Жюльетта. Том I - де Сад Маркиз Донасье?н Альфонс Франсуа - Страница 108

108

– Хочу добавить, – продолжала Клервиль, – что даже на поверхностный взгляд в твоем плане видна еще одна большая ошибка: на твоем месте я бы уничтожила этого Дегранжа. Нет ничего проще, чем обвинить его в поджоге, тогда его непременно сожгли бы заживо на позорном костре; вот этого я бы ни за что не упустила. Ведь тебе известно, что если в доме жильца-арендатора случается пожар, а этот крестьянин – один из твоих арендаторов, ты имеешь право пожаловаться властям и обвинить его в намеренном поджоге. Может быть, этот субъект хотел избавиться от жены или от детей, а потом сбежал и отправился бродяжничать? Когда он выскакивал из дома, его следовало арестовать, затем быстренько найти свидетелей, скажем, ту же Эльвиру, которая подтвердила бы, что в то утро она видела, как обвиняемый возился с сеном на чердаке, и что вид у него был очень подозрительный; все остальное сделали бы судьи, и через неделю ты любовалась бы сладострастным зрелищем, как твоего Дегранжа сжигают живьем у твоих ворот. Пусть это послужит тебе уроком, Жюльетта, и в следующий раз, когда тебе придет в голову совершить преступление, позаботься заранее о его размахе и о том, чтобы оно имело пагубные последствия для многих людей.

Это были, друзья мои, буквальные слова, сказанные жестокой Клервиль, и что греха таить – глубоко тронутая ее аргументами, вынужденная признать, что я вела себя недостойно, я дала себе слово никогда больше не допускать подобной оплошности. Однако больше всего я была расстроена тем, что крестьянину удалось избежать гибели, и мысль об этом до сих пор заставляет меня страдать.

Наконец-то настал день моего приема в клуб Клервиль. Он назывался Братством Друзей Преступления. Утром моя поручительница принесла мне для ознакомления копию устава Братства, и я позволю себе зачитать его полностью, потому что его содержание весьма интересно и поучительно.

Устав Братства Друзей Преступления

Уважая общепринятое мнение, Братство допускает возможность употреблять термин «преступление», однако считает нужным заявить, что он не несет в себе никакого оценочного значения и не имеет никакого оскорбительного или уничижительного смысла. Будучи убеждены в том, что человек не свободен и абсолютным образом зависит от законов Природы и что, следовательно, все люди – рабы этих основополагающих законов, члены Братства заранее одобряют и легитимируют абсолютно все поступки и считают самыми преданными и уважаемыми своими сторонниками людей, которые без колебаний и сомнений совершают как можно больше славных деяний, называемых глупцами преступлениями; Братство полагает, что такими деяниями человек служит Природе, что эти деяния диктуются Ею и что если и существует такое понятие, как преступление, то оно заключается лишь в нежелании или отказе совершить хотя бы один из тех бесчисленных поступков, на которые вдохновляет нас Природа и которые она одобряет. Исходя из вышесказанного, Братство обеспечивает всем своим членам защиту, гарантирует помощь, убежище, материальную и моральную поддержку, добрый совет – все необходимое, чтобы противостоять козням закона человеческого; все члены, нарушающие последний, автоматически подпадают под покровительство Братства, которое считает себя выше человеческого закона, ибо он представляет собой недолговечную и искусственную выдумку, между тем как Братство, будучи союзом, естественным по своему определению и происхождению, уважает только законы Природы.

1) Не существует никаких различий между лицами, входящими в Братство, хотя это вовсе не означает, что все люди равны в глазах Природы; равенство – это есть вульгарная идея, проистекающая из немощи, отсутствия логики и ложной философии; отсутствие различий любого рода декретируется только потому, что последние могут неблагоприятным образом отразиться на удовольствиях членов Братства и, рано или поздно, испортят их окончательно[90].

2) Вступающий в Братство должен отвлечься от любых религиозных верований; его презрение к этим, родившимся в больном мозгу, идеям и к выдуманному объекту поклонения, на котором основаны эти идеи, проверяется при помощи специальных и обязательных испытаний; немедленное исключение ждет того, кто – пусть даже в своих мыслях – проявит слабость и вернется к отвергнутому абсурду.

3) В глазах Братства Бог не существует, и первой предпосылкой для членства служит атеизм: единственным признаваемым божеством является удовольствие, которому служат все остальные принципы; освященными свыше признаются все поступки, продиктованные сладострастием, сладострастием в любой мыслимой форме и ничем иным, кроме сладострастия; законным полагается все, что дает наслаждение; Братство разрешает все виды получения удовольствия, ни один из них не осуждается, каждый из них приветствуется, поощряется, вознаграждается.

4) Братство отвергает все брачные узы и игнорирует узы кровные; любой член Братства имеет право развлекаться с женой соседа, как со своей собственной, то же самое относится к братьям, сестрам, детям и прочим родственникам, а малейшее нежелание подчиняться этим правилам служит серьезным основанием для исключения.

5) Муж обязан подготовить к вступлению свою жену, отец – своего сына или дочь, брат – сестру, дядя – своих племянников и племянниц и т. д.

6) Вступление в Братство недоступно для тех, кто не имеет минимального годового дохода 25 тысяч луидоров, поскольку членский взнос составляет десять тысяч франков в год – средние предполагаемые расходы на каждого члена, которые включают в себя содержание помещений Братства, арендную плату, содержание сералей, экипажей, служебные издержки, жалованье должностных лиц, расходы на ассамблеи, ужины и освещение; в конце года казначей подводит итоги, И если образуется положительный остаток, он делится между всеми членами, но если расходы превышают поступления, сумма взносов корректируется, причем решающее слово при этом принадлежит казначею.

7) Ежегодно в Братство принимаются двадцать художников и литераторов на льготных условиях с взносом тысячу луидоров в год, что является составной частью политики Братства, направленной на меценатство и поддержку искусств, причем остается пожалеть о том, что клуб не имеет возможности принять большее число одаренных личностей, достойных поощрения.

8) Члены Братства, объединенные в одну большую семью, делят друг с другом все тяготы и все радости; они обязаны помогать друг другу в самых разных жизненных ситуациях, однако строго запрещается – как в рамках Братства, так и за его пределами – любая благотворительность по отношению к вдовам, сиротам или прочим нуждающимся; при малейшем признаке, и даже при простом подозрении в такой деятельности, виновный немедленно исключается за так называемые добрые дела.

9) В качестве страхового резерва учреждается фонд в сумме тридцати тысяч луидоров, которым может воспользоваться любой член, в силу случайности или болезни оказавшийся в затруднительном положении.

10) Президент избирается тайным голосованием на период одного месяца; он может быть любого пола, и он председательствует на двенадцати ассамблеях – по три ассамблеи в неделю. В его обязанности входит; следить за соблюдением законов Братства, контролировать корреспонденцию Постоянного Комитета, председателем которого также является президент. В указанном комитете заседают также казначей и два исполнительных секретаря Братства; срок полномочия каждого секретаря истекает, как и у президента, через месяц после избрания.

11) Каждая ассамблея открывается речью одного из членов, и содержание этой речи должно противоречить всем общественным и религиозным обычаям; если речь заслуживает особого внимания, она печатается за счет казны Братства и сдается на хранение в архив.

12) Во время общих забав все члены Братства обоего пола должны быть обнаженными; партнеры выбираются самым беспорядочным образом, и при этом не принимаются никакие отказы удовлетворить желание партнера. По первому зову любой присутствующий обязан немедленно и с радостью включиться в предложенную игру тем более, что через некоторое время он может потребовать того же самого от любого другого. В случае, если кто-то уклоняется от своих обязанностей по отношению к своим собратьям, он принуждается силой, а после ассамблеи с позором изгоняется из клуба.

вернуться

90

Число сторонников этой абсурдной доктрины равенства всегда будет пополняться за счет слабых и жалких личностей, поскольку принять ее может лишь тот, кто, будучи неспособен подняться до уровня сильных, утешает себя тем, что низводит высший класс до своего уровня; однако из всех теорий на земле эта – самая призрачная, самая неестественная, и будьте уверены: эти подлые ничтожества – ее приверженцы – забудут о ней моментально, как только хоть чуточку вылезут из грязи. (Прим. автора)