Цена силы (СИ) - Мельцов Илья Николаевич - Страница 54

Ворота разошлись в сторону сразу же, стоило только коснуться их силой. Пустой зал, гораздо меньший чем предыдущий открылся перед нами. Квадратный, без особых изысков и украшений. Даже стены, вопреки ожиданиям не были разрисованы и ничем кроме глянцевой поверхности похвастать не могли. Чему мы были искренне рады — сомневаюсь, что без проблем смогли бы пережить еще одну битву с порождениями храма.

Из зала вело три выхода. Один центральный — самый большой и торжественный, а также два по бокам. Повалы ходов чернели в стенах и вели, судя по всему к башенкам, замеченных мной еще на подходе к храму.

— И куда нам? — озадаченно почесал небритый подбородок Глеб.

— Думаю, пока что вперед, — логично предположил я, — а там видно будет. В крайнем случае вернемся. Кинжал может быть где угодно, но, что-то мне подсказывает, искать его нужно в сердце храма, а те кроличьи норы в стенах, вряд ли туда ведут.

— Норы, то норы, лишь бы не дупло! — выдал глубокую мысль Глеб, и отправился вперед.

Мы продолжили путь и сразу за центральным выходом из этого помещения нам открылось нечто интересное. Такое ощущение, что наши ноги ступили в тронный зал, ну а как еще назвать место, где в центре просторного помещения, положив руки на подлокотники, восседала на престоле богиня Сехмет. Естественно это была статуя. Величественная, монументальная и странным образом притягательная. Высотой она достигала почти пяти метров, и, увидев ее впервые, мы едва не ломанулись обратно, настолько реалистично была выполнена скульптура.

Взгляд богини был направлен на посетителей и ничего хорошего он не сулил. Неизвестный скульптор настолько четко выполнил фигуру, что казалось будто в любой момент Сехмет поднимется с трона, чтобы покарать незваных гостей.

— А ниче у не фигурка, жаль только морда кошачья, — усмехнулся Глеб, после того как шок первых секунд прошел. — Интересно, хвост тоже где-то имеется?

— Понятия не имею, — не стал я развивать тему. — Ход дальше видишь?

— Нет. Это походу последний зал. И где тогда кинжал? В башнях что ли?

— Предлагаю порыться здесь хорошенько. Сомневаюсь конечно, но он может и в какой-нибудь кладовой прятаться.

— Помоги Даше-путешественнице найти кинжал дохлой богини, — непонятно к кому обращаясь выдал Глеб, — ну пошли искать.

Через час, потраченный на изучение доступного нам пространства, выяснилось, что в тронном зала кроме собственно самого трона и сидящей на нем богини не было ничего. Мы обшарили все стены, едва ли, не простукивая каждый камень на наличие полостей. Осмотрели скульптуру, выискивая секреты или тайники. Пытались нащупать рычаги, открывающие скрытые проходы. Все тщетно. Единственное, что заслуживало внимание, это непонятные знаки, вырезанные на основании трона, но скорее всего это была какая-то древняя письменность, которой естественно мы не владели, а гугла в этом мире еще не придумали.

После небольшого отдыха и перекуса, мы сошлись на том, что придется прогуляться и в другие помещения храма.

Еще несколько часов нам потребовалось на исследование четырех башенок в которых спрятались кельи служителей богини, и множества маленьких, явно технических помещений. С каждой минутой настроение и так хреновое после всего случившегося все глубже скатывалось в пропасть отчаяния. И как вишенка на торте, я начал чувствовать, что темный источник постепенно прорывается сквозь барьеры и давит, давит, давит на мозг. Под конец поисков я не сдержался и разнес в мелкую крошку заброшенную келью, состоящую из каменной лежанки и стола, сделанного из того же материала. Выплеск гнева несколько снял напряжение, но надолго это помочь не могло.

В итоге, убедившись, что усилия наши безрезультатны, мы вновь вернулись в тронный зал. Глеб негодовал:

— Гребаная Сехмет. Я, мать ее через дышло, надеялся на огромный сундук, набитый золотом, а по итогу нашел только пауков, которые, наверное, мышами питаются, да сломанную мебель. Нету тут ни хрена.

— Что делать будем, есть идеи?

— Только одна — придется сваливать отсюда.

— Возвратный маяк у тебя?

— Да, забрал у Семена. — Глеб вытащил из кармана хрустальный амулет, выполненный в форме черепа мелкого грызуна. — Активируем?

— Он не будет работать в храме. Даже если сигнал уйдет, портал сюда не откроется, в этом я уверен на все сто.

— Не попробуем — не узнаем.

— Глеб, он одноразовый, не забыл? Разобьешь его и на этом все.

— Ну а что еще делать? Храм этот обрыганый нас не выпускает. Ножа нет, золота тоже. Еды и воды конечно хватит на несколько дней хватит, но какой смысл тут сидеть?

— Не знаю. Надо попробовать найти выход.

— Пошли лучше проверим, может ворота разблокировались.

Пожав плечами, я поднялся с пола, который несмотря на то, что был сделан из камня, не пытался вытянуть из тела все доступное тепло — снизу веяло теплом.

Ворота, как и предполагалось, на мои попытки взаимодействия не реагировали от слова совсем. Хорошо хоть рисунки на стенах оставались неподвижными и то хлеб. Убедившись в том, что храм нас запер, мы понуро вернулись к скульптуре богини.

— А счастье было так близко, — вздохнул Глеб. — Ну что, активирую я маяк?

— Ты же понимаешь, что нам не заплатят? Я думал, для тебя это важно.

— Все так, Леха. Помнишь, я когда-то говорил, что большинство магов со временем пресыщаются земными благами. А мне все еще интересны и дорогие машины, и изысканная еда, нравится обладать шикарной недвижимостью. Ты когда-нибудь голодал?

— Нет, — честно признался я, — мы были хоть и небогатой семьей, но нужды не испытывали.

— Повезло. — Глеб уселся возле трона. — А у меня батя бухал как не в себя. Так и сдох в сугробе. Мать уборщицей работала, а тогда, двадцать лет назад в стране такая жопа была, что денег мы не видели почти. Я до сих пор помню, что такое суп из крапивы и картошки кроме которого больше нечего есть. Или одежда, которую приходилось носить до тех пор, пока она не становилась настолько мала, что уже не налазила на тело. Потом, конечно стало чуть легче, но ужас нищеты меня так до конца и не отпустил.

Я лет с четырнадцати пытался заработать денег. Искал любую халтуру, объявления расклеивал, курьером бегал. Не знаю, как судьба от наркоты и воровства увела, наверное, о матери думал, а вот несколько друзей моих до сих пор по тюрьмам сидят.

К двадцати у меня свой бизнес появился. Открыл я на рынке точку, да толкал всякую электронику. Первые деньги приличные появились, машину купил, сперва ушатанную шестерку, а потом накопил на тойоту праворульную… и в первую же неделю намотал ее на столб. Мне ноги зажало, а тачка в это время загорелась, и, знаешь, такого ужаса я никогда больше не испытывал. Представь, ты не можешь выбраться, руки и лицо в крови, а сзади начинает разгораться багажник. Тогда источник и проснулся. Магия потушила огонь, а потом добрые люди вызвали помощь.

— Ты поэтому всегда ездишь по правилам? — спросил я.

— Да. Мобилофобия называется. Звучит конечно по-идиотски, но сути это не меняет. Первое время вообще было страшно в машину даже пассажиром садиться не то что за руль, но потом все же переборол себя. — Глеб ненадолго замолчал. — Так, про что я вообще начал. Ах да. Деньги. Красивая жизнь мне, Леха, никогда не надоест, но идти ради бабла на любые жертвы, я не согласен. Кинжал мы скорее всего не найдем, получается нужно возвращаться, а дальше уже будем думать, как решить вопрос с морфами. Может и правда к серым за помощью стоит обратиться. Ну так что, активирую я маяк?

— Попробуй, — вынужденно согласился я, хотя и не верил в успех.

Хрустальный череп упал на камень и, хрустнув под подошвой тяжелого ботинка, выпустил заточенную в него магию. Прозрачные осколки усеяли пол.

— Теперь остается только ждать. Если ты не против, я пока вздремну. — Глеб, пристроился возле трона и, подложив под голову рюкзак, закрыл глаза.

С большим удовольствием я бы тоже вздремнул, но были опасения, что стоит мне немного потерять контроль, как темный источник полностью подчинить сознание и ничего хорошего от этого ждать не приходилось.