Охота на Золушку (СИ) - Барт Владимир - Страница 64

Таня посмотрела на экран монитора. В приемной рядом с Ирой стоял пожилой мужчина восточной внешности.

- Простите, как доложить графине? - осведомилась Ирина, поправляя очки, которые недавно стала носить. Не из-за плохого зрения, а для поддержания имиджа.

- Джафаров, - четко выговаривая буквы, произнес посетитель.

- Я это поняла, - вежливо улыбалась Иринка. - Как доложить по имени-отчеству и о цели визита?

- Юсуп Джафарович Джафаров. Я старый компаньон Петра Алексеевича.

Нынешний кабинет Бачуриной имел два входа. Один - через приемную, другой - через комнату отдыха. Вторая дверь отворилась, и в комнату вошел Тормис.

- Принять мне его? - спросила Бачурина, указывая на монитор. Она испытывала перед посетителем невольный страх.

- Обязательно. Надо узнать, с чем он пришел.

- Мне страшно, - призналась Татьяна Николаевна. - Даже его имя почему-то ассоциируется у меня со смертью.

- Не стоит опасаться, я буду за дверью. И, кроме того, сейчас сюда подойдет Сергей Шешель. Да еще Иринка в приемной.

- Джафаров, скорей всего, захочет поговорить со мной наедине.

- Так ведь Сергей глухой. Так и скажите Юсупу.

- Хорошо. Будь наготове. У меня недобрые предчувствия.

- Все будет о'кей. - Прежде чем покинуть кабинет, Ян Эдуардович положил на стол книжку и пояснил. - Это деталь к вашему психологическому портрету.

Татьяна молча кивнула.

- Ирина Викторовна, пригласите Юсупа Джафаровича, - проговорила Бачурина в селектор.

Джафаров оглядел кабинет, когда-то принадлежавший Великому. Здесь мало что изменилось. Вот только за столом сидел не осанистый Петр Алексеевич, а хрупкая женщина, почти девочка. И на столе среди папок и бумаг лежала книга, в яркой обложке. Джеки Коллинз. Его дочь недавно читала этот роман. Бачурина учится жизни по женским романам? Посетителю стоило труда не улыбнуться.

Юсуп поклонился хозяйке кабинета, уселся в предложенное кресло и вкрадчиво начал:

- Я понимаю, что вы сейчас переживаете смерть мужа. А проблема, с которой я пришел, довольно щекотливая и малоприятная. Дело в том, что мы с вашим мужем совместно вели некоторые дела...

- Как я понимаю, после Петра Алексеевича остались какие-то неоплаченные долги?

- Совершенно верно.

- И какую сумму вам должны?

- Я не хотел бы обсуждать этот вопрос в присутствии посторонних. Повторяю: дело щекотливое.

- Не беспокойтесь, Сергей глухой. Последствия контузии, полученной в Чечне.

Юсуп обернулся и посмотрел на стоящего за его спиной телохранителя. Здоровяк, глядя сверху вниз, улыбнулся, демонстрируя дружелюбие.

- Он действительно глухой?

- Зачем мне вас обманывать? После смерти мужа следовало принять некоторые предосторожности, и я пригласила на службу Сергея. Он глухой, но с реакцией у него все в порядке.

- А он не может читать по губам?

- Может. Но вы сидите к нему спиной. А я не собираюсь произносить ничего компрометирующего.

- Что ж, так тому и быть. Так вот, ваш муж должен людям, которых я представляю, некоторую сумму.

- Сколько?

- Пять миллионов. Наличными.

- Сумма внушительная, - осторожно произнесла Бачурина. - Сколько это в долларах?

- Я и говорю о долларах. Пять миллионов долларов.

- Вы в своем уме?

- Вполне.

- И у вас есть подтверждающие документы?

- Вот копии гарантийных обязательств, - Юсупов протянул через стол папку с документами.

Бачурина быстро пробежала глазами текст, отпечатанный на русском и английском языках.

- Что за товар должен был поставить мой муж? - прочитав текст, спросила Татьяна Николаевна.

- Если вам это не известно, то я не вправе открыть суть нашей сделки. По крайней мере, сейчас. У меня нет на то полномочий.

- Недельный срок... Это следует обдумать. Я могу оставить у себя копии?

- Конечно. Как же иначе?

- Все это так неожиданно... Смерть мужа, беспокойства о его бизнесе... Теперь вы с этим колоссальным долгом.

Бачурина прошла к бару, налила себе коньяку. Пригубила. Вернулась в кресло, грея бокал в ладонях.

- Вообще-то я не пью крепких напитков, но в такой день... - пояснила Таня, будто оправдываясь. Затем вспомнила, что не предложила выпить гостю. - Может, и вы что-нибудь желаете? Коньяк? Виски? Может, кофе? Извините, что не предложила сразу - голова идет кругом.

Бачурина вновь подошла к бару, некоторое время перебирала бутылки. Затем остановилась на одной.

- Это азербайджанский коньяк. Изготовлен по какой-то особой рецептуре. Кто-то подарил его Петру Алексеевичу, Великому коньяк нравился.

- Спасибо за благоприятный отзыв о коньяке. Это был мой подарок.

- Тогда тем более вам нельзя отказываться, - Таня протянула гостю бокал. - Извините, но я несколько минут поразмышляю, прежде чем принять какое-то решение.

- Это ваше святое право.

В отличие от хозяйки кабинета, Юсуп Джафарович выпил коньяк одним глотком.

- Бар в вашем распоряжении.

- Благодарю. Может быть, позже.

Юсуп наблюдал за Бачуриной, сидящей напротив него по другую сторону стола. Он ожидал увидеть растерянную, убитую горем молодую женщину, с которой будет невозможно вести деловой разговор. Но, похоже, сложности, возникшие с установлением своей власти над корпорацией, беспокоят вдову больше, чем кончина мужа. Все-таки Бачурина вышла за Великого не по любви, а ради денег. А ведь какой любящей женой казалась...

Через некоторое время Джафаров почувствовал, что выпитое действует на него как-то необычно. В желудке ощущался некоторый дискомфорт. Голова была затуманена больше, чем можно было ожидать от глотка коньяка.

- А если я несколько повременю с выплатой долга? Какие проценты будут начислены?

- Ради вас - минимальные, - ответил Юсуп, больше прислушиваясь к своим внутренним ощущениям, чем к собеседнице.

- Что ж, обсудим наши дела, - произнесла Бачурина, подавая Шешелю знак, чтобы тот оставил кабинет.

- Мне уйти? - слишком громко, как обычно говорят глухие люди, спросил телохранитель.

- Подожди в приемной, - повторила Таня приказание.

- Прониклись ко мне доверием? - поинтересовался Юсуп.

- Просто предстоящий разговор, не требует свидетелей. Даже глухих. Что же касается собственной безопасности, - я позаботилась о ней.

- Каким же образом? - усмехнулся Джафаров. - В ящике вашего стола лежит пистолет?

- Пистолет имеется, - заверила Бачурина. - Верней сказать, автомат. С таким, знаете, стволом, в который легко входит мой большой палец. Я в этих вещах плохо разбираюсь и не могу сказать, что за штука управляет им, но с того момента, как вы вошли в кабинет, дуло автомата смотрит прямо вам в живот.

- Интересно. Очень интересно, - пробормотал гость, не зная, как реагировать на подобное признание.

- Автомат достался мне в наследство от мужа. А кресло, в котором вы сидите, оборудовано уже по моему предложению. И я не советовала бы вам делать резких движений. В сидение вмонтировано специальное устройство, и стоит мне заподозрить вас в плохих намерениях...

- Все это интересно. Но, может, достаточно меня пугать?

- Что ж, давайте обсудим ваше требование.

- Давайте, - кивнул Юсуп.

- Прежде хотелось бы узнать, что за товар должен был поставить мой муж.

- Я не могу раскрыть секрет.

- Можете. Как только правильно поймете причину своего недомогания.

- Что вы хотите этим сказать? - побледнел Юсуп. Возможность отравление обеспокоила его больше, чем басни о каких-то устройствах в мебели.

- Вы только не волнуйтесь. И не делайте резких движений. Иначе я не смогу вам ничем помочь.

- В чем помочь?

- В ваш коньяк был подмешан яд. Сейчас вы ощущаете тошноту, ваше тело немеет, а рассудок мутится.

По мере того, как Бачурина перечисляла симптомы, Джафаров ощущал, как яд все больше проникает в клетки его тела. Почему-то вновь попалась на глаза яркая книжица, лежащая на столе. "Леди-Босс". Кажется, роман посвящен дочке какого-то американского мафиозного босса. Эдакий вариант женского "Крестного отца". Может, начитавшись подобного чтива, вдова решила обратится к методам мафии? Джафарову совсем некстати вспомнился покойный Боксер...