Подруги в поиске (СИ) - Арутюнова Татьяна - Страница 30

— Когда только успели всё застроить? Расцветает Подмосковье!

— А Старая Купавна далеко находится от Москвы? — поинтересовалась я.

— Не очень. Через полчаса приедем.

Мне было интересно смотреть по сторонам. Особенно мне нравилось рассматривать частные дома и коттеджи.

— Ну, вот и поворот на Старую Купавну! — сообщил Владимир.

Мы проехали мост через речку Купавинку и оказались в малоэтажном городке, больше похожем на деревню.

Вскоре машина остановилась перед пятиэтажным домом на улице Матросова.

— Приехали, — сообщил муж.

Володя взял ребёнка на руки, и мы пошли к его бабушке. Она жила одна в трёхкомнатной квартире. В ней было светло, чисто и уютно. Бабушка напекла вкуснейших пирогов с жареной капустой, морковью, яблоками, наварила изумительного борща и компота. Сладкие пироги с морковью я ела впервые, и они показались мне очень вкусными. Эта простая замечательная пища приподняла нам настроение. К тому же у нас была теперь отдельная комната. Я покормила сына, искупала его, поменяла подгузники, а потом все втроём бухнулись спать. На нашем сонном состоянии сказывалась семичасовая разница во времени между Москвой и моим родным городом. Спали мы долго и с удовольствием. Сквозь сон я слышала, как плакал Андрейка, а бабушка его кормила смесью и укачивала. Проснулись мы с розовыми щеками и счастливые. Надо сказать, что в Старой Купавне воздух намного чище, чем в Москве. Дышится легко и свободно.

За ужином я спросила бабушку Владимира:

— А вы не хотите продать свою квартиру и купить однокомнатную в Москве, поближе к родным?

— Что, не понравилась тебе наша Купавна? — сразу спросила она. — Мы, купавинцы, здесь все, как родные. Особенно моё поколение и чуть помладше. Мы же работали на фармацевтическом заводе «Акрихин» в военное время на оборонку, и потом. Здесь мои подруги живут, муж мой здесь похоронен. Разве я могу предать их? Люди здесь особенные, добрые и порядочные. А городок наш в советские времена был очень даже ухоженным. А потом за деньги, вырученные от продажи моей трёхкомнатной квартиры, в Москве даже однокомнатную квартиру не купить. Я её завещала твоему мужу.

Я удивилась вслух тому, что бабушки и дедушки свои квартиры завещают моему мужу. В моём городе он уже получил одну квартиру по завещанию.

— За какую такую провинность Илья остаётся обделённым? — спросила я мужа.

— Ничего себе обделённым! Скоро их «хрущёвку» снесут, а его семье и моим родителям дадут отдельные квартиры.

— Ну, тогда это справедливо, — согласилась я.

Оказавшись в Подмосковье, я вспомнила, что давно не общалась со своей третьей подругой, живущей в Москве. Той самой, с которой мы летали отдыхать в Грецию. И позвонила ей.

— Алло, Ирочка! — радостно ответила она. — Наконец-то ты вспомнила обо мне!

— А-г-а! — язвительно начала я. — Я хоть вспомнила о тебе, а ты, похоже, совсем о нас с девчонками забыла. Хочешь, я приеду к тебе в гости со своим мужем и сыном?

— Ты, случайно, не шутишь?! Когда это ты успела обзавестись сыном и мужем? Ты сама сына родила?

— Вот такая ты «незамечательная» подруга! — пошутила я. — Даже не заметила в Греции, что у меня уже живот на нос лезет!

— Ты собираешься лететь в Москву?

— Да мы с семьёй уже прилетели.

— Здорово! Только знаешь, у меня сейчас изменился адрес. Мы с мужем продали свою квартиру в Москве и купили себе коттедж с участком земли в небольшом подмосковном городе Старая Купавна.

— Да ладно! — изумлённо вскричала я.

— Ира, поверь, здесь жить лучше, чем в Москве! — стала оправдываться подруга.

— Ты не поверишь, — задыхаясь от радости, перебила её я, — но сейчас мы тоже находимся в Старой Купавне!

— А что вы здесь делаете?

— Гостим у бабушки моего мужа.

— Тогда записывай мой адрес, и милости просим к шести часам вечера к нам! Вы на машине, или за вами приехать?

— На машине, вечером будем.

Пересказав Володе, разговор с подругой, я предложила сходить в магазин или на рынок и купить, как у нас — подруг принято, алкогольные напитки и какие-нибудь угощения. Ассортимент вин, коньяков, кондитерских изделий и других продуктов здесь оказался очень скудным, и нам пришлось довольствоваться тем, что есть. Бабушка предложила оставить Андрейку с ней, но я не могла не показать его Свете. Ведь мой сын — это моя долгожданная радость и гордость. Мне хотелось, чтобы подруга порадовалась за меня. Втроём мы тронулись в путь и очень быстро прибыли по нужному адресу.

— Мне такой дом никогда не иметь! — вздохнув, произнесла я, когда машина остановилась у его ворот.

— Почему ты так уверена в этом? Для нас с тобой это раз плюнуть.

Я ничего не ответила, зная, как часто заносит мужчин. Много обещают, но ничего не делают или не могут сделать.

Нам навстречу вышла Света, поприветствовала нас, взяла из моих рук Андрея и прижала к себе.

— Если бы ты знала, — восторженно воскликнула она, — как я за тебя рада, и как счастлива, видеть вас у себя!

Мы прошли внутрь дома, разделись и сели на диван. Андрей мирно посапывал в переносном раскладном детском кресле. В гостиной уже был накрыт стол.

— А мы, как у нас принято было, тоже кое-что с собой принесли, правда из местных магазинов, — сообщила я, протягивая подруге полные пакеты.

Она взяла их и улыбнулась:

— Знаешь, мне так не хватает наших девичьих посиделок. Я даже согласилась бы послушать болтовню Наташи с Татьяной на их надоедливые медицинские темы, лишь бы побыть всем вместе.

— Ностальгируешь?

— Ещё как! И чем больше проходит времени с момента нашей разлуки, тем сильнее я тоскую по тем временам и по вас.

В дверь вошёл Виталий — муж Светы, вернувшийся с работы. — Он поздоровался с нами, познакомился с моим мужем и произнёс, обращаясь ко мне:

— Я, честно говоря, не сразу поверил, что ты с мужем и с сыном находишься в Старой Купавне. Невероятное совпадение! Ну, показывай своего сынишку!

— А вот, гляди, — указала я пальцем на креслице, стоящее на другом диване.

— Настоящий мужик! — восторженно прошептал Виталий.

— А где ваши детки?

— Они живут у бабушки с дедушкой, — пояснила Света. — Свекровь серьёзно занялась их образованием и воспитанием. Наши дети обучаются в гимназии с математическим уклоном и изучением иностранных языков. В пятницу вечером Виталий привозит их сюда, а в понедельник утром отвозит в гимназию. В остальные дни бабушка их забирает из гимназии после обеда, а утром приводит в неё.

Мы сели за стол. Выпили за знакомство с моим мужем, затем за рождение нашего сына. Тостов было произнесено много, закуска оказалась очень вкусной, настроение весёлым.

— Ты расскажи нам, как там Татьяна с Натальей поживают, — попросила Светлана, — что у них нового?

Я рассказала всё, что произошло в нашей с подругами жизни, с момента моего возвращения домой из Греции. О том, как познакомилась в самолёте с Ниной Васильевной, о рождении от её сына Сергея чернокожих сыновей у Татьяны и Даши, о преследовании Татьяны её бывшим мужем и женой Михаила. О том, что брак Татьяны со Смагиным был незаконным. Затем рассказала о странной встрече с Мишей в аэропорту и о том, что он дал мне свою визитку, в которой указано его место работы. Я произнесла название этого университета.

— Мой отец — проректор в этом университете, — сообщил Виталий. — Если надо, я попрошу его навести справки о вашем загадочном Мише.

Я обрадовалась этому известию. Во всяком случае, будет к кому обратиться за необходимой информацией.

Мои друзья поинтересовались, как мы познакомились с Владимиром, где и кем он работает, почему его бабушка живёт от него так далеко?

Он всё рассказал им в подробностях, кроме своей работы.

— Это запретная тема, — сообщил он, — даже для моей жены.

Ты зря выписался из своей московской квартиры, — неодобрительно произнёс Виталий, когда узнал, что мой муж жил в «хрущёвке» под снос, да ещё и в неприватизированной. — Ты мог бы получить на свою семью квартиру в Москве.