Укрощение строптивой (СИ) - Фарди Кира - Страница 25

Дама надменно посмотрела на всех сквозь очки в золотой оправе и произнесла:

— К кому я могу обратиться? Мне позвонили и сказали…

— Вы мать Антона Стрельникова?

— Да. Где мой сын.

Полицейский показал пальцем на Антона, который от бешенства готов был грызть металлическую решетку. И я его понимала: кто потерпит унижения на глазах у матери и девушки.

Выражение лица дамы не изменилось. Она окинула взглядом сына, меня, полицейских, села на стул возле стола дежурного и спокойно сказала:

— Могу я забрать его домой?

И таким холодом повеяло от этих слов, что в участке все будто притихли. Даже осенняя муха, которая вот уже несколько минут билась об оконное стекло, куда-то пропала.

— Да, конечно.

Полицейский вскочил, повернул ключ в замке и открыл клетку. Антон вышел, но направился не к матери, а ко мне. он схватил меня за руку и потащил к выходу из участка. Его мать встала, величественно кивнула и вышла за нами следом.

Я была поражена. Мы столько времени умоляли нас отпустить, но стоило появиться этой женщине, как все разрешилось мгновенно. Видимо, сила ее взгляда, слов, уверенность движений поразили не только меня.

— Антон, иди в машину, — тихо, но властно сказала дама.

— Мама, — мажор дернул меня за руку, — я хочу тебя познакомить.

— Не надо! — я попыталась вырваться, но он только крепче сжал мои пальцы.

— Это Маргарита, моя девушка. Ритуля, это мама, Анна Анатольевна.

Дама посмотрела на меня как на таракана, и я сжалась. В ее глазах не было любопытства. Там светилась ледяная брезгливость. Край верхней губы дернулся, и только по этому мимическому движению я поняла, что она сейчас зла. Нет, она в бешенстве. И злится она на своего непутевого сына, который посмел подвергнуть ее нежную и царственную натуру такому испытанию.

Я спряталась за спину Антона, не выдержав этого взгляда.

— Антон, иди в машину, — повторила она.

— Сначала я провожу Риту домой, — тихо, но твердо ответил мажор.

Мое сердце наполнилось теплом, я осторожно выглянула. Дама по-прежнему делала вид, что меня нет.

— Ты знаешь, что будет, если ты не послушаешься, — ледяным голосом настаивала она.

— Мама, я сяду в машину, но сначала мы завезем Риту, — повторил Антон.

Между ними шла борьба, а я оказалась будто между молотом и наковальней. Каждое слово падало камнем мне в душу.

— Как хочешь.

Анна Анатольевна неторопливо направилась к роскошному автомобилю, из которого выскочил водитель и распахнул перед ней заднюю дверь. Она величественно села.

— Антоша, я доберусь до общаги сама, здесь недалеко, не волнуйся.

Я выдернула руку и пошла по тротуару. Антон догнал меня и потянул за собой. Я снова выдернула руку.

— Я не пущу тебя одну!

— Тебя ждут.

— Слушай, Ритка, не канифоль еще ты мне мозги! Мне мамаши хватает, — рассердился он, вдруг подхватил меня на руки и понес к машине.

Я похолодела от ужаса и заколотила его по спине.

— Ты что делаешь? Пусти! Хочешь еще один скандал получить?

— Да плевать!

Он подбежал к машине, где водитель уже распахнул двери, посадил меня на заднее сиденье и приказал матери:

— Мама, сядь вперед. Это ненадолго.

— Чт-о-о-о? — впервые за вечер Анна Анатольевна возмутилась.

Ее лицо пошло красными пятнами, но Антон не обратил внимания. Он схватил ее за руку и потянул к двери. Мать вышла, но, как мне показалось, не потому, что хотела угодить сыну, а потому, чтобы не уронить лицо перед суровым водителем, в глазах которого я вдруг увидела смешинки.

Антон сел рядом со мной, взял мои пальцы в свою ладонь и поцеловал их. Не знаю, он сделал это, чтобы позлить мать, или искренне, но я почувствовала, как в груди появился ком. Он подступил к горлу, а в глазах закипели слезы.

— Не надо. Ты что? — тихо сказала я, посмотрела в зеркало и поймала презрительный взгляд Анны Анатольевны.

— Целую руку своей девушке, — ответил он.

Потом, несколько лет спустя, я много раз прокручивала в голове историю нашего знакомства с Антоном и пыталась понять, в какой момент зародившиеся между нами прекрасные чувства обернулись крахом. И всегда в памяти появлялась картинка: Антон несет меня на руках, а потом целует мне ладошку на глазах у матери. Мне кажется, именно эти его поступки и стали началом нашего конца.

Антон показывал водителю дорогу, мать молча смотрела в окно. В зеркало я видела ее каменное лицо, упрямо сжатые в тонкую полоску губы. Ни разу она не посмотрела на меня.

Я расстроилась так, что готова была заплакать. Видимо мать Антона посчитала меня охотницей за богатством. Как просто и быстро поставила клеймо, от которого не отмыться!

Через несколько минут автомобиль остановился возле общежития, мы простились. Антон хотел выйти за мной, но я не позволила.

— До свидания.

Анна Анатольевна так и не посмотрела больше в мою сторону. Я проследила взглядом за удалявшимися огоньками задних фар и постучала в дверь.

— О, пришла! — воскликнул дядя Вася. — Ну, и видок у тебя!

— Извините, так уж получилось.

— Иди, там тебя Людмила ждет уже полчаса.

Действительно, в комнате сидела Людочка и пила чай с пирожными, целая коробка которых стояла на столе. Мой желудок заурчал, требуя пищу. Я уже забыла, когда ела в последний раз.

— Господи, Ритка, где ты была? Мы тебя потеряли.

— Потом расскажу. Есть хочу.

— Иди умойся, я тебе разогрею, — засуетилась Анжела. — Людмила принесла твои вещи, телефон и целую сумку вкусняшек.

Я ела ресторанные закуски, оставшиеся с дня рождения и слушала болтовню официантки.

— Представляешь, только ты убежала, как за тобой кинулся тот сероглазый красавчик, у которого была днюха.

— Антон.

— Что, Антон?

— Его зовут Антон.

— Ой, вы встретились! И как все прошло?

— Я только что из полиции.

Пришлось рассказать и о своих приключениях. Наконец все угомонились: Люда ушла, Анжела убрала со стола и легла спать. Я нацепила майку и тоже забралась под одеяло. Звякнула смс: это был Антон.

«Как дела?»

«Все хорошо. Как ты? Мама очень ругалась?».

«Нет. Когда она сильно злится, то не разговаривает несколько дней. Я уже привык. Завтра встретимся?»

«Хорошо. Только мне страшно».

«Не бойся. Я заеду за тобой в восемь вечера. Ты уже закончишь работу?»

«Еще нет, но Азамат отпустит».

«Целую тебя».

«Я тоже целую», — написала я, но палец так и замер над кнопкой. Я не решалась нажать и отправить смс. Очень хотелось увидеть Антона, но наши отношения развивались так стремительно, что мне вдруг стало страшно и холодно. Я плотнее укуталась в одеяло.

«Чего молчишь? Рита!»

А была не была! В конце концов, если у нас ничего не получится, не буду себя укорять, что это случилось от моей неуверенности и страха.

Я быстро ткнула пальцем.

Спала я опять беспокойно. Какое-то неприятное чувство давило изнутри и заставляло вертеться. Мне приснилась бабушка. Она стояла напротив меня и укоризненно качала головой. Бабуля только открыла рот, чтобы что-то сказать, как меня выдернули из сна.

Кто-то тряс меня за плечи и звал:

— Рита, вставай! К тебе пришли!

— Что? Кто? Зачем вставать? — я раскрыла глаза, ничего не понимая. — Сколько времени?

— Шесть утра.

— О боже, Анжела! Отстань! Еще час можно спать.

Я повернулась на другой бок, натянула на голову одеяло, но тут же оказалась без него.

— Идиотка! Вставай! К тебе какая-то тетка пришла, — зашипела соседка прямо на ухо.

Я села на кровати, протерла глаза и посмотрела в направлении Анжелиного пальца: у дверей стояла Анна Анатольевна.

— Ох!

Меня будто подбросило к потолку. Я вскочила, села: на мне была только майка и трусики. Быстро натянула одеяло на плечи. Снова вскочила, начала приглаживать стоявшие дыбом волосы.

— Анна Анатольевна, проходите. Простите…

Внутри все дрожало, как заячий хвостик, в голове проносились мысли, одна страшнее другой: «Зачем она пришла? Да еще так рано? Ох, что-то случилось с Антоном!»