Год страха (СИ) - Мельцов Илья Николаевич - Страница 46

Дурнопахнущий мужик чего-то невнятно мямлил, активно жестикулировал, но все же направил меня в нужную сторону.

Улица, если ее можно было так назвать, представляла из себя хаотичное нагромождение землянок, избушек, хибар, трудно различимых в тусклом свете луны и звезд. Ни фонарей, ни костров. Даже горящих в окнах свечей или лучин, я почти не замечал. Грязь, мрак и запустение. Наверняка днем все выглядит не столь безрадостно, но ночью окружающие меня строения казались заброшенными.

Единственным зданием, возле которого жизнь не только не замерла, но я бы сказал, била ключом, был трактир, бар, увеселительный дом — можно как угодно называть место, где люди по вечерам пьют, поют песни и бьют друг другу морды. К сожалению, искомый колодец располагался как раз на небольшой площади перед этим заведением. И если бы не жуткая жажда, из-за которой я уже был готов пить из любой лужи, я бы сюда не сунулся.

Возле входа в трактир горело два костра, на которых жарилась или скорее обугливалась какая-то еда. Тени, порождаемые огнем плясали по улице, скручиваясь в причудливые фигуры, и вновь рассыпались тучей мелких пятен, чтобы через секунду собраться в новый образ.

Испускаемого кострами света хватало, чтобы рассмотреть двух мужчин, стоящих возле колодца. По уму стоило дождаться пока они закончат разговор и спокойно утолить жажду, но, во-первых, я понятия не имел сколько они тут будут дискутировать, а во-вторых, сил терпеть пустыню в горле не было никаких. Так что я просто пробрался к колодцу, и пробубнив что-то вроде приветствия, сбросил в воду ведро, привязанное к вороту веревкой.

— Ты че тут забыл, пацан? — с пьяным недоумением посмотрел на меня один из выпивох.

— Мамка за водой послала, — пересохшим голосом ответил я, берясь за подъемный рычаг.

— А ведро твое где?

— В руках унесу, — сосредоточенно крутил я железный ворот.

— А ты смешной, — гоготнул второй. — Пшел отсюда, пока по шее не получил, не видишь взрослые разговаривают.

— Я быстро, — ведро уже было близко к деревянному бортику колодца.

— Ах ты щенок! Старших не уважаешь?! — замахнулся на меня один из мужиков, отчего мне пришлось отпустить ворот и уклониться от удара.

— Да вашу Машу, — разозлился я, слушая, как раскручивается цепь с ведром — Кабзда вам, алкаши.

Желанная влага была так близка, а теперь вновь отдалилась на величину глубины колодца, и это меня настолько взбесило, что я не сдержался. Несколько быстрых движений, подсечка, и вот лицо первого мужика встретилось с моим коленом, что-то хрустнуло, а я уже обошел второго, ударил под опорную ногу и немного подтолкнул его вперед. Глухой удар возвестил меня о том, что бревна колодца и голова незадачливого пьяницы познакомились поближе.

На то, чтобы уложить отдыхать двух подвыпивших граждан, ушло меньше минуты. Возможно, они на утро и не вспомнят о ночном происшествии, так быстро все произошло. Сам не ожидал.

Остальные посетители трактира небольшой стычке возле колодца не придали значения и продолжили веселиться — подумаешь, одной дракой больше одной меньше, а вот пиво само себя не выпьет. Больше мне никто не мешал и божественно-вкусная вода, отдающая металлическим привкусом, утолила мою жажду и смыла с лица дорожную пыль.

После того, как ведро было водворено на место, я на всякий случай проверил пульс у лежащих возле колодца мужиков и, убедившись, что с ними все в порядке, отправился обратно на центральный тракт, ведущий в город. Да уж, будь эти двое не такие пьяные, все могло пройти не так просто, и лишнее внимание я бы к себе привлек. В этот раз обошлось, но на будущее стоит о жажде подумать заранее.

Чем ближе я подбирался к центру города, тем дома становились выше, а улицы чище и светлее. Начали попадаться фонарные столбы с традиционными светящимися шарами, праздные прохожие, экипажи, запряженные лошадьми, и даже пара автомобилей сверкнули лакированными бортами.

По схеме, лежащей у меня в кармане, мне требовалось пройти четыре перекрестка, свернуть налево, миновать еще два квартала, а затем совершить еще несколько маневров. И, выполнив все необходимое, я все равно вышел совершенно на другую улицу, навигация оказалась так себе, благо пара молодых людей любезно пояснили мне, где находится Белореченская и как туда добраться. Ну а дальше оставалось самое сложное — найти нужный дом и проникнуть внутрь, оставшись незамеченным. Григорий конечно магией не владел, но недооценивать его явно не стоило. Кто знает, какие сюрпризы он мог подготовить?

Вычислить дом, в котором обитал Дементьев оказалось тем еще квестом. Всего на улице я насчитал больше двадцати жилых строений с обеих сторон. Фонарные столбы в купе с лунным светом позволяли худо-бедно ориентироваться среди богатых особняков. В первую очередь я отмел пару зданий, на первом этаже которых располагались многочисленные магазинчики и лавки. Вероятнее всего, владельцы этих заведений проживали тут же, на втором этаже.

Остальные дома подсказок о своих владельцах не давали. Все они в той или иной мере отличались друг от друга, но сходились в одном — двери везде были закрыты, а в окнах лишь изредка горел свет.

В один из таких домов, где явно еще не спали, я и постучался. К сожалению, прохожих в связи с поздним часом на этой уединенной улочке не наблюдалось, так что выяснить нужную информацию я мог только у владельцев недвижимости.

Стучать пришлось довольно долго. На мое счастье, небольшой двор, огороженный декоративным забором, никем не охранялся, хотя кое-где я слышал собачий лай. Наконец мои попытки быть услышанным вознаградились, хотя это еще как назвать.

— Чего надо? — послышался из-за двери недовольный мужской голос.

— У меня письмо для господина Дементьева, — выдал я заготовленную фразу.

— Ты что, идиот? — дверь резко распахнулась, позволив мне увидеть грузную фигуру хозяина дома, облаченную в длинный халат и тапки. Хотя это мог быть и дворецкий, кто его знает. Мужик меж тем уставился на меня злобным взглядом. — Я разве похож на Дементьева?!

— Не знаю, — хочет человек меня идиотом считать, значит будем подыгрывать. — Мне сказали, что он живет в доме номер семь, вон же табличка. На ней написано семь, я читать умею.

— Дементьев живет в четырнадцатом доме! Где семь и где четырнадцать? О четверо, кто же таких идиотов рожает. А ну марш отсюда, пока я тебя с лестницы не спустил. Отрыжка пятого.

— Простите, уже ухожу. Запамятовал видать. Батька в детстве по голове часто бил, вот память и отшиб.

Мужик на это ничего не ответил и еще раз сверкнув злобно глазами, захлопнул перед моим носом дверь. Ну что, главное, я узнал номер дома Дементьева, осталось дело за малым — нужно туда проникнуть незамеченным и тут я вновь рассчитывал на эйхор.

Двухэтажный особняк с номером четырнадцать смотрел на меня черными провалами окон без единого намека на то, что внутри кто-то бодрствует. И это в принципе мне было только на руку.

В небольшой огороженный двор, внутри которого были разбиты клумбы с цветами, я заходил предельно осторожно. Были у меня опасения, что Дементьев может обеспокоиться системами безопасности, если они вообще существуют в этом мире.

Предварительный осмотр дома показал, что первый этаж имеет по четыре узких зарешеченных окна с каждой стороны, а также два входа — центральный и черный, предназначенный, вероятно, для прислуги. На заднем дворе расположилось хозяйственное помещение и небольшая беседка, окруженная плодовыми деревьями.

Путей проникновения в дом я видел два — двери и окна. Из-за скудного освещения оценить толщину стен не представлялось возможным, и вполне можно ожидать, что кирпичные стены могут быть и сорок сантиметров, что для меня уже станет непреодолимым препятствием, а если даже и получится, то отмокать после такого подвига придется очень долго.

Поразмыслив какое-то время, я все же решил попытаться проникнуть в дом через черный ход. Даже если Дементьев и установил какую-нибудь сигнализацию, я надеялся на то, что работать она будет именно на открытие двери. Очень хотелось верить, что датчиков движения здесь еще не придумали. При любом раскладе внутрь надо проникнуть, а дальше будет видно, в крайнем случае попытаюсь сбежать.