Дракон для жениха (СИ) - Светлана Крушина Викторовна - Страница 98

— Мы будем видеться, это единственное, что я могу обещать. И идите уже, барон, идите! Я очень устала и хочу побыть одна.

После такого заявления уйти было невозможно. Пан Иохан топтался на месте, силясь подобрать нужные слова, и вдруг из темноты до него донесся дикий демонический вой, пронесшийся над степью.

— Что это? — вздрогнула Улле и инстинктивно прильнула к нему.

— Не знаю… — отозвался пан Иохан, прислушиваясь. Вой стих, но что-то подсказывало ему, что это еще не конец. И верно, спустя несколько минут раздался грохот пистолетного выстрела. Тут уж барон медлить не стал. — Скорее! Пойдемте! — потянул он посланницу за руку. — Что-то неладное там творится.

Не прошло и минуты после ухода брата, как кто-то тихо скользнул на его место, чуть задев Ядвигу плечом.

— Что случи… — начала она удивленно, поворачивая голову, и осеклась: рядом с ней сидел в самой непринужденной позе Фрез. — Ох, это вы…

— Вам неприятно мое общество? Я уйду.

— Нет-нет, останьтесь. Я за вас волновалась.

— И напрасно. Я был в полной безопасности.

— Да, но мало ли что может случиться в этих диких краях…

— Настоящая опасность еще впереди, — проникновенно сказал Фрез. — Никто не знает, что ждет нас во владениях этих оборотней, но едва ли нас встретят добром.

— Мне кажется, вы преувеличиваете, — не очень уверенно возразила Ядвися.

— Панна посланница, да и ее сородичи, вовсе не кажутся такими уж злодеями.

— Они оборотни, — повторил граф. — И могут казаться, какими захотят. Не забывайте об этом, ради вашей безопасности. И все же я рад, что мы проникнем в их город и сумеем приподнять завесу тайны. Только нужно быть настороже и держаться вместе, и тогда мы избавим ее высочество от ужасной участи.

— Почему вы уверены, что ее непременно ждет ужасная участь? Мы же не знаем, зачем Великому Дракону нужна невеста.

— Вот именно! — Фрез серьезно и пристально заглянул Ядвисе в лицо. — Панна Ядвига! У вас храброе сердце. Готовы ли встать рядом со мной, дабы помочь в важном и благородном деле? От своих намерений я не отступлюсь, как бы то ни было, но только моих сил может не достать осуществить задуманное.

— Что же вы задумали?

— Помешать проведению навязанного нам драконами бесчеловечного ритуала.

Не отдавать ее высочество Великому Дракону, — почти торжественно проговорил граф.

— Как же я могу вам тут помочь? — несколько смутилась Ядвися. — Я не боец, я не умею сражаться…

— Можете! Вы и сами не сознаете своей силы. Если вы согласитесь быть со мной рядом…

Ядвися внимала сдержанно-страстному потоку признаний, хлынувшему из Фреза, с некоторым сомнением. Что-то подобное она уже слышала от герцога Наньенского, когда тот начинал разливаться соловьем, добиваясь ее благосклонности. В те давние (как казалось) времена Ядвися, как последняя глупышка, верила каждому слову; теперь ей и хотелось бы не верить, встретить речи Фреза со здоровым скепсисом и ответить твердым отказом на его предложение (как ответила уже однажды), но голова как бы сама собой клонилась на плечо графа, и девушка не отвела его руку, когда она вкрадчиво обвилась вокруг ее талии. Ядвися и сама не заметила, как, увлекаемая Фрезом, последовала за ним прочь от костра в бархатную ночь.

Фрез предусмотрительно выбрал для прогулки направление, противоположное тому, в котором несколько ранее удалился пан Иохан. Чуть переведя дыхание, Ядвися оглянулась вокруг и увидела, что они совершенно одни, со всех сторон их обступает уснувшая степь. Сверху куполом раскинулось бесконечное небо, усыпанное тихо мерцающими звездами. Звезд было так много, и сияли они так ярко, что Ядвися восхищенно вздохнула. Не первый раз ей приходилось проводить ночь под открытым небом, но такие невероятные звезды она видела впервые.

Придя в совершенный восторг и от этих звезд, и от пряных и свежих степных запахов, Ядвися даже не стала сопротивляться, когда Фрез поцеловал ее. У нее не было ни сил, ни желания освобождаться из его рук; по краю сознания промелькнула мысль, что где-то рядом ходит Иохан, и если он увидит ее целующейся с графом, кому-то не поздоровится, но эту мысль она отогнала подальше. Так приятно было отдаться во власть сильных мужских рук, почувствовать себя слабой и оберегаемой, а главное — любимой и желанной.

— Будьте моей женой, — на секунду оторвавшись от ее губ, шепнул Фрез ей в ухо.

— Я же вам уже ответила… — слабым голосом ответила Ядвися. Сказать «нет» не поворачивался язык.

— А вы подумайте еще. Только хорошенько… Все равно я вас в покое не оставлю, пока жив…

Ядвися открыла было рот, чтобы напомнить Фрезу о существовании старшего брата, который выступает категорически против этого союза, и едва ли изменит свою позицию в обозримом будущем, как вдруг волшебство разрушилось.

Умиротворенную тишину ночи прорезал вдруг дикий вой, подобного которому Ядвисе никогда не приходилось слышать. В ту же секунду Фрез резко оттолкнул ее от себя; толчок был такой сильный, что девушка не удержалась на ногах, вскрикнула и упала, запутавшись в юбках. Краем глаза она заметила, как какое-то черное существо пронеслось мимо и набросилось на Фреза, продолжая завывать. При падении Ядвися чувствительно ударилась о камни (мимолетно пожалев о турнюре, который мог бы смягчить удар), но тут же встала на колени, пытаясь понять, что происходит.

Граф боролся с черным существом. Теперь Ядвися поняла, что это человек, закутанный в черную накидку. Он был ниже Фреза почти на голову и гораздо уже в плечах, но справиться с ним, очевидно, было нелегко. В какую-то секунду в его занесенной для удара руке что-то сверкнуло, и Ядвися с ужасом поняла, что это нож. Закусив губы, она соображала, чем может помочь Фрезу, но здравый смысл подсказывал, что лучше ей пока не вмешиваться, чтобы графу не пришлось защищать и ее тоже.

Наконец, ему удалось отбросить противника от себя, и неведомо откуда в его руке оказался пистолет. Почти не целясь, Фрез выстрелил, и черная фигура взмахнула руками и упала навзничь. Ядвися вскочила и, подобрав юбки, бросилась к жениху.

— Вы целы? Ах, у вас кровь!

На щеке графа красовался сочащийся кровью порез.

— Ерунда, — он мазанул по щеке ладонью и мельком взглянул на нее.

Ядвися протянула ему белоснежный носовой платок.

— Возьмите…

— Благодарю… Вы не ушиблись? — прижимая к щеке платок, Фрез внимательно вглядывался в ее лицо. — Сожалею, что пришлось вас оттолкнуть, но некогда было раздумывать…

— Я понимаю. Я в порядке. Кто это? — Ядвися кивнула на растянувшуюся в траве бесформенную фигуру. — Почему он на вас напал?

— Это не «он»… — прижимая к щеке платок, Фрез сунул револьвер за пояс, наклонился к черному человеку, деловито проверил пульс у него под челюстью, кивнул и отодвинул в сторону черный платок или повязку, закрывавший лицо. Ядвися так и ахнула: это была женщина. Молодая и довольно красивая; брови и глаза ее были густо подведены черным. — Надо же, и от гвардейцев сбежала, дикая кошка… И ведь до чего хитрая, я даже не знал, что она за нами идет… А вот и ваш брат, панна Ядвига. Сейчас и остальные прибегут на выстрел.

В самом деле, в нескольких шагах от убитой женщины остановился пан Иохан; за его руку цеплялась запыхавшаяся от быстрого бега посланница Улле. Барон взглянул на Фреза, на горянку, прибавил к увиденному окровавленный платок и пистолетный выстрел, и, сделав верные выводы, мрачно кивнул.

— Откуда она тут взялась? — только и спросил он.

— Улизнула из-под стражи, — отозвался Фрез. — А уж за кем именно она шла, за вами или за мной, это вопрос…

— Напала-то она на вас, — заметил пан Иохан.

— Да какая разница? Сейчас нужно ее похоронить, не оставлять же так.

Господа, господа! — повысил граф голос, обращаясь к подоспевшим взволнованным свитским, наперебой вопрошавшим: «Что случилось?», «Кто стрелял?», «На нас напали?». — Все в порядке. Никто не пострадал, кроме одной особы, которая получила по заслугам. Возвращайтесь, пожалуйста, на свои места и ложитесь спать.