На родной земле (СИ) - Пылаев Валерий - Страница 24

Похожие на сабли когти высекли искры из края лестницы, и я отпрянул, едва не свалившись в бездну с другой стороны. Чудом удержался – и тут же замер на середине, где чудовище почему-то не могло меня достать. Не знаю, каких оно на самом деле было размеров… и имелось ли в его теле хоть что-нибудь, кроме исполинской клешни, созданной, чтобы хватать тех, кто оступился на мосту, ведущем в Чистилище. Но даже бездумная тварь подчинялась законам, прописанным то ли демиургами, то ли еще самим Романовым. Гигантские когти оставляли на краях лестницы сочащиеся каменной крошкой зазубрины, но не могли коснуться меня.

Если я не оступлюсь. Если сам не протяну руку, чтобы спасти погибшего друга.

Выдохнув, я зашагал дальше, оставив беснующееся чудовище за спиной. Но стоило мне преодолеть еще два десятка ступенек, как снизу снова зазвучал голос.

– Антор! Антор, помоги мне… Я хочу домой!

Синдри Флокисон. Я узнал его только по огненно-рыжей макушке – лицо парнишки было перепачкано кровью. Он появился из бездны таким, каким я видел его среди живых в последний раз – на свадьбе у Хроки, за несколько мгновений до того, как Рерик выпустил мне кишки.

– Убирайся прочь! – крикнул я. – Ты не Синдри!

Я ожидал, что он окажется еще одной «куклой» и тут же сбросит личину – но на этот раз чудовище – уже другое или то же самое – оказалось хитрее. Вместо того чтобы пытаться меня схватить или просить помощи, Синдри просто заплакал.

– Не уходи, Антор! Я называл тебя своим ярлом – а ты бросил меня! Почему не защитил? Почему я здесь, Антор? – хныкал он. – Почему так?!

Йотуновы кости… Лучше уж лапы и когти. Я понимал, что это не настоящий Синдри взывает ко мне из бездны – но разве не то же самое сказал бы мне парнишка, которого прирезали на свадьбе, как барана?

И я уже знал, кто покажется мне следующим.

– Привет, друг мой. Вот уж не думал снова тебя увидеть.

Сакс не плакал и не просил о помощи. Да и выглядел куда лучше Хроки и Синдри вместе взятых. Красивая одежда – та, в которой он щеголял еще в Фолькьерке, лук за плечами и аккуратно причесанные длинные волосы, перехваченные широкой темно-зеленой лентой.

– А ведь я верил тебе, ярл Антор. – На лице Сакса появилась фирменная ухмылка. – Я пошел с тобой за Большое море на север. Ты обещал дать мне богатство и славу. А что я получил вместо этого?

Я сжал зубы и отвернулся, но голос продолжал преследовать меня.

– Я умер вдали от дома. Из-за тебя, ярл! – кричал Сакс. – Из-за таких, как ты! Вы приходите в наш мир ради развлечения, играете с нами, как с куклами, а потом выбрасываете! По какому праву?! Почему ты еще дышишь, а я должен скитаться в этой темноте до скончания времен?! Почему, почему, почему…

– Почему?.. – вторили остальные голоса. – Почему, ярл? Зачем ты обрек нас на это? Твое место здесь. Ты не достоин жить!

Они все были здесь. Рерик и Сигмунд, Мигель и кузнец Волунд. Хирдманны, имен которых я не помнил. Сигурд, подаривший мне «Воющую ведьму» в мой самый первый день в «Гарде». Старик Тормунд, бывший ярл Барекстада. Все, кому приходилось сражать и умирать за меня. Все, кого я убивал сам.

– Я не желал тебе зла! – Мальчишка, которому я сломал шею посохом Гримнира, ударил кулаком по камням, разбивая руку в кровь. – Я не хотел сражаться! За что ты убил меня, ярл?!

Воины самозваного конунга. Все до единого – даже те, кого я уже не мог вспомнить, хоть и видел в бою прямо перед собой. Лица, до сих пор искаженные яростью и страхом, покрытые копотью и залитые кровью. Старый имперский солдат, которому я снес голову на украденном корабле.

Хильда.

– Это ты виноват, ярл! – Старая ведьма указала на меня крючковатым пальцем. – Я умерла из-за тебя! Ты выпустил в наш мир чудовищ. Выпустил, потому что не желал умирать и оставаться здесь. Но ты все равно пришел сюда! Теперь ты наш!

– Наш! Наш! – хрипели мертвецы, залезая друг на друга и царапая ломающимися ногтями камень под моими ногами. – Останешься здесь! Навсегда!!!

Больше всего мне хотелось зажмуриться или хотя бы заткнуть уши, чтобы не слушать этот вой – но я боялся сделать хоть одно лишнее движение. Если оступлюсь – меня разорвут на части. Если в этом мире есть что-то хуже, чем Окончательная смерть – это прямо здесь, подо мной. Не перерождение, не Чертоги Всеотца, не ледяное Царство Хель и даже не пустошь чистилища – а Ничто. Пропасть без дна и без имени.

– Прошли прочь! – прорычал я сквозь зубы. – Я не виноват!

Я шагал дальше. Вниз, в туман, в которым уже проступала бескрайняя равнина Чистилища. Может, мне на самом деле и не хватало уверенности в своей правоте – но упрямство победило. Голоса мертвецов, зовущие меня к себе, понемногу затихали. Сделанных ошибок не исправить, и убитых уже не вернуть – но кое-что пока в моих силах.

Я пришел сюда за тем, кого еще мог спасти.

Глава 24

Лестница так и не закончилась. Ступеньки просто разошлись вширь и сначала вытянулись, а потом и вовсе слились во что-то вроде наклонного пандуса. Оглянувшись, я уже не увидел ничего, кроме тумана. Чудовища с лицами моих друзей и врагов исчезли вместе с дорогой, которая вела обратно в Навь — на перекресток миров… Впрочем, наверняка я не смог бы подняться по ней вверх. Точку невозврата я прошел, встав на ступеньки, пролегавшие над бездной. Я не понял, когда именно оказался уже в Чистилище.

Там, где есть только одна дорога — вперед. Вряд ли многим — включая игроков, которые вытаптывали просторы «Гардарики» еще с самого альфа-тестирования – случалось побывать здесь дважды. Такой вот сомнительный рекорд… Зато я уже хотя бы знал, что выбор пути среди камней и тумана не имеет ровными счетом никакого значения. И все, что в моих силах – идти быстрее. Рагнар был хитрым политиком, но все же в первую очередь – воином и человеком слова. Он ничем не запятнал свою честь и пал, как и положено храбрецу — в бою, до последнего сжимая меч. Вряд ли путь до моста через реку Гьёлль займет у него так уж много времени…

Нет! Не так!

Рагнар не БЫЛ политиком и воином — он и сейчас тот, кто назвал меня тэном на Серых Островах. Тот, с кем я сражался бок о бок. Тот, кому еще суждено вернуться на Эллиге и мечом взять то, что отняли предатели. Я должен думать о нем, как о живом – иначе мне никогда не догнать его в Чистилище.

К счастью, и моих шагов здесь не замедляет никто и ничто. Только вперед, не оглядываясь и не пытаясь разглядеть скрытых в вечном тумане чудовищ. Пусть я и попал сюда до времени и по своей воле – никто не лишит меня права пройти тропой мертвых. Через холодные камни. А если понадобится – то и через реку Гьёлль до самого дворца Владычицы! И я не уйду без Рагнара. Я и так уже потерял слишком многих. Хроки, Сакс, Синдри, Хильда и еще десятки и сотни тех, чьих имен я не запомнил. Чудовища из бездны пытались напугать меня, заставить усомниться, оступиться и рухнуть прямо в их когтистые лапы – но добились обратного эффекта. И пусть божественный свет Сварога мне здесь не поможет – плевать, хватит и собственного!

– Где же ты, конунг? — процедил я сквозь зубы. – Не спеши. Твое время еще не пришло.

И, словно в ответ на мои слова, туман чуть расступился. Не исчез совсем, не рассеялся – но будто слегка приподнялся над бескрайней каменной пустошью. Он все еще скрывал меня от спящих древних монстров -- но зато я сам теперь без труда видел неторопливо бредущие в никуда фигуры. Кое-какие показались мне смутно знакомыми – среди погибших в битве за Каменец было немало северян. И тех, кто присоединился к нам на Ллохес Ар-и-Мор, и тех, кто бежал с Барекстада.

Но я пришел сюда не за ними, а за тем, кто показался далеко впереди. В отличие от остальных, Рангар не волочился, как зомби, а шагал уверенно и широко, расправив плечи. Будто бы не только знал дорогу, но и спешил поскорее добраться до ее конца. И сразу оттуда – в вечность, в Небесные Чертоги. Мир бесконечных пиров и сражений. Туда, куда уходили его славные предки и друзья. Заслуженная участь – я едва ли мог бы пожелать ему лучшей.