть куда подключить?

— Ты что, на это собираешься смотреть? — Белка широко распахивает глаза.

— Так ведь цирк же, если верить подполковнику…

— Васильев прав, — поджимает губки, — ты плохо на меня влияешь, — и совсем не по-генеральски хихикнув, выдала: — А у меня есть ноутбук, — вскакивает из-за стола. — Айда смотреть!

Ну что я вам могу сказать… Да я красавчик! Как любит говорить Степаныч: «Десант не опозорил»! А Белка вообще красотка. В том смысле, что красивая и вообще гибкая… Так что, сами должны понимать, чем закончился просмотр наших похождений…

Но было и кое-что странное. Некоторые узоры на том саркофаге, в момент «кульминации» засветились. Странно. Чтобы это могло значить?

Эпилог

— Мне сегодня везёт! — подмигнув одному из своих оппонентов по игре в карты, который до последнего пытался поднимать ставки, красивая, черноволосая женщина сгребла к себе свой выигрыш.

Одетая, как и, многие здесь, в стандартный комбинезон астронавта, женщина привлекала своей внешностью. Ну, ещё бы! Подогнанный по фигуре чёрный комбез, подчёркивал её идеальные формы. А три расстёгнутые пуговки, позволяли оценить всю прелесть груди четвёртого размера.

И цель настолько глубокого декольте, довольно известной в узких кругах контрабандистки, не в том чтоб привлечь самцов, а именно в том, чтоб отвлечь их от игры.

Хотя, вон того симпатичного парня возле барной стойки, который последние двадцать минут цедит пиво, она бы не отказалась привлечь. Для этих целей в его сторону уже были запущены несколько улыбок и выстрелов глазками. И, кажется, красавчик клюнул, учитывая, что он всё чаще смотрит в нужную сторону, а точнее на её грудь, а не на сцену, где вокруг шеста крутится очередная полуголая девица.

Да, определённо, шикарный самец, таким не грех пополнить коллекцию любовников. Широченные плечи, светлые волосы, правильные черты лица, жаль цвет глаз не разобрать с такого расстояния. Ох… А если они у него голубые? Это же вообще мечта!

Эннет почувствовала сладкую истому внизу живота. Ох, а как он теребит чуткими пальцами ручку небольшой наплечной сумки, которую небрежно бросил на стойку.

Как бы эти сильные руки могли стиснуть её грудь, покрутить чувствительные соски. Ах…

А может, уже хватит играть? Всё-таки тут и кроме неё хватает привлекательных девиц, которые, бросают откровенные взгляды в сторону красавчика возле стойки. Или ещё партию? Сложный выбор.