Цена силы (СИ) - Мельцов Илья Николаевич - Страница 48

Не тратя ни секунды на передышку, мы вновь бросились вперед, стремясь добраться до шамана, который оказался очень опасным противником. Семен даже бросил в папуасов один из убийственных артефактов, который при срабатывании должен был в фарш покрошить любого, попавшего в зону поражения, но антимагическая пелена, работала без осечек — кусочек, заряженного силой камня, лишь бессильно ударил одного из лучников, разорвав ему щеку.

А шаман, не теряя времени, вновь пустил в ход свое ожерелье. Худощавая рука сорвала, как перезревший плод, черное, засохшее ухо, затем еще одно после чего в воздухе появились шустрые светящиеся создания.

“Вот ты блин Гарри Поттер недоделанный, — пронеслась в голове мысль, — Патронусов вызвал”.

Однако мои предположения оказались неверны, яркие огоньки вместо того, чтобы напасть на нас, начали втягиваться в людей, стоящих позади шамана. Бойцы нервно сжимали оружие, с долей испуга бросая взгляды на своего предводителя, но сразу после вселения магической сущности их поведение менялось. Человек начинал изгибаться в пароксизме боли, чтобы в следующее мгновение с перекошенным от ярости лицом броситься на нас.

Шаман закрыл себя марионетками. Один за другим аборигены втягивали в себя чуждую энергию и бросались в бой. Началась схватка лицом к лицу.

Удар земли раскидал нас по разным сторонам, так что прикрывать мне спину было некому. Каждому досталось по несколько противников и больше всего врагов сейчас приближалось к Роману, находящемуся ближе всех к шаману.

На мою долю досталось три противника. Они с безумной скоростью неслись вперед, преодолевая за один прыжок не меньше трех метров. На их беду, бойцы вышли за пределы нейтрализующего поля и первого врага встретили стрелы Улля, проделавшие в его теле три кровавые дыры. Безжизненное тело рухнуло на землю.

— Магией бей! — что есть мочи заорал я, но большего сказать не успел, так как на меня уже наседал следующий противник, а за ним спешил еще один.

Сражаться сразу с двумя бойцами в мои планы совершенно не входило. Понадеявшись на то, что щит сможет сдержать еще пару ударов, я не стал обращать внимание на отчаянные копейные выпады и наполнил силой воздушное лезвие. Диск сжатого воздуха разрубил противника почти пополам. Во все стороны брызнула кровь, внутренности вывалились из разорванного нутра, мерзкий запах шибанул в ноздри.

Последний боец, не обращая внимания ни на что, перепрыгнул павшего соплеменника и в полете попытался проткнуть меня копьем. После чего, как швейная машинка, начал наносить удар за ударом. Не знаю, что за магией накачал своих бойцов шаман, но их скорость увеличилась многократно. Если бы не щит, то длинное копье с острым железным наконечником уже испытало бы на прочность мою броню.

Атаковать я не мог, приходилось защищаться, отражая резкие выпады. Удары шли настолько часто, что у меня не получалось сосредоточиться и активировать подвешенные на источнике знаки. Приходилось раз за разом блокировать чужое оружие. В конце концов, я не стал мудрить и, воспользовавшись чистой силой, оттолкнул бойца, глаза которого стали красными из-за лопнувших сосудов. Эта секундная передышка стоила аборигену жизни — стрелы Улля сделали свое дело.

Переводя дыхание, я огляделся вокруг. Дела у нашей команды складывались хоть и не плачевно, но победой даже не пахло. Возле каждого из бойцов лежало как минимум два мертвых противника, но в живых оставалось еще достаточно. Однако главной проблемой оставались не они. Пока мы отбивались от марионеток, главный враг не сидел сложа руки.

Ту минуту, что мне потребовалась, чтобы разобраться со своими противниками шаман потратил на странное магическое действо, состоящее из громкого пения, приплясывания и периодического срывания с ожерелья очередного уха, которых оставалось не так уж и много.

Не знаю, что задумало это чудо в перьях, но ничего хорошего ждать не приходилось. Моя интуиция просто вопила, что надо срочно что-то предпринимать, иначе быть беде. Крепче сжав алебарду, я, разрывая связки ног, бросился к шаману. К сожалению, преодолеть рывком разделяющие нас десяток метров было невозможно — мое умение действовало только на короткие дистанции. Пришлось выжимать из себя все возможно, чтобы успеть прервать каст неизвестного заклинания.

Я не успел. Шаман, тонко взвизгнув, закончил пение. Последнее ухо полетело на землю, и в тот же момент над рекой поднялась волна, принявшая очертания длинной мутной из-за ила змеи. Эта искусственно созданная рептилия в доли секунды выстрелили своим телом и ударила в меня всей мощью природной стихии.

Удар ошеломил. Щит, который держался на каких-то крохах энергии лопнул, отозвавшись в ухе тихим писком. Возможно, если бы не броня, и встроенная в него защита, я бы лишился сознания, но вместо этого, лишь распластался на земле. Вокруг меня растекалась пахнущая тиной лужа. В любую секунду должен был последовать следующий удар, но этого не происходило — шаман, возможно посчитавший, что угроза с моей стороны нейтрализована натравил своего зверька на ближайшего к нему врага — сгусток структурированной воды обрушился на Романа, вокруг которого лежало пять неподвижных тел аборигенов. Змея подобно гигантскому гибкому шлангу обхватила человека, полностью поглотив его в своем теле.

На этом наши проблемы не заканчивались — из реки поднималось второе призванное существо.

Помочь попавшему в беду бойцу остальные не могли. Семен и Глеб отбивались от наседающих с разных сторон противников, впавших в боевой транс.

Передо мной встал выбор — или попытаться вытащить Романа из объятий водной твари или попытаться убить ее создателя и после секундного колебания я выбрал второй вариант. Поднявшись с земли, я бросился вперед, стараясь не обращать внимание на боль в груди и руке, кажется при падении умудрился сломать пару пальцев на левой руке.

Шаман мою атаку срисовал, но совершенно не проявлял беспокойство и было отчего — за его спиной уже приготовилась к броску уже сформированная водная змея, которая без проблем могла бы проглотить и меня и еще такого же человека. И когда мне удалось преодолеть почти половину расстояния до цели, порождение магии пришло в движении.

Наверное, это выглядело даже красиво — постоянно меняющаяся вода вдруг, обретает четкую форму, оставаясь при этом все такой же подвижной и в смертельной грации устремляется вперед, готовая раздавить мелкое препятствие, вставшее не пути. Наверное, будь у меня возможность посмотреть на это существо в спокойно обстановке я бы смог оценить чужеродную красоту, но в тот момент тварь хотела меня убить, и мозг отключил все ненужные эмоции.

Разогнанное магией сознание смогло отследить момент атаки, а сразу после этого я применил рывок и мгновенно оказался позади раскрытой пасти монстра. Путь к шаману оказался открыт и если я не мог убить его магией, то алебарда меня еще не подводила.

Впервые за весь бой я разглядел на, раскрашенном белой краской, лице шамана нечто, похожее на страх, а в следующий момент, заточенное лезвие вошло ему в грудь, разорвав сердце. В тот же миг за моей спиной победной песней раздался звук падающей воды — так разрушались призванные шаманом змеи.

Разобраться с горсткой уцелевших аборигенов уже труда не составило. Не смотря на боль в избитом теле, я поспешил на помощь остальным и вскоре на песчанном пляже, залитом кровью, не осталось живых противников.

Мы с Глебом добивали последнего бойца племени, обезумевшего от вселившегося в него духа, а Семен, припадая на правую ногу, побежал к Роману, который после атаки змеи так и остался лежать на песке. Краем глаза я увидел, как Сеня упал на землю и начал производить какие-то манипуляции над упавшим бойцом.

Когда мы подоспели к ним, то картина нам открылась ужасающая. Роман лежал в неестественной позе с открытыми глазами, а под ним медленно краснел песок. Броня отсутствовала и нам были хорошо видны повреждения, которые сделала змея.

Ребра бойца торчали наружу, руки и ноги были сломаны в нескольких местах. Человек был мертв, это было понятно сразу, но Семен все еще пытался оживить павшего бойца, поливая его из маленькой бытылочки, которые прятал во внутренних карманах. Судя по ярко-красному цвету, это был один из регенерирующих эликсиров. Да он мог заживить довольно серьезные раны, но проткнутые легкие и разорванное сердце даже ему было не под силу восстановить.