Я знаю — ты мой! - Любимка Настя - Страница 41

— Мировоззрение меняется в течение всей жизни. Если, конечно, человек умеет думать и анализировать.

— Давай мы тебя переоденем, — вклинилась Тайс, — тебе, наверное, неудобно.

— Спасибо. Я действительно отвыкла от корсетов и высоких причесок, голова болит.

— Ты закрылась в своей учебе, Алиса. А мир большой, нашей лавкой он не ограничивается, — Арабель поднялась и протянула мне руку, — и нами тоже. Ты можешь быть счастливой и иметь личные планы на жизнь, не оглядываясь на сестер по крови. Только почему-то забыла об этом. Пора выходить из кокона, который ты так успешно сплела.

— Этот кокон сплели вы, — фыркнула, указывая на платье, и улыбнулась. — Давайте снимем это счастье, я готова вернуться к тунике.

В чем-то подруга была права, только проблема в том, что я совершенно не вижу своей так называемой личной жизни. Есть интересы, есть то, чем могла и хотела бы заниматься… Но пока не понимаю, ни куда иду, ни как буду жить дальше, когда мы закончим обучение и приступим к производству товара.

Мы ведь не всегда будем сами стоять у котелков и варить требуемое. Большинство зелий могут приготовить наемные ведьмы, а затем в мастерской Арабель артефакторы соединят их с нужным предметом, который станет талисманом или амулетом.

Мы с Сициллой будем разрабатывать уникальные рецепты и зелья, которые имеют широкую направленность, но при этом обладают исключительной силой согласно нашим дарам, нашим котелкам и не имеют себе подобных. Но, опять же, я ведь не желаю всю жизнь только этим и заниматься. Когда наши с Сициллой творения выйдут на международный уровень торговли, то станут скорее исключением, чем правилом. Изюминкой.

Понятно, что уникальные рецепты мы будем готовить не самолично, но эффект отличается даже у зелий одинаковых, но приготовленных разными ведьмами. И ценность не уменьшится, особенно если это будет не обычная мазь. К примеру, средство не просто от ожогов, а такое, что и покраснение, зуд или боль снимет, и новые клетки кожи поможет организму сгенерировать за короткий срок. Или мазь, позволяющая убрать шрамы… Кстати, о них.

— Сицилла, мы с лордом Гавином разработали первичную рецептуру настойки и мази для Марии. Нужно, чтобы вы с мамой взглянули.

— Вы смогли исключить аллергенный фактор? — с придыханием спросила подруга.

Остальные девушки притихли, ожидая ответа. За маленькую сестренку Сициллы переживали все, и все ее любили.

А над рецептом мы бились уже полтора месяца, но пока безуспешно. У Марии оказалось на редкость много противопоказаний к ингредиентам.

— Мы заменили несколько компонентов. Неси свой гримуар, Мур поделится рецептурой. — Мы уже делали так. И хотя наши вредные тетрадочки ворчали, ослушаться хозяек не могли. Сведения, которыми мы с Сициллой хотели обменяться, гримуары передавали друг другу путем обмена энергией, что значительно сокращало время — не требовалось ни зачитывать вслух, ни переписывать, нужный рецепт копировался за пять минут.

— Мне кажется, что на этот раз получилось.

— Интуиция? — тут же уточнила Тайс.

— Да.

— Тогда точно верный рецепт, — хором выдали подруги.

Сицилла птичкой выпорхнула из комнаты, оставив меня на попечении сестер по крови.

Я знала, что как только она выйдет в коридор, то быстрее ветра помчится в свои покои за гримуаром. Просто не сумеет не бежать. Мысль заставила меня улыбнуться.

Пока мои подруги могут вести себя непринужденно, не пряча чувства и эмоции за рамками того, что должно и не должно леди, я счастлива. Они остаются самими собой, значит, и я смогу.

ГЛАВА 17

К сожалению, выбрать метлу сразу после завершения привязки сущностей нам не позволили. Отсрочили мероприятие еще на неделю. Но мы с Сициллой были не в обиде.

Предстояло приготовить мазь и настойку для Марии.

Обе понимали: если снадобья удадутся, станут нашим первым уникальным и очень востребованным товаром в ведьминской лавке «Сестры». Так мы решили назвать наше общее дело.

Обсудив с леди Милисой Толай рецепты, распределив роли, приступили к экспериментам. Пятый день мы трудились в лаборантских, пытаясь подстроиться под личных помощников, что получалось с огромным трудом. Сицилле было проще втройне, я же пока портила ингредиенты и не понимала, почему три существа никак не могут между собой поладить.

На первый взгляд все было хорошо. Котелок не ходил ходуном, послушно принимал все составляющие зелий, которые я пыталась приготовить, но как только под ним зажигался огонь, начинали происходить удивительные вещи.

То вода становилась черной и отдавала запахом гниющей плоти, то корешки имбиря и веточки вербены выпрыгивали из посудины, а на пол падали уже пеплом.

Даже Мур ворчал не на меня, а на обнаглевших сущностей, не желающих служить своей хозяйке.

Фраза, сказанная им во время очередного провала, заставила задуматься.

— Мур, — мысленно позвала его, — что значит «не желают мне подчиняться»?

— Да что непонятного? — Гримуар был зол, ему нравились эксперименты и работа, а тут все стопорилось, что его несказанно бесило. — Сицилла инициированная ведьма, ты нет. Сущности отозвались на силу, но решили, что раз ты не предпринимаешь никаких действий по их устрашению и усмирению, то и силой пользоваться не умеешь. К тому же одной привязки мало. Вспомни, как вспылила Сицилла, когда в ее котелке вместо необходимого декокта от рези в желудке обнаружилось рвотное.

Было дело, произошло в первый день наших экспериментов. Сицилла действительно так разозлилась, что, не задумываясь, запустила в котелок чистейшую энергию.

— Ты же понимаешь, что она неосознанно? И потом трижды пожалела о том, что сделала? Котелок едва не треснул!

— Это мы с тобой понимаем, а это мертвые существа, в которых еще пока живы инстинкты.

— И уважают они силу. — Вздохнула и потерла переносицу. — Но ведь разум должен проснуться. К тому же я не уверена, что пакостят сразу все.

— Обитая в одном предмете, они заодно друг с другом. Конечно, никто не помешает им поссориться, но отдача пойдет всем. Так что действуют они сообща. И разум имеется, однако до необходимого тебе уровня разовьется не сразу. Не забывай, твои зверушки были долгое время мертвы.

— И что ты предлагаешь? — Я уже убрала последствия устроенной сущностями провокации, уничтожив получившееся странное варево и избавившись от вони.

— По-хорошему — встряхнуть их, как это сделала Сицилла со своей мышью. Но, боюсь, ты их уничтожишь.

— В том-то и дело. — Я закусила губу и задумалась. — Значит, разум есть, но он в спящем состоянии…

— Да.

— Я отдам приказ на ментальном уровне, Мур. Должно получиться.

— Пробуй, Алиса. А я помогу настроиться.

И как я раньше жила без своей умной тетрадочки? Давно уже начала задумываться об этом. Характер у гримуара как был противным, так и остался, но, получив имя, Мур словно бы смирился с хозяйкой-неумехой, что позже трансформировалось в искреннюю привязанность. Наверное, так и должно было быть. Отец дал отличный совет — комбинировать ведьминскую энергию с даром менталиста, а Мур никогда не отказывался от роли подопытного кролика. Вот и сейчас установленную меж нами ментальную связь он помогал перенаправить на сущности в котелке, чтобы дать мне прочувствовать их разум, найти брешь и нанести удар.

Медуза, ворон и ехидна… Охватить сразу троих или выбрать кого-то одного?

Размышляла недолго — ответ пришел сам собой. Эксперименты заканчивались полной непригодностью, ингредиенты превращались в прах или гниль. Следовательно, верховодил в тройке тот, кто отвечал за мертвую материю, — ворон.

Не скажу, что нить разума удалось нащупать сразу. Но Мур бдил и помогал раз за разом возвращаться к ускользающей цели. Не буду лгать, что прикосновение к мертвому сознанию мне понравилось. Холод, пробравшийся в тело, насторожил, напугал, но не сбил с намеченного пути. Я крепко ухватилась за разум ворона и направила всю мощь своего дара в приказ: