На родной земле (СИ) - Пылаев Валерий - Страница 31

Но я пришел сюда не для того, чтобы наслаждаться видами. Пальцы ног снова начинали понемногу подмерзать – значит, времени у меня мало. И все же вполне достаточно, чтобы подойти чуть ближе и нанести один-единственный удар.

Но когда я снова переключился на «Истинное зрение», меня ждало разочарование. Шатер почти не изменился – только потерял большую часть роскошных красок. Я видел ауры высокоуровневых кешиктенов перед ним и по сторонам -- но стены ханского жилища мой взгляд не просвечивал. Я на всякий случай пару раз посмотрел обычным и снова «Истинным» – нет, никакого эффекта. Похоже, булгарский хан где-то раздобыл особую ткань, способную защитить его даже от ока Видящего.

Досадная помеха – но уж точно не повод повернуть обратно. Поудобнее перехватив копье, я снова зашагал вперед, прошел между двумя плечистыми кешиктенами и через несколько мгновений просочился сквозь стену шатра внутрь. Та оказалась неожиданно плотной, вязкой и как будто даже чуть замедлила движения – но остановить меня все-таки не смогла.

Неужели это будет так просто?

Предводитель булгар был один. Он сидел на огромной медвежьей шкуре вполоборота ко мне и разглядывал какие-то свитки. «Истинное зрение» заботливо подсветило мне – Джаргал, багатур двадцать девятого уровня. Серьезный парень – и все-таки от правителя целой орды я ожидал…

Чего-то покруче? Пожалуй – а заодно и постарше. Выглядел хан чуть ли не моим ровесником. Самым обычным булгарским парнем – разве что с доспехами чуть покрасивее и побогаче, чем у других. Стальной панцирь, с которым хан почему-то не расстался даже в собственном шатре, был украшен золотым орнаментом – почти таким же, как тот, что я видел снаружи на шатре.

Орнамент?!

Я мог разглядеть мельчайшие детали доспеха Джаргала – хотя обычно сквозь разделявшую два мира пелену видел лишь слегка размытый силуэт, раскрашенный цветами ауры. Так значит, он тоже…

Джаргал повернул ко мне голову и улыбнулся.

Он знал, что я иду! С самого начала знал – поэтому и поджидал меня, облачившись в броню и с саблей наготове. Не знаю, когда меня успели заметить – может быть, сразу после того, как я слез с лошади и продолжил путь пешком. Но вместо того, чтобы расстрелять из луков, булгары позволили мне дойти до самого центра их лагеря, где меня и поджидал сам хан. Собранный, готовый и нечеловечески спокойный, будто бы перед ним стоял не колдун-Видящий с волшебным копьем, который пришел забрать его жизнь, а самый обычный воришка.

Я ударил первым – и не знающий промаха Гунгнир меня подвел. Простому смертному никогда бы не удалось увернуться от оружия самого Всеотца, еще и ускоренного моим умением и сверхчеловеческой Подвижностью. Но вместо того, чтобы пробить насквозь тело вместе с панцирем, Гунгнир громыхнул о щит. Небольшой металлический круг тут же треснул и развалился пополам – но свое дело сделал. Удар, который должен был стать для Джаргала смертельным, лишь слегка оцарапал плечо. А сам он крутанулся на месте и встретил меня уже с саблей в руке.

Нечеловечески быстро. Я все еще чуть опрежал его, но умение разгоняться, скользя по тонкой кромке между миров, не принесло привычного преимущества. Джаргал двигался немного медленнее, но в одном со мной слое реальности.

И он был не один! Чутье снова взвыло, предупреждая об опасности, и я успел отступить в сторону за мгновение до того, как на мою голову опустилась сабля. Вслепую ткнув назад рукоятью копья, я перекатился в бок и снова встал в боевую стойку – на этот раз лицом ко всем врагам сразу.

Три, четыре, пять… Я не успел даже сосчитать всех до того, как они снова напали. Сабли молниями засверкали в серой дымке мира духов – и мне снова пришлось высаживать синюю шкалу. Но я не нападал, а только лишь защищался, отбивая один удар за другим. Вряд ли хоть один из кешиктенов смог бы справиться со мной в поединке – но и я не выстоял против всех сразу. Гунгнир вращался в моих руках, как лопасти вертолета. Вспарывал консервные банки доспехов, сбивал шлемы, дырявил щиты и ломал тяжелые булгарские сабли, как игрушечные – но только пока я не высушил в ноль всю синюю шкалу.

Нас всех вышвырнуло обратно в человеческий мир одновременно. От удара сапогом под колено мои ноги подкосились, кто-то из кешиктенов в немыслимом рывке перехватил латной рукавицей древко Гунгнира – и через несколько мгновений самый рослый из них уже сидел у меня на груди, нацелив острие сабли прямо в горло. Для личной гвардии Джаргала схватка тоже не прошла без следа – двое из них так и не смогли подняться после моих ударов – и все же они победили.

А я проиграл.

– Кто же ты такой?

Устроившийся на мне кешиктен осторожно опустил лезвие сабли мне на грудь и посмотрел прямо в глаза. Без злобы – скорее с настороженным любопытством.

Внимание! Вы сопротивляетесь способности «Истинное зрение»!

Что? Да уж, ничего себе у Джаргала телохранители…Дергаться я не стал – на меня смотрели острия сразу пяти сабель – но чуть откатившейся синей шкалы хватило, чтобы «посмотреть» на свалившего меня могучего кешиктена в ответ.

Есугей

Хан 35 уровня

Сила: 7

Телосложение: 6

Подвижность: 9

Восприятие: 5

Воля: 10

Глава 31

Меня развели дважды. Первый раз, когда позволили спокойно пройти в самое сердце лагеря и второй — когда подсунули вместо настоящего хана одного из его телохранителей. Впрочем, ошибиться было немудрено — без подсказки «Истинного зрения» я не смог бы отличить их друг от друга. Сам Есугей выделялся не доспехами или оружием, а разве что габаритами — таких рослых и плечистых среди булгар попадалось немного – запредельными даже для уровня тридцать плюс циферками основных Характеристик…

И взглядом.

Хитрый мужик. Уже не парень, хоть и всего немного старше меня, а именно мужик. И, что куда опаснее – умный. Я без особого труда отрезистил его «Истинное зрение», но он и обычным просвечивал меня не хуже рентгена.

Пучок черных, как смоль, волос на макушке, аккуратная бородка, заплетенная в крохотную косичку и темные колючие глаза. Доспехи богатые, но без излишеств, которые сразу выдают тех, кто в бою предпочитает держаться за спинами своих воинов – я разглядел на блестящем панцире немало царапин и вмятин. Настоящий вождь — и не только по праву рождения.

— Ты желаешь говорить со мной, хан? – спросил я.

– Может быть, – усмехнулся Есугей. – С чего ты так решил?

– Разве твоя сабля недостаточно остра? – Я скосился на лежащее на моей груди изогнутое лезвие. — Если бы ты пожелал – я уже был бы мертв.

– Это так. -- Есугей кивнул. – Ты пришел в мой шатер, чтобы убить меня. Не сразиться в честном бою, а ударить в спину.

– А ты пришел на землю моего князя, чтобы грабить и сжигать города, – ответил я. – Имей я хоть тысячу воинов, я бы сразился с тобой в поле, хан. Но у меня нет ничего, кроме копья, которое забрали твои люди.

Я осторожно шевельнул кончиками пальцев, и Гунгнир едва заметно встрепенулся в руках одного из телохранителей-багатуров. Так я и думал – для того, чтобы лишить меня подарка самого Романова-Гримнира, недостаточно просто его отобрать. Скорее всего, если мне отрежут голову, «привязка» слетит – но проверять это предположение я по вполне понятным причинам не собирался.

– И это так, – снова согласился Есугей. – Ты отважный человек, хоть и не родился в степях. Если ты обещаешь, что не попытаешься бежать, я назову тебя не пленником, а гостем.

– И ты поверишь тому, кто хотел тебя убить? – отозвался я.

– Достойному нет нужды обманывать. – Есугей убрал саблю обратно в ножны, поднялся на ноги и протянул мне руку. – Я сдержу свое слово. А ты?

Вот зараза! Меньше всего на свете мне хотелось пожимать клешню так изящно прокатившего меня булгарина… но не валяться же на земле у его сапог. Синяя шкала откатилась достаточно, чтобы я мог попытаться… Нет, не мог. И сам Есугей, и его гвардейцы умели ускоряться немногим хуже меня самого и все, чего я добьюсь лишними телодвижениями – это еще одна «Окончательная». А она – как и аварийный выход из игры – от меня уж точно никуда не убежит.