Прокачаться до сотки 3 (СИ) - Соколов Вячеслав Иванович - Страница 47

— Бумс… Хрусть… — Молот со всей дури долбится башкой об стол. И естественно, бедная деревяшка не выдержала. Сломалась.

Мне кажется или Олежа слегка в бешенстве? Ибо чего это он, сурово потерев лоб, поднялся и, выставив перед собой руки, со скрюченными пальцами рванул к Листику?

Бумс… На этот раз голова Молота встречается уже с полом, потому что Степаныч успел поставить ему подножку, а Балагур подтолкнуть в спину, а затем ещё и сверху навалиться.

— Обалдел? У него же взрывчатка! Листик, а ты свали от греха подальше, пока тебе не напинали, — рычит прапор.

— А ну отставить балаган! — рявкаю во всю мощь командирских лёгких. — Балагур, свали с Молота. Мальвина, да перестань ты тянуть Балагура за ногу. А если он брыкнётся ненароком? Молот, сел быстро. Листик, падла, убрал всё взрывоопасное. Степаныч, прекрати ржать. Лаки! Хватит точить ногти, ты так скоро с культяпками останешься. Убрал нож.

— А я-то тут причём? — недоумевает этот тип, даже не двинувшийся с места, во время этой свалки. — Я же ничего не сделал.

— Вот именно, тебе что, на всё плевать?

— Ну хочешь я Листику втащу? — вопрошает, всё-таки убрав нож в ножны.

— Не надо, — отмахиваюсь. — Я ему сейчас сам втащу, если нормально всё не объяснит.

— Вот чё вы такие злые? — обиженно тянет Антошка. — Я же сказал, что для сложных взрывателей нужен маг…

— Р-р-р… — начинает рычать Молот, поднимаясь с пола.

— Простые, на одно действие, без проблем, — быстро заканчивает сапёр.

— Степаныч, есть бумага и что-нибудь писать на ней? — здоровяк недобрым взглядом смотрит на прапора.

— Есть, — тот не долго думая достаёт из своего супер-кармашка лист чистой бумаги и гелевую ручку.

— Откуда? — удивляюсь. — Их же забрали после того, как письма написали.

— Ну-у-у, — отводит взгляд этот пройдоха, — я же и собирал у всех. Так, заныкал одну.

— Одну?

— Конечно, — врёт с честными глазами.

— Ясно-о-о…

А в это время Молот уже что-то воодушевлённо рисовал на листе бумаги. Затем вопросил у нашего сапёра:

— Сработает?

— Только если вот здесь будет стеклянная часть, — тычет пальцем в рисунок Листик. — Надо чтоб было разрушение.

Не выдержав, коллективно подтягиваемся посмотреть, что там эти доморощенный художник накалякал. Хм… Очень похоже на патрон для дробовика. Секция под заряд и под порох. А место о котором идёт речь, это донышко гильзы.

— Та-а-ак… — Молот задумчиво стучит себя по зубам ручкой. — А если там будет тонкий металл, а вместо бойка острая игла, чтоб пробивала?

— Надо пробовать… Но теоритически должно сработать.

— Какая прикольная бутылочка, — раздаётся прямо за моей спиной голос Мальвины.

Оборачиваемся и видим, что эта неугомонная крутит в руках мензурку, наполненную жидкой взрывчаткой.

— А ну отдай! — грозно рыкает Листик.

Локисса вздрогнув, разжимает пальчики, и стекляшка летит вниз. Хвала моей шикарной реакции, я успел поймать мини-бомбочку у самого пола.

— Боец, ты охренела! — гневно сверкаю очами.

— Извините, я случайно.

— Случайно взяла? — прищуриваюсь.

— Выронила, — шаркает ножкой.

— Я тебя точно выпорю, — Молот бьёт правым кулаком в раскрытую ладонь левой.

— Ты только обещаешь, — вздыхает красавица.

— Рраф! Ррррааф!

Народ удивлённо оборачивается к Пуху, затем с ожиданием смотрят на меня.

— Что? — развожу руками. — Я не уверен, но он считает, что пороть надо Молота.

— За что? — выпучивает глаза Олежка.

— За то, что не порешь Мальвину.

— Ррыаф!

— А девушка надеется. Мечтает об этом.

— Неправда! — возмущается локисса. — Не мог он такого сказать.

— Согласен, — киваю. — Про мечты это моё мнение.

— И ничего я не мечтаю, — врёт и краснеет локисса.

— Аха-хах, — ржёт Молот, хлопая меня по плечу. — Жжёшь!

— А ты не ржи, — насуплено убираю плечо из-под могучей лапы здоровяка. Чуть не отсушил, паразит такой. — Мне уже кажется, что она косячит в надежде, что ты рано или поздно исполнишь свою угрозу.

— Неправда, — возмущается локисса, говоря при этом правду.

И непонятно, то ли радоваться, то ли расстраиваться. Ибо как не крути, а если она косячит просто потому, что косячит, с этим придётся как-то жить.

— Эх… Выйдите все, — командую. — Кроме Молота и Мальвины.

— Рраф?

— И Пуха.

— Да ладно, — возмущается Балагур, — тут и так все в курсе кроме…

— Во-о-он! — ору указывая рукой на дверь, даже ножкой топнул.

— Уходим, уходим, — посмеиваясь, Степаныч тянет за собой Балагура и Листика. А Лаки и сам спокойно вышел.

— Мальвина, скажи честно, как ты ко мне относишься? — спрашиваю после того, как дверь за парнями закрылась.

— Э? — открывает рот локисса.

— В смысле? — недоумевает Молот.

— А прямом, — смотрю на друга. — Вот тебя она любит, бывшего мужа ненавидит, с Изи у них дружба. А я? Или давай я помогу. При нашей встрече ты меня люто возненавидела. Да и сейчас порой, когда я Олега строю, начинаешь ненавистью пыхать. Но в остальное-то время как? Когда ты не желаешь долбануть мне по башке чем-нибудь тяжёлым? Вон когда меня оживили, ты же просто счастлива была. Значит, должно же быть промежуточное состояние? И так, как же ты ко мне относишься?

— Эй, что за бред, — трясёт головой Олег. — За что Лизка могла тебя возненавидеть?

— Рраф!

— Пух, фу. Олежа не дурак, он просто толстокожий.

— Рраф?

— Не уверен. Но надеюсь.

— Хватит стебаться, — насупливается Молот.

— Извини, — смеюсь. — Но давай вернёмся к вопросу. Мальвина, красота наша большегрудая, колись.

— Я не могу объяснить, но да, это правда. Иногда я тебя ненавижу. Но сейчас куда реже.

— Объяснить-то я как раз могу, — развожу руками. — Жил-был Молот. Сильный могучий, самый-самый. Альфа-самец одним словом. И тут припёрся я. И заявил, что главный здесь не он. Так?

Девушка, шмыгнув носом, кивает. Дескать, точно, припёрся.

— Значит, не ошибся, — тру подбородок. — Так скажи мне, сестрёнка, как же ты всё-таки ко мне относишься?

— Да, — внезапно на лицо локиссы наползает счастливая улыбка.

— Что да? — хором вопрошаем с Олегом.

— Я точно так же сестренку-Каринилиэль то прибить была готова, то затискать.

— Ага. То есть типа, как к старшему брату? — довольно кивает Молот.

— Вообще-то я старше, — надувает губки красотка.

— Рраф!

— Цыц, женщина, будешь младшей сестрой, — смеюсь. — Вот и определились, а теперь расскажи мне младшая сестра, почему ты нагло врёшь старшему брату?

— Я не вру.

— Мальвина, ты же заметила, насколько я тебе доверяю, раз рассказал про рудник?

На самом деле это не совсем так. Просто эта неугомонная напоролась на пещеру раньше нас. Мы-то по земле шли, а она сверху заметила. Ещё и с охраной подраться успела.

Ну как подраться. Они там офигели когда она свалилась сверху и попытались её пристрелить. Так что нашли мы охрану поскуливающую и держащуюся за уши.

А наша шебутная красотка уже совала везде нос, и, соответственно, нашла пять грамм руды которые были добыты за это время на руднике. Вот и пришлось великую тайну открыть.

— А вот тебе ещё один секрет, я всегда знаю, когда мне врут. Спроси у Олега.

— Ага, так и есть, — тут же подтверждает он.

— У всех есть какие-нибудь тараканы, так что не парься. И так, признавайся. Хочешь, чтоб Молот тебя выпорол?

— Мажор! — в голос возмущается Молот.

— Нет! — мотает головой Мальвина.

— А ещё сестра называется, — огорчено жалуюсь Пуху.

— Рраф?!

— Ну иногда… Не часто… — начинает бубнить эта сумасбродная девица. — Если только ремнём… И не чаще раза в неделю, но можно и два…

— Что? — Олежа судорожно шарит руками вокруг, в поисках стула. Обнаружив же оный, просто брякается на него.

— Не чаще раза в неделю, — грожу ему пальцем. — Больше, только если в качестве поощрения. Ну там за хорошее поведение, — задумчиво чешу в затылке.