Игра в кошки-мышки (СИ) - Беренс Лилия - Страница 17

– Прошу не беспокоиться, – успокоил я Сергея. – Просто у меня, похоже, начинается линька.

– У демонов бывает линька? – изумился светловолосый сатанист.

– Разумеется. Как иначе мы бы росли?

– Куда тебе еще расти-то? И так дылда здоровая! – восхитился мой господин.

– По демоническим меркам я еще очень молод. Взрослые демоны материальные миры посещают редко, так как по высоте не уступают пятиэтажному зданию.

– И насколько ты подрастешь? – напрягся Сергей.

– Метр, максимум полтора.

– Обалдеть! – присвистнул он. – Ладно уж, линяй, если надо. Кстати, как часто у вас это происходит? Когда у меня в подчинении начнет ходить персональный Годзилла?

– Линька происходит приблизительно раз в семь – восемь сотен человеческих лет. При каждой линьке рост меняется не более чем на два метра, – проинформировал я, меняя ипостась. – Ты давай, занимайся птенцами.

Птенцы, раскрыв рты, смотрели на мою истинную форму. Я оглядел себя. Так и есть, линька! Чешуя отпадала с моих боков и спины, морда неумолимо чесалась. Отвратительное состояние! Рога стали на глазах подрастать, морда и грудь раздавались вширь. На каждом сочленении стали появляться острые шипы. Похоже, эта линька прибавила мне несколько новых плюшек. Крылья стали больше и жестче, челюсть болела и чесалась одновременно от увеличивающихся зубов. Вокруг хвостового жала сформировались костяные щитки. Теперь я мог хвостом сражаться как молотом и использовать его в качестве гарпуна (ужалить и подтащить к себе), при этом щитки складывались под наклоном к корню хвоста, формируя что-то вроде наконечника стрелы. Для старых добрых простых уколов имелась третья позиция – щитки откидывались параллельно телу, сливаясь с хвостом. Неплохо! И в полете рулить удобнее! Я сжал новообретенные щитки в подобие продолговатого футляра вокруг жала. Красота!

Процесс длился уже около двух часов. Сергею, наконец, надоело пялиться на линяющего демона, и он взялся за свой личный фронт работ. Как ни странно, никто в итоге не погиб и даже не сошел с ума! Закончил мой господин вовремя, к концу второго часа в подвал заглянула Маришка и долго любовалась, как с меня опадают чешуйки, развеиваясь в невесомую пыль до того, как коснутся земли. Получив от сына краткое объяснение «чем я тут занимаюсь», она сообщила, что с этого момента запрещает мне принимать истинный облик внутри ее особняка на веки веков, «иначе никаких миллионов на ремонты не хватит». Я согласно покивал, и она, успокоившись, захватила всех цыплят, уводя их в только ей одной известном направлении. Подростки затравленно озирались, но протестовать не решились. Похоже, им предстояла не меньшая пытка, чем мне. Не факт, к тому же, что мои муки не закончатся раньше!

Я оказался прав. Уже практически полностью стемнело. Мы с Сергеем мирно пили кофе в гостиной, перебрасываясь в подкидного дурачка. Каждый из нас бессовестно жульничал, подсматривая с помощью магии карты соперника и беззастенчиво пользуясь связью. Но в этом и был основной интерес! Когда в комнату вошла группа молодых людей, я не сразу смог их узнать. Если б не характерные ауры, то решил бы, что и вовсе Маришка закопала предыдущих ребят и где-то наловила новых. Перед нами предстали шестеро симпатичных парней с аккуратными стрижками в новеньких дорогих костюмах с галстуками. Все пирсинги были с них сняты волевой рукой одной моей знакомой. Девушки были одеты в элегантные, но явно удобные платья и брючные костюмы. Дикий боевой раскрас сменился хорошенькими молодыми личиками, красоту которых неброско подчеркивал профессиональный макияж. Мы с Сергеем изумленно уставились на Маришку, ожидая объяснений.

– Жаль, татуировки нельзя вывести без следов, – грустно сообщила она. – И шрамов от пирсинга просто море! Кроме того, они еще и руки резали постоянно. Рубцов огромное количество! От запястий до локтей. Говорят, это они так магией занимались.

– Тут мы можем снова прибегнуть к помощи твоего сына. Простейшие исцеления я ему давал. Просто тебе не стал – решил, что лечением накосячить невозможно, – приободрил я Маришку. – Хотя, надо этот пробел все-таки исправить.

Сергей, вздохнув, взялся за очередную работу. Марина схватила меня за руку и потащила в кухню.

– Скажи, зачем ты их сюда привадил? Я отдала кучу денег, чтобы вернуть им обычную внешность. Все это было совсем не обязательно, могло хватить простого блока в сознании, – быстро зашептала она мне в ухо.

– Переодевать их тебя никто не просил! Кстати Сергей еще и запрет на наркотики с алкоголем им поставил, – сообщил я.

– Но зачем? – удивленно хлопнула глазами бизнес-леди.

– Скажи, Марин, скольких друзей Сергея, ты знаешь?

Марина надолго задумалась, не отрывая от меня взгляда.

– Значит, ты хочешь…

– Да, Марина, да, – улыбнулся я. – Ребятки были потеряны для общей массы людей. В глазах обывателя у них мозги набекрень. Но Сергей тоже непростой человек. Он не понимает своих сверстников, а они не понимают его. Эти подростки мечтали о чуде. И они его получили, пусть и не в таком виде, как надеялись. У каждого из них есть некоторые предпосылки к магии, я лично проверил. Догадываюсь, что именно эти предпосылки побуждали их резать кошек и заниматься другими глупостями. Если маг не развивает своих способностей, то в нем возникает пустота, которую очень сложно заполнить. Я хочу дать шанс Сергею найти в них достойных друзей и опору. А чтобы из них получились хорошие друзья, мы с тобой приложим все усилия.

– Мне никогда не понять, как работают мозги демона, – шепнула Марина. – Каким-то образом ты умудряешься любое событие заставить приносить пользу. Поступаешь так, как не поступил бы ни один человек.

– Потому что я не человек, – тихо произнес я, поправляя черную прядь волос на ее лбу.

Неожиданно она всем телом прильнула ко мне, провела рукой по моей щеке и прижалась своими горячими губами к моим. Я ответил на поцелуй, махнув рукой на свой собственный зарок «больше никогда со смертными женщинами». Внезапно загоревшийся свет заставил Марину отпрыгнуть от меня. В кухне появился Сергей.

– Я закончил с исцелением. Все шрамы убрал, татуировки оставил. Нужно отвезти ребят по домам, уже совсем стемнело, и они могут серьезно влипнуть в местных переулках, – невозмутимо сообщил он нам.

– Я вызову риттеновский микроавтобус, – схватила телефон Марина.

– Рот вытри, ты весь в помаде, – грубо сказал мне Сергей, швыряя в меня полотенце. Он быстро развернулся и вышел, оставив нас с Маришкой наедине.

– Вот мы попали! – огорчилась она. – Сергей мне этого не простит.

– Нашла о чем волноваться. Он вообще не злился! – успокоил ее я.

Еще бы! По внешнему виду, конечно, можно было подумать нечто подобное. Угрюмое лицо, резкие грубые движения. Но я-то почувствовал по связи бешеное веселье, кипящее внутри него!

На пятый день после линьки в особняк ворвался взволнованный генерал Золотов. Ну, он сперва ворвался, а потом узрел старательно намывающую пол Ирину, и «врывание» затормозилось. Так вышло, что мыть руками пол в приличной позе очень трудно, а пластиковая новомодная швабра приказала недавно долго жить. Вот и увидел генерал рыжеволосую готессу в весьма интересном ракурсе. Девушка такой подляны явно не ожидала. Она коротко взвизгнула и запустила в пожилого офицера тем, что попалось ей под руку, а под руку попалось именно ведро с водой. Выбежав на шум, мы с Сергеем имели удовольствие наблюдать громко ругающегося матом Аркадия Степановича и безостановочно извиняющуюся Иру. Симпатичный генеральский мундир был абсолютно мокрым и с него продолжали стекать грязные струйки воды.

– Игорь! Это же Армагеддон! – запричитал он, увидев меня. – Мне через два часа нужно быть на смотре! Приезжает министр внутренних дел, всем нужно быть в парадной форме! Я не успею ее постирать и высушить! Что мне теперь делать? Это конец света!

– Конец света – начало Тьмы, – философски сообщил я, парой жестов очищая пострадавшую одежду. – Можете не благодарить, Аркадий Степанович. Вас привело сюда какое-то дело?