Адвокат дьявола (СИ) - "Traum von Katrin" - Страница 49

Блондинка поднимается со своего места, на секунду ловит вспыхнувший взгляд и кривоватую ухмылку. Этого достаточно, чтобы уже почувствовать привкус победы. По-другому и быть не может, когда за дело берётся Заклинательница Змей.

Её голос твёрд и убедителен, а эмоции отрепетированы и строго дозированы. Деланное, но безупречно сыгранное возмущение не принимающими ориентацию дочери родителями — и это в наше время, господа присяжные! — тут же вызывает ожидаемый гнев пятерых отвоёванных у прокурора любителей однополой любви. Первый камень брошен, и Элизабет ловит одобрительный взгляд своего привередливого клиента — за любую ошибку она ответит перед ним лично, ночью.

Он открыто любуется блеском её глаз, этим неподдельным увлечением любимой работой. Она в этот момент действительно королева — на своём месте, в своей стихии. Каждой фразой словно приказывает верить себе. Чета Блоссом нервно передёргивается при упоминании доказательств их причастности к перевозке наркотиков в таре для кленового сиропа. Торнхилл вполне могли поджечь их партнёры по этому бизнесу. А горе-родители обвиняют ни в чём неповинную дочь только потому, что она вместо подготовленного выгодного им династического брака выбрала в спутницу жизни девушку…

Удар молотка, и магия невинного девичьего голоса пропадает. Элизабет присаживается на место, и судья Маккензи объявляет получасовой перерыв — слишком много обстоятельств дела нужно обсудить присяжным. Адвокат рыжеволосой поджигательницы родного гнезда устало откидывается на стуле, снова невольно возвращаясь взглядом к своему клиенту — доволен или её ждёт наказание?

Джагхед складывает руки на груди, пытаясь успокоить учащённое дыхание. Он сходил с ума от такой Бетти: строгой и властной, превосходной актрисы, умело хлопающей невинными глазами-озёрами, в которых невозможно не утонуть. Как тонул он с самой первой встречи, пусть и не понял этого сразу.

Король Змей многозначительно облизывает пересохшие губы и медленно поднимается с места. Вальяжной походкой выходит из зала, нисколько не сомневаясь, что его девочка пойдёт за ним. Словно привязанная канатом или на невидимой силе притяжения.

Элизабет с сомнением кусает губы — она видела до боли и до покалывания в пальцах знакомые тёмные искорки в его глазах. Что, сейчас? Но неподчинение обернётся для неё гораздо большими проблемами, чем явно грядущие ехидные комментарии Шерил. Бетти вздыхает, смотрит на свои аккуратные золотые наручные часики с красивым хитроумно заплетённым браслетом. Безумно кричащий своей дороговизной подарок, от которого она так и не смогла отказаться — уж слишком настойчив был даритель.

У них ещё двадцать три минуты. Что ж, если попытаться, можно успеть. Быстрым, стремительным шагом Элизабет выходит из зала суда, останавливаясь в безлюдном коридоре. Откуда-то сбоку её тут же тянет на себя за предплечье властная рука.

— Вы заставили себя ждать, мисс Купер, — бархатный голос обволакивает и заставляет моментально укорить себя за долгие раздумья: потерю драгоценных семи минут.

Аромат освежающего одеколона с ноткой бергамота, смешанный с неизменными сигаретами и мятой, затопляет лёгкие Элизабет, поджигая каждый крохотный нерв.

— Я не сразу поняла, что Вы настроены столь решительно, мистер Джонс, — она обвивает его шею руками, притягивая Джагхеда к себе для настойчивого поцелуя.

Джонс тут же перехватывает у неё инициативу — ведущий всегда он. Задаёт темп, дирижирует своим поющим и отзывающимся на каждое движение требовательных губ оркестром. Увлекает её, заставляя углубить проникновение языка и слабо простонать от заискрившего желания.

— Джагги, прекрати, заседание окончится через полчаса, — с безумным сожалением отрывается Бетти от него, но он не даёт ей отодвинуться ни на миллиметр, вжимая в своё тело.

— Мне плевать, детка. Я хочу тебя сейчас, — Джаг ухмыляется своим чертовски распаляющим воображение мыслям и тянет Элизабет за собой.

— Что?.. Куда?.. — нет ни сил, ни малейшего желания противиться — если уж её Змей сказал, что хочет, ему действительно плевать, где и как. И за это она любила его ещё больше.

Он пинком открывает ближайшую дверь — переговорная. Та самая, в которой Бетти усмиряла Клейтона. Она нервно сглатывает комок в горле. Маленькая комнатка, из обстановки — четыре стула и прямоугольный деревянный стол.

Джаг небрежным движением скидывает куртку, разворачивается и прижимает свою малышку к захлопнувшейся за ними двери, впиваясь в манящие губки Бетти жадным поцелуем.

Пустующая комната, он, она и стол…

Её колени предательски подкашиваются от мысли сделать это здесь и сейчас. И, похоже, Джаг настроен совершенно решительно, когда расстёгивает её пиджачок.

— Джаг, не здесь… — слабо пытается протестовать Элизабет, хотя её трусики уже предательски намокли от возбуждения и адреналина.

— Заткнись, Беттс, и дай мне тебя поцеловать, — усмехается он, снова сминая её податливые губы и заглушая слабый стон.

Первое его касание её губ, когда-то навсегда забравшее душу…

Элизабет бросает пытаться ухватиться за своё благоразумие — к чему эти глупости, если она с первой встречи не могла ему противиться и лишь ждала очередного касания, точно также, как и сейчас. Нетерпеливо льнёт к его напряжённому телу, запуская тёплые руки под его свитер и легко проводя по спине ноготками. Джагхед углубляет поцелуй, проникая языком чертовски глубоко и выпивая из Бетти остатки сомнений.

Его руки приподнимают её строгую бежевую юбку, поглаживая бедро и подбираясь к змейке под тазовой косточкой. В воздухе повисает тягучее, обволакивающее нетерпение. Джагхед одной рукой сжимает тонкую талию Бетти, а другой уже оттягивает лёгкое белое кружево, проникая к истекающему влагой центру ее желания. Искры тока скользят по коже, сжигая кислород вокруг.

Элизабет прерывает поцелуй, бросая взгляд на часы на запястье.

— Чёрт, Джагги, у нас осталось пятнадцать минут, — времени в обрез, но уйти сейчас, так и не ощутив его в своём теле, не представляется возможным.

Первое свидание и его насмешки — за пятнадцать минут он пленил все мысли, заняв все возможные позиции в её головке…

— Тогда я трахну тебя на этом столе чертовски быстро, детка, — признаёт Джаг необходимость ускориться. Он наиграется вдоволь дома, ночью.

Если ты ещё раз придешь в этом блядском платье, я трахну тебя на этом же столе…

Джагхед подхватывает её под бёдра, и в два шага преодолевает расстояние до желаемой горизонтальной поверхности. Бетти подрагивает в его руках, не на шутку распалённая ситуацией — это же её рабочее место, чёрт подери, а она усажена на него практически голой задницей.

Не в первый раз у них опасно высокие шансы быть застуканными…

Губы снова сплетаются в жадном поцелуе, и руки Джага тянут её трусики вниз, оставляя небрежно болтаться на лодыжке, зацепившись за туфлю. Проводит пальцами у неё между ног, и удовлетворённо выдыхает — эта страстная девочка всегда готова принять его член.

Бетти расстёгивает его джинсы, резким движением срывает их до колен, освобождая его напряжённую плоть. Пробегается по ней пальчиками, но дразниться нет времени.

Не прерывая поцелуй, становящийся всё отчаянней, с голодным покусыванием губ, сливаются в одно целое на обоюдном постанывающем выдохе. По венам проносится лава, поджигая каждый нерв и заставляя мир вокруг рухнуть в ад ко всем чертям. Уже плевать на то, что в кабинет в любую минуту могут зайти — есть только они, двигающиеся в едином, интуитивно правильном ритме.

Заставил бы тебя кончить, выкрикивая моё имя…

Ускоряются, подаваясь навстречу друг другу, оглушённые пьянящей близостью любимого тела. Знают уже все реакции, все возможности, но всё равно удивляются каждый раз, когда запах клубники смешивается с ароматом мяты и выливается в дикий, безумный коктейль чувств. Стол жалобно скрипит под ними о паркетный пол.

С губ Бетти срывается стон, который наверняка слышно в коридоре — но это никого не волнует.