Саван Вечности (ЛП) - Гудкайнд Терри - Страница 59

— Мы собираемся присоединиться к властительнице и главнокомандующему волшебнику, — сказал Андре. — Пришло время вновь накинуть на город саван.

Натана замутило. Как и всегда, на нем был отороченный медью зеленый балахон, выданный ему Ильдакаром. Возможно, ему было бы комфортнее в щегольской дорожной одежде — облегающих черных бриджах, рубашке с рюшами и накинутом на плечи плаще.

Дойдя до основания пирамиды, Андре бодро зашагал по каменной лестнице. Преодолевая уровень за уровнем, он окликнул Натана:

— Лучше поторопись. Тора и Максим довольно нетерпеливы, ммм?

На предпоследнем уровне пирамиды Натан увидел новую шаткую изгородь из металлических перекладин.

— Похоже на загон, — заметил Натан. — Это для диких зверей или домашнего скота?

Он решил, что там будут держать жертвенных животных.

Андре поднял брови.

— Домашний скот… да, можно и так сказать. Как еще нам задействовать магию крови, которая питает саван?

— Я не знаю, — сказал Натан, а затем пробормотал: — Добрые духи, возможно, я и не хочу знать.

Главнокомандующий волшебник и властительница трудились вместе под ярким утренним солнцем. На серебряных столбах стояли безупречные призмы, превращавшие проходивший через них солнечный свет в радугу. Максим поправлял кристаллы, разворачивая их так, чтобы разноцветные лучи падали на огромную зеркальную чашу, обращенную к небу.

Тора взглянула на прибывших. Ее лицо осунулось, а в глазах притаилось горе после недавнего убийства верховного капитана Эйвери. Максим, однако, выглядел веселым.

— Предстоит много работы! Нам может потребоваться ваша помощь.

— Мы здесь, — сказал Андре. — Просто скажи, что нужно.

— Что за магия крови? — спросил Натан. — Я охотно помогу защитить Ильдакар, но какова цена и как я могу посодействовать?

На лице властительницы появилось раздражение.

— У вас нет дара, Натан Рал. Вы ничем не можете нам помочь.

— Нет-нет, я хочу, чтобы он наблюдал за нашими действиями, — сказал Андре. — Прежде он был великим волшебником. Для него это может стать умственным упражнением, ммм? По крайней мере, он способен поработать руками.

— С этим справились бы и двое рабов, — сказал Максим. — Но они отказываются это делать, потому что знают, что влечет за собой кровопролитие.

Натан знал, что ходит по лезвию ножа. Он не мог оскорбить этих людей, потому что нуждался в их помощи, чтобы вернуть себе сердце волшебника… если только обретение целостности не подразумевало другие методы. Возможно, заявление ведьмы означало, что он должен бороться, чтобы защитить невинных и угнетенных жителей Ильдакара, как предположила Никки. Но сначала ему следовало убедиться.

— Расскажите мне больше о процессе, — попросил Натан. — Как вы укрываете город саваном?

— Это делает магия крови, — раздраженно проговорила Тора. — Как вы можете называть себя волшебником, если не знаете о магии крови?

— Там, откуда я родом, используют другие методы работы с магией, — сдержанно сказал Натан. — Меня обучали сестры Света. Дар есть дар, и мой хань принадлежит мне. Ильдакар, похоже, имеет другой подход к таким вещам.

— Сейчас у вас вообще нет хань, — странно хихикнув, сказал Максим. — Но мы прибегнем к вашей помощи, если вы сможете ее оказать. Например, отведете в загон новоприбывших.

Натан глянул с вершины пирамиды на пустые загоны с начертанными заклинаниями, располагавшиеся на уровень ниже.

— Вы имеете в виду рабов?

— Мы можем использовать новых пленников, — сказала Тора.

— Нам понадобится примерно дюжина, чтобы традиционное заклинание сработало и саван на какое-то время восстановился, — сказал Максим. — Это все, что нам сейчас нужно. Основная работа потребует больше подготовки, но спешка ни к чему.

— Двенадцать новых рабов? — Ответ стучал у Натана в голове, но он отказался принимать его. — Вы собираетесь принести их в жертву.

Максим заглянул в зеркальную чашу с выгравированными рунами, стоявшую на составленной из колец подставке в центре верхнего уровня пирамиды.

— Магия имеет свою цену, и мы платим кровью. Мы используем жизни этих людей, чтобы сохранить наш город.

— Ты что-то имеешь против, ммм? — спросил Андре. — Мы ведь можем использовать необученных рабов вместо квалифицированных рабочих. Зачем тратить время и силы на их обучение? Мы пустим им кровь и сольем ее в рунный котел, а тот отразит магию в спиральную сеть хань, которая создает наш саван.

Натан раздул ноздри.

— Значит, чтобы замаскировать свой город, вы должны убить невинных людей.

— Пока всего лишь дюжину, и они даже не граждане Ильдакара. — Максим задумчиво улыбнулся. — Ах, вы бы видели, какой страшной ценой мы превратили в камень армию Утроса. Пришлось пожертвовать почти третью наших граждан, практически всеми низшими сословиями! Потребовались столетия, чтобы восстановить уровень населения. — Он хрустнул костяшками пальцев. — Но это сработало. Ильдакар уцелел, а ужасная вражеская армия — не более чем статуи.

— За исключением Ульриха, — пробормотал Натан.

— За городской стеной сотни тысяч солдат, и мы вполне можем смириться с парочкой исключений, — отмахнулся Максим.

Взглянув на устройство, Натан подумал, что теперь понимает назначение чаш и облицованных желобов, которые питали заклинания и узоры, вплетенные в саму пирамиду.

— А это так необходимо?

Повелитель плоти нахмурился:

— Я усердно работал ради тебя, Натан. Ты просил меня вникнуть в твою проблему и умолял выяснить, как вернуть твой дар. — Он прищурился. — Тебя напугает цена за это?

Натан пал духом, когда по спине пробежал озноб. Что он готов принести в жертву ради возвращения своего дара?

Магия слишком долго определяла его личность. Дар пророчества привел к тысячелетнему заточению у сестер, и все же магия была его частью. Он научился жить и стал тем, кем хотел быть до того, как распустился его дар. Готов ли Натан пожертвовать стержнем своей сущности ради дара? После нападения сэлок на «Бегущий по волнам», когда дар покинул его, Натан нашел, как защитить себя, как быть самим собой. Неужели так важно вернуть то, без чего он уже научился жить?

Андре выдохнул через рот.

— Не расстраивайся так, Натан. Я просто хотел дать тебе пищу для размышлений. Уверен, скоро твои силы вернутся, и ты станешь настоящим волшебником Ильдакара. — Он усмехнулся, демонстрируя белые зубы. — Саван накроет город, и снова все будет в порядке.

Глава 39

У Бэннона не было ничего общего с Амосом и его товарищами; он понял это и уже сомневался, что они выполнят свои обещания помочь Яну. Он думал о ярких счастливых деньках на острове Кирия, которые провел в компании друга детства… да, они действительно были друзьями. Они с Яном много смеялись, им было весело. До того дня, когда норукайцы пленили его друга в их тайной бухте.

Ян — теперь покрытый шрамами и ожесточенный чемпион, живущий в тренировочных ямах — должен был сохранить глубоко в сердце искру дружбы, и Бэннону осталось лишь ее отыскать. Но для этого ему нужна помощь влиятельных людей Ильдакара. Ни Никки, ни Натан не могли потребовать освободить раба — тем более прославленного чемпиона.

Но Бэннон не собирался оставлять попытки, и это вело его обратно к Амосу, Джеду и Броку. Он чувствовал себя в ловушке, как пленник в тренировочных ямах.

Глядя на Бэннона, Амос изогнул свои темные губы в неприятной улыбке.

— Если тебе нужна наша помощь для чемпиона, идем с нами. Мы найдем главного укротителя Айвена, и он будет рад услышать твою просьбу.

Бэннон почувствовал трепет несбыточной надежды.

— Правда? — Он знал, что не должен верить Амосу, но в безвыходной ситуации стоило уцепиться даже за ложную надежду. Он вспомнил свою красочную картину мира и мечту о месте, где люди помогают друг другу, где кровопролитие и тьма смываются человеколюбием и добрыми сердцами.

Он знал, что это ложная и нелепая картина. Никки отчетливо дала это понять и показала, что его ностальгия — всего лишь струп, прикрывающий гнойные воспоминания. Теперь его раны превратились в шрамы, и он стал гораздо сильнее.