Воля грешных богов. Том 2 (СИ) - Кириллов Сергей "NonSemper" - Страница 67

— Молодчинка моя. Но я все же не сразу бы жахнул, а попробовал бы кольцом льда зажать, — торопливо оправдал себя я, вырезая еще парочку усилителей из тела здоровяка.

— Мог бы и просто похвалить, все, я не отвлекаюсь, — буркнула спутница, и рабочие сделали залп по иллюзорной толпе, чтобы максимально соответствовать происходящему; пули рикошетили от доспехов, создавая вид непобедимой армии, но мы не дрогнули, вместо этого очередной выстрел гнома, затаившегося в вырытой ямке, окончательно разрушил и щит, и стоящую за ним баллисту.

Стрекот пулемета должен был означать наше отчаяние, и раскрытие положения моей девчушки-Опустошителя, что послужило своего рода отправной точкой — иллюзия стала слишком нереальной, и почти сразу испарилась, тогда как из-за щитов с пугающим свистом взметнулись десятки, если не сотни, стрел, а после яркой вспышки грязь возле базы смялась под сапогами теперь уже настоящих мечников.

Глава 20 - Финал тома, финал книги

Страх был задушен на корню подготовленной техникой, но неприятный осадок никуда не улетучивался. Я уже не раз ползал на грани, и всегда это была прямая угроза, хоть от этого и не легче. А когда смерть приближается с небес в таких количествах, грозя убить через считанные секунды, да еще и оставляя шанс на выживание, это невероятно, чертовски сильно бодрило!

К счастью, Лорри и без команд неплохо знал, чем чреваты стрелки арверов, поэтому подготовил на этот случай упрощенный вариант своего купола — тонкая ледяная корка сродни той, что защитила нас от толщи воды, накрыла практически всю окружность базы, преломляя призрачный лунный свет и превращая отблески и мерцание высокоранговых бойцов в танцы болотных огоньков, словно бы в нашу сторону направлялись призраки.

Обычные стрелы втыкались в корку, часть смогла пробить защиту, но в итоге смертоносная атака не принесла противнику успеха, а я сумел прикинуть, что как минимуму половина, а то и большая часть выпущенных стрел была отзеркаленной иллюзией. Неужели Майклу все же не удалось собрать достаточно войск, и ему пришлось задействовать трюки? Проверка наших возможностей, прощупывание почвы перед тем, как раздавить? Как бы там ни было, мне просто нужно продержаться...

Второй залп стрел — на этот раз еще больше, но из-за необходимости поддерживать купол мы и сами не можем активно атаковать приближающихся пехотинцев, расстояние до которых уже меньше сотни метров. Быстрый расчет, даже с учетом возможного наличия высокоранговых стрелков, способных выпускать сразу по две-три стрелы за раз, дает не меньше пятнадцати лучников плюс инженеры и маг. Метнувшись к краю купола, я на лету взмахнул когтями, пробивая себе небольшое окошко, пролетел внутрь, прыжок, скачок, сальто в воздухе почти одновременно с попавшими в защиту стрелами. Нужно успеть в этот коротенький интервал между выстрелами! Напрягая ноги донельзя, сиганул в ночную высь, словно хотел отправиться на охоту за облаками, и смог увидеть землю за щитами сквозь просветы в листьях. «Обжоры».

Одновременно с этим Лорри прекратил поддержание купола, и неутомимый лязг доспехов и шуршание пламени у стихийных рыцарей потонули в грохоте. Лающее ритмичное рявканье спаренного пулемета девушки-Опустошителя, металлические щелчки и хлопки винтовок, стрекот автоматического оружия и редкие, но столь ожидаемые выстрелы противотанковой винтовки и гранатометов.

Латы выдерживали, но с трудом. Неугомонная пулеметная очередь оставляла глубокие выбоины на щитах, удачно прошивала тонкие сочленения, некоторым бойцам даже угодила в щели шлемов. Брызги крови и заглушенные крики боли, сдобренные слышимым разве что только мне хрустом раздираемой плоти и чавканьем, раздающимся из-за стен, установленных инженерами.

Нападение захлебнулось, но не прекратилось — лишь треть латников осталась лежать в грязи, когда грохот смолк, сопровождаясь начавшейся долгой перезарядкой пулемета, и одновременно с этим раздался визг лопнувшего колобка.

Бьющая по чувствительному слуху приглушенная комбинация протяжных шуршащих всплесков, словно кто-то включил сверхмощную поливалку для газона, и все это со стороны щитов. Еще один Обжора погиб, но я не был в состоянии разглядеть, что происходит.

— Дим, не лезь, они на это и рассчитывали, — предупредила меня Ней, но я уже бесшумно спикировал на стоящее в стороне от базы дерево, давая приказ моим арверским Бездушным прикрыть стрелков.

— Вряд ли они могли предположить, что на выручку попавшим в засаду вассалам явится Апостол собственной персоной, — парировал я, и, прыгая по деревьям, через несколько секунд зашел с фланга. Раскрытие крыльев, атака льдом — кусочки кристалликов уносились в сторону защищенной области, но на расстоянии пары метров от земли внезапно исчезали, оставался лишь звук попаданий. Искривив область атаки, я смог определить начало аномалии и, спикировав к ней, вновь задействовал меч включенной модели в качестве щупа, чтобы оценить — это просто очередная сфера, наверняка созданная замеченным ранее Последователем. Внутрь!

«Вы вошли в Сферу Локи : Невидимость, Зеркальность, Космогенность.

Невидимость — объекты внутри сферы Локи невидимы для окружающих.

Зеркальность — для нейтральных и дружественных объектов внутри сферы Локи создаются голографические копии, которые можно перенаправить в нужную локацию с использованием Трикстер-пульсара.

Космогенность — эссенция Космоса в пределах сферы на 100% эффективнее, одноразовые эффекты не пропадают после использования».

Освещенная мистическим сиреневым светом местность поражала своей насыщенностью: в центре созданной сферы находился столбик-генератор, снабженный множеством диковинных крутящихся элементов, вокруг которого было несколько платформ, созданных из гладкого металла с полимерными вставками синтматериалов.

Повсюду лежали недоеденные части тел погибших лучников и инженеров, а также их оружие, вся земля была забрызгана кровью, но центром происходящего была турель. Диковинной вытянутой формы, похожей на какой-то духовой инструмент, она и издавала ранее слышимый мной звук, поливая все вокруг спиралевидными полупрозрачными шипастыми сферами, прошивая плотные телеса Обжор насквозь. Зарядив кинжал, я приготовился перепрыгнуть турель, чтобы атаковать в предполагаемой мертвой зоне, но стоило мне подняться в воздух, как рабочая часть орудия нацелилась в мою сторону. Пришлось резко изменить траекторию, прикрываясь еще одним из пятерки оставшихся Обжор, которые не обращали ни малейшего внимания на неорганическую чертовщину и продолжали уплетать за обе щеки остатки свежего мяса.

Стащив с руки щит, второй рукой я извлек остатки мелких монеток и, разодрав кошель, бросил все богатство в сторону орудия, сразу же увидев, как несвязанные со мной объекты раздвоились. Прыжок, за доли секунды, которые турель рассчитывала опасность приближающихся помех, и взмах кинжалом — механизм распался на две части, надсадный звук стрельбы замолк, а с писклявым сипением из конструкции пошел удушающий дым, на который я очень некстати отвлекся. Тихий свист, с которым рассекают воздух — ощутив боль в ноге, я резко развернулся, испытывая радость и боль одновременно, чтобы увидеть старого знакомого в алом силовом костюме, проявляющегося из невидимости.

Колобки, ощутив присутствие нового угощения, сорвались с места, но третья рука пришельца создала на их пути преграду, вынуждая затрачивать драгоценное время на ее преодоление, пока еще одна сверхскоростная пуля впилась теперь уже мне в руку. Бросок копья — мимо, бросок кинжала — пришелец крутанулся по земле, уходя из-под атаки, и выстрелил снова, попав прямо в ту же рану, лишь на миллиметр в сторону, чтобы расширить повреждение и усилить захватывающую меня боль.

Закрыв глаза, я ощутил прилив сил от ноющей плоти, и навел маркер на засранца. Попробуй, увернись.

Телекинетический удар, возможно, и затратил всю только что полученную силу, но это того стоило. Издав жалобный всхлип, пришелец остался стоять на месте, лишь броня смялась и стала истекать оранжевыми соками, а деформировавшийся шлем открыл вид на безгубое, безносое и даже безглазое лицо — лишь натянутая поверх черепа кожа с вмонтированными на манер физиономии датчиками., отчего пришелец казался слишком уродливым и неестественным, словно кукла, собранная из трупов и ненужных железок.