Рога под нимбом (СИ) - Беренс Лилия - Страница 49

– Вызывал, Повелитель?

– Слушай, перестань, а? Какой я тебе в Бездну Повелитель?

– Ты не понимаешь, Урташ. Это для нас естественно, мы не можем иначе. Свет подчинен строгой иерархии.

– Сейчас же смог? Вот и зови по имени. Познакомься с магистром… Кстати, магистр, как вас зовут?

– Орек, – дрожащими губами выдавил из себя светлый жрец. – Мое имя Орек. Кто… ты… вы… бог?

– Бог он, бог, – не замедлил сдать меня Тариил до того, как я рот открыл.

– Это все не важно! Тариил, ты сможешь заняться магистром? Привязать его храм к Свету, источник у них там отворить?

– Смогу, я этим и занимался, просто еще не везде успел… Урташ, что с тобой?!

Последнюю фразу он выкрикнул обеспокоенным голосом, подскочив к моей кровати. А я тихо радовался, что сидел на своей постели… падать мягче. Очередной приступ скрутил все внутренности. Такое ощущение, что боль стала прогрессировать в геометрической прогрессии. С момента, когда эти непередаваемые ощущения стали доставлять мне реальный дискомфорт и до того момента, как от боли едва сознание не вышибло, прошло едва пол дня.

– Не знаю, тело крутит, боль нарастает. Может, Хаос до меня добрался уже?

– Глупости, – внезапно резко успокоился ангел. – Убери щиты, я осмотрю твою энергоструктуру.

Вот таким он мне нравится. Никакого тебе раболепия, деловой подход. Не может он иначе? Если бы не мог, не пошел бы против Ахвана и не стал бы Кате помогать. И такую сущность я не стал бы вводить в ближний круг. Интересно, сколько ему потребуется времени, чтобы это понять? До светлых вообще все долго доходит, если доходит вообще, но у Тариила не все так запущено. Посомневавшись для вида, я снял щиты, подпуская светлого к своей энергоструктуре. Сказал бы мне кто пару вздохов Бездны назад, что я сделаю нечто подобное – убил бы особо жестоким способом.

– Урташ, ты не получал повреждений энергоузлов в последнее время? – резко отстранился от меня ангел.

– Да было дело, проткнули несколькими штырями, напитанными Светом. Едва печати не лишили. Крыло потом из кусочков собирали вместе с Тьешей.

– Тьеша – это та льема, что была с тобой?

– Она самая.

– Понятно. Урташ, выпусти крылья, хочу осмотреть.

Тяжко вздохнув, я высвободил эту часть своей истинной сущности. Два золотистых крыла развернулись за спиной, вынуждая магистра, о котором мы почти забыли, снова изумленно охнуть.

– У тебя разве не четыре крыла? – вновь стал допытываться ангел.

– Нижняя пара осталась под печатью.

Ангел тяжело вздохнул, посмотрев на меня с некоторым удивлением.

– Урташ, твои крылья – это одно целое. Нельзя высвободить только одну пару. Когда ты повредил энергоструктуру крыльев, ты повредил энергоструктуру всех крыльев, понимаешь? Ты можешь этого не чувствовать, но вторая пара тоже повреждена. И если верхние крылья ты исцелил, то можешь себе представить, что происходит с нижними? Сколько дней назад это случилось?

– Тьма, – ругнулся я, осознав правоту Тариила. И ведь знал об этом раньше! Почему не подумал?

– Высвобождай вторую пару, – резко потребовал ангел.

– Не могу, – прошипел я сквозь зубы. – Тогда печать окончательно рухнет.

– Да и Хаос с ней, с печатью! Опомнись, ты самостоятельно контролируешь почти всю свою энергоструктуру. Твое цепляние за печать совершенно нерационально и напоминает попытки человека прикрыть наготу древесным листочком. Ты прекрасно справишься без печати.

Прислушавшись к себе, я с удивлением осознал, что он прав. Почему я сам это не заметил? Вернее, не хотел замечать. Это тоже отголоски безумия? Уже после Данской крепости я вполне мог бы сам управлять своей энергетикой. Да что со мной происходит? Тьма!

Представив, что сейчас будет, я тихонько и печально вздохнул, после чего перестал сдерживать печать, позволив ей осыпаться невесомым пеплом на чистое постельное белье. Вот и все, что осталось от покойного Арика. По комнате пронеслась волна высвобожденной силы, а я порадовался, что догадался опечатать помещение Светом. Как же я соскучился по истинной форме! Невероятно! Кто бы мог подумать, что я с такой радостью приму свой истинный облик после многих дней пребывания в ограниченном человеческом теле! Наверное, нечто подобное испытывают люди, весь день проходившие в неудобной обуви и, наконец, снявшие ее.

– Как я и думал, нижнее крыло повреждено, – ткнул рукой в мою пернатую конечность Тариил, от чего я едва не взвыл.

Крыло действительно свисало на честном слове, практически полностью оторванное от тела. Из-за того, что оно находилось под печатью в свернутом виде, состояние ухудшилось еще сильнее. Исцеляющие заклятия залечили внешние повреждения, но боль по-прежнему была неимоверной. Сконцентрировавшись, я вернулся к облику Арика и едва не потерял сознание.

– Крылья выпусти, – удержал меня от падения ангел. – Ну что же ты такой не сообразительный! Раньше за тобой подобного не замечал! Тебе нельзя сворачивать крылья, пока полностью не заживут!

– Это все безумие, – тихо прошипел я, последовав совету херувима. – Сам себя не понимаю. Словно в другое существо превращаюсь. Глупое, медленное…

– Нет, – качнул нимбом Тариил. – Ты просто слишком быстро изменился. Ни одна психика не вынесет столь резкие смены энергоструктуры, вот и твоя окуклилась, если можно так сказать. Уверен, что рано или поздно ты вернешься в норму.

– А вот я не уверен. Однако же, сколько мне пребывать в таком виде? Боюсь, герцог не поймет.

– Я не знаю, Урташ, – признался Тариил. – Я ничего не знаю о подобных тебе сущностях.

– Не поверишь, но я тоже ничего о подобных мне сущностях не знаю. Наверное, потому что такого еще не случалось в Мироздании?

– Перестань страдать по этому поводу. В Мироздании нет ничего лишнего.

Угу, мне уже говорили. Но отвечать я ангелу ничего не стал. За дверью настойчиво отирались две знакомые ауры. Тяжело вздохнув, я поудобнее улегся на живот, предварительно уничтожив столбики балдахина простеньким заклятьем, аккуратно раскрыл крылья на всю ширину и впустил своих визитеров. Первой среагировала на столь живописную картину Тьеша. Ханк замер в полнейшем очаровании. У стены боялся даже лишний раз вздохнуть магистр. Для него тоже выдался нелегкий день.

– Урташ, так у тебя четыре крыла? – восхищенно спросила льема, подскакивая к кровати. К счастью, касаться меня она не стала, помня мою просьбу, и на том спасибо. – А что это по перьям стекает?

– Тьеша, это истинная форма моих крыльев. Все равно не поймешь, если начну объяснять, откуда что берется.

– Изумительно красиво!

– Ты просто не видела моих прежних… Вот красота была. Никаких тебе перьев.

Тариил на эту мою фразу только шумно фыркнул, выражая этим свое мнение о моем прежнем облике. Тьеша перевела взгляд на ангела.

– Это ведь он тогда появился? Я не стала тебя расспрашивать, да и ты бы ничего не ответил…

– Он, он. Тариил, познакомься с ассаной Тьешей, наследной принцессой клана Алого Пламени. Тьеша, это Тариил, мой старый знакомый.

Позади громко крякнул Ханк, во все глаза уставившись на золотой ошейник льемы. Ангел его уже не смущает? Хотя, нет, его смущаю я…

– Арик, что ты такое? У тебя крылья…

– Ханк, я не Арик, сколько можно повторять?

– Теперь уж верю. Где же Арик?

– Он погиб. Мне очень жаль. Но не я выбирал этот облик.

Барон ничего не ответил. Он только молча развернулся и вышел из комнаты. Похоже, он любил этого глупого мальчишку…

Уж не знаю, что для себя решил Ханк, но он даже виду не подавал о том, что этот разговор что-то изменил. Магистр Орек ушел в свой храм. В духовном плане его сопровождал Тариил. Тьеша внимательно выслушав мою историю с крыльями, отвесила мне подзатыльник и тоже ушла. Вот уж женщина! После нашего с ней ментального единения она стала позволять себе слишком многое. И что интересно, меня это совершенно не цепляет. Забавно. Хотя нужно отдать ей должное, Тьеша тонко чувствует ту самую незримую черту, попытка перешагнуть которую приведет меня в ярость.