Жнец поневоле (СИ) - Беренс Лилия - Страница 32

– Хорошо, – не стала упорствовать Душа Мира, расстроено возвращаясь на диван к Марине и Сергею.

Парень, кстати, уже не испытывал никаких эмоций относительно девушки. Смерть у любого поменяет отношение к большинству вещей. А Сергей не просто был мертв, он и сейчас не может не чувствовать, что является не совсем живым. Застрял в некотором промежуточном состоянии. Больше мне времени на раздумья не дали. Яга цепко ухватила меня и поволокла в гостевую спальню. Не буду говорить, что сильно сопротивлялся.

Остаток дня и всю ночь Яга не выпускала меня из спальни. Многоопытная древняя ведьма знала все о демонических страстях. И буквально топила меня в наслаждении. Но на рассвете я задался целью во что бы то ни стало вырваться из ее сладкого плена. Что мне вполне удалось. Довольно насвистывая простенькую песенку смертных, я спустился в гостиную и увидел сидящую на кресле Катерину. Она нервно мяла в руках носовой платочек, старательно отводя покрасневшие от недостатка сна глаза. Совсем не ложилась спать, дожидаясь меня? Тьма, о чем же таком важном девочка хочет поговорить, что пошла на подобный риск своему здоровью. Просканировав особняк, я удовлетворенно отметил, что все остальные сладко спят, не собираясь просыпаться.

– Господин, – поднялась со своего места Катя.

– Я здесь, – проговорил я, усаживаясь в кресло напротив нее. – О чем таком важном ты хотела поговорить со мной?

Девушка замялась, явно не зная с чего начать. В ее эмоциях бушевал такой ураган, что мне пришлось пригасить свою чувствительность.

– Я хотела поговорить… о снах, господин.

– О снах? – совершенно потерял я всякую нить разговора.

– Дело в том… дело в том, что я их помню!

– Что помнишь? – продолжил я откровенно тупить.

– Все помню, господин! Сны, в которых я была Марией и приходила к тебе.

– Разорви меня Хаос! – выругался я, даже не представляя, как реагировать на такое известие. Почему это произошло? За что ей это наказание?

– И еще…

– Что? – с нотками отчаяния в голосе спросил я, ошарашено рассматривая густую россыпь веснушек на девичьем носике.

– Мне снятся сны. О той жизни. О нас. И еще. Мне снится костер. Я горю, а ты так близко, но не можешь до меня добраться. Ты сражаешься, так страшно рычишь…

Я не выдержал. Подхватившись с места, сгреб в охапку бедную девчушку и крепко прижал к себе.

– Не думай об этом, моя хорошая. Это просто сны. Просто сны.

– Не просто, – упрямо отодвинулась от меня Душа Мира. – Я уверена, что все это было. В прошлой жизни меня звали Марией, и мы с тобой любили друг друга!

Мне только и оставалось, что тяжело вздохнуть.

– Видит Тьма, я не желал тебе такого знания. Сколь проще тебе было бы жить без этих воспоминаний. Что за злая шутка Хаоса подарила тебе эти сны о прошлой жизни? И особенно, смерти…

Катя вздрогнула, подняла на меня широко раскрытые глаза и резко качнула головой.

– Все нормально. Правда. Я не против этих воспоминаний. Просто… Иногда так трудно понять где какая жизнь… но ты ведь любил ее? Марию? Значит, меня тоже…

– Катя, прошу тебя, перестань. Не требуй от меня ответов, которые я сам не знаю! Просто оставь все как есть.

– Хорошо, – неожиданно покладисто согласилась девушка. И пояснила, увидев мое удивление: – Я все понимаю. Ведь когда ты говорил с Марией, ты говорил и со мной тоже. Мне стало многое ясно. В том числе и трудности, которые у тебя возникли. Тебе сейчас не до того. Но мы обсудили это, что уже для меня многое значит. Теперь мне будет намного легче принять свои видения. И я рада, что хоть во сне, но мы можем видеться, общаться… Даже если ты видишь меня в облике давно умершей девушки, то все равно даришь мне радость. Это уже для меня многое значит! Я подожду, когда ты сможешь об этом говорить.

– Тебя не пугает возможность потерять себя? Ведь если это продолжится…

– Нет, – замотала головой девушка, разметав рыжие волосы по плечам. – Я никогда не превращусь в Марию. Это словно фильм, который посмотрел. Вроде и пережил все произошедшее, но понимаешь, что это было не с тобой. Не знаю, как объяснить. Да и неважно это. Я просто должна была сказать тебе, что чувства Марии… Я их полностью разделяю, мой господин.

– Ох… – выдавил я из себя.

Этого мне только не хватало! Да, я любил Марию, но Катя – это совсем, другое! Пусть у них одна душа, но эта рыжая девчушка – совершенно другая личность. Хотя, вынужден признать, что за прошедшее время ее характер претерпел серьезные изменения. Взгляд стал твердым, характер – сильным, а воля – крепкой. Что могло так повлиять на нее, изменив за столь короткое время до неузнаваемости? Сны о прошлой жизни? То, что она осознала свое предназначение? Занятия с Ягой? И что с этим всем делать мне? Отвечать на ее чувства я не могу и не хочу. Просто не смогу вновь пойти по уже пройденному пути. Но и игнорировать непростое отношение к себе Души Мира я тоже не могу! Что делать? Вот кто подскажет? Кто-то попадал в такие передряги? Тьху, пакость! Почему мне все время так «везет»?

Искренний заливистый смех вывел меня из процесса самокопания, в который я непроизвольно погрузился, ошарашенный такими известиями. Катя откровенно веселилась, утирая выступившие от смеха слезы.

– Ты и правда неправильный демон! – хихикнула она, когда я с недоумением уставился на ее осыпанное веснушками лицо. – Любой другой на твоем месте просто поддакнул мне, сказав, что тоже меня любит и все такое прочее. И плевать было бы ему, что это грубая ложь. Ведь главное – результат! А ты? Испереживался весь. Как же ему теперь быть с неразделенной любовью существа, от которого зависит направленность целого мира на ближайшие века? – Катя вновь заливисто рассмеялась, потом резко себя оборвала и уже серьезным уверенным тоном продолжила: – Этот проклятый артефакт вместе с человеческой Сутью на тебя слишком влияют. Ты становишься совершенно неуравновешенным. Будь осторожен и следи за собой! Неизвестно, как отнесется Бездна к тебе, если слияние чуждых энергоструктур с твоей психикой продолжится.

Тьма! Да что с ней такое? Хотя, она, разумеется, права. Стоит поразмыслить над ее словами… Но…

– Ты говоришь, как…

– Как Мария? – ехидно качнула головой девушка. – Так и есть! Повторяю, мне доступны все знания прошлой жизни, если ты еще не понял!

– И стервозный характер одной французской ведьмы, сожженной на костре инквизицией, – буркнул я, спровоцировав очередную волну заливистого смеха. – Не понятно только, зачем столько времени комедию ломала? Смущалась, господином называла…

– Так ведь все перепугались, когда я стремительно стала меняться! Даже Яга начала меня опасаться и избегать. Да и ты неизвестно как среагировал бы на столь резкое мое преображение. Вот и пришлось притворяться, аккуратно прощупывая твою реакцию.

– Ну и дела, – я с восхищением уставился на рыжую ведьму. Это же надо! Меня за нос водить! И ладно меня, я так замотался со своими проблемами, что вообще мало что в последнее время замечаю, но Ягу! Яге морочить голову так долго? Древней могущественной ведьме, которая любого насквозь видит? Ох, Катя…

– Осознал? – ткнула наманикюренным пальчиком мне в лоб Катерина. – Если так, то прекращай носиться со мной, как с хрустальной! Я, конечно, еще учусь. Но в этом мире буду уже сейчас посильнее всяких демонов. Поэтому не смей пренебрегать моими советами и возможностями, когда у тебя возникает такая необходимость!

– Что же тогда Мария не смогла управиться с инквизицией, если уже тогда была такой могущественной?

– Она не могла, – почему-то отвела взгляд девушка. – Во-первых, у нее не было таких знаний, какие я получила от Яги… А во-вторых… Силы ее были временно заблокированы.

– Это еще почему?!

– Да потому, что Мария была не праздна… Когда за ней пришла инквизиция – она носила под сердцем твоего ребенка, – печально прошептала Катя, повернувшись ко мне спиной.

Украшенный затейливой резьбой деревянный подлокотник кресла с жалобным хрустом рассыпался в моих пальцах. Я не знал! Я не знал, раздери меня Хаос!