Очень Дикий Запад (СИ) - Г. Бар Ульрих - Страница 11

— Я не поверил своему счастью, и было подумал, что меня действительно покусал не гремучник. Но — нет. Я его видел и слышал. Это был именно он. Решив, что это божье проведение, я вспомнил все молитвы, которые знал, и произнес их. Небо дало мне еще один шанс. Так я думал, пока не решил отправиться к колодцу. Взяв ведро, я вышел из дому и, не обращая внимания на ошивающихся в моем дворе двух зевак, решил набрать воды. Тем более что они со мной и не пытались заговорить. Как только я опустил ведро, один из них зарычал и бросился на меня. Я опешил. Такого еще не было. А после секундного замешательства я наконец рассмотрел, что он из себя представлял. Люк, это был уже не человек. Не знаю, как так вышло, откуда во мне взялась та прыть, с коей я метнулся к дому, но мне удалось добежать до двери, прежде чем угодить к нему в объятья. Веришь или нет, но не сомневался я ни секунды.

— В чем?

— В том, что я умер и попал в ад, — пожав плечами, ответил Эд.

— Меня тоже посещали подобные мысли.

— Я взял свой ремингтон и вышел снова. Тварь бросилась на меня, она поджидала у крыльца и похрюкивала от нетерпения… Справился я только с трех зарядов дроби, превратив лицо зомби в решето. Как назло, второй запропастился куда-то, и явсе никак не мог отыскать его глазами. И этого, убитого мной, так оставлять нельзя было. Признаюсь — я не совсем себе верил. Не верил до конца в то, что я подох и попал в ад. Вдруг я просто сбрендил и убил человека? Вдруг яд гремучника помутил мое сознание. Я испугался и захотел избавиться от трупа. Схватил его за ноги и потащил. За колодцем есть канава, туда я решил сбросить тело и прикрыть чем-нибудь, а ночью закопать, пока никто не видит. Тут-то, в тот самый момент, когда руки мои были заняты, а дробовик болтался за спиной, и появился второй.

Эд замолчал. Желваки заходили ходуном на его лице, выдавая крайнюю степень волнения. Сдерживал себя он недолго, и в следующий миг уже кричал:

— Он цапнул меня, Люк! Укусил, тварь такая! Я не мог вас пустить. Я боялся, что, узнав об этом, вы убьете меня, или что я обернусь в зомби и убью вас.

Он замолчал. Лишь его рваное шумное дыхание заполняло комнату.

— Мне очень жаль мальчика, Люк. Поверь. Но… я не знаю.

Эд совсем сник, всхлипывая, сидя сгорбившись на своем месте. Ладони с висков переместились на лицо, прикрывая глаза.

— Дела… — только это и смог вымолвить Люк.

Как бы он поступил на месте Эда? Ответа нет. И не будет. На такие вопросы не может быть однозначных ответов. Если кто-то заявит, что он поступил бы так-то и так, то такое заявление можно смело отправлять в урну с надписью «бред».

— Как ты справился с тем, вторым?

Эд поднял мокрое от слез лицо. Та еще картина. Кровавое пятно от слез «поплыло», и старик стал похож на скверную карикатуру клоуна с неудачным гримом.

— Он запутался в своих брюках и повис на мне. Рубаха не выдержала и порвалась, а ремингтон удачно слетел на локоть. В общем, справился. Оттащил их по очереди за колодец и сбросил в канаву.

— Это все?

Люк видел, как Эд нахмурился, принимая какое-то решение, и после недолгой внутренней борьбы все-таки решился озвучить еще кое-что.

— Я их осмотрел.

— И?

— Не суди меня строго, но я поковырялся в них.

— Что ты сделал? — скривился Люк.

— Поковырялся. Я обнаружил странный нарост у обоих на затылке, — Эд эмоционально хлопнул себя ладонью чуть выше шеи и, видимо, перестаравшись, не рассчитал сил, поморщился. — Я взял нож и вскрыл эти наросты. Внутри первого ничего интересного кроме черной трухи я не нашел, а вот во втором…

Он замолчал и сосредоточенно принялся копаться у себя в кармане. После недолгих манипуляций удовлетворенно «крякнул» и протянул на открытой ладони свою находку.

Взору Люка предстало нечто похожее на пуговицу. Или нет, не так. Скорее это напоминало небольшую серо-зеленую виноградину. Поборов брезгливость, Люк протянул руку и взял находку. Твердая, гладкая.

— Что это?

— Фишка из Вегаса, за сто баксов, — сплюнул с досадой Эд. — Откуда я знаю? Это было в нем.

Странно. На опухоль не похоже. Хотя откуда Люку знать, как выглядит раковая или другая опухоль изнутри? Он не врач. Покатав виноградину между пальцев, он протянул находку ее законному владельцу.

— А что еще мне знать надо? Ты не отрезал от них больше ничего?

— Зачем? — искренне удивился Эд.

— За тем же, зачем ты у них в головах копошился, — пожал плечами Люк.

Эд отмахнулся. Если он и хотел ответить на этот вопрос, то очень быстро передумал. Ломая тему разговора, старик еще раз протянул Люку виноградину и, заметив вскинутые в недоумения брови, пояснил:

— Ты в город собираешься?

— Да, была у нас… — он сглотнул комок в горле, появившейся при воспоминании о Барти. — Была у нас такая идея.

— Отнеси это Холли Гаррет, может, она знает природу этой штуки.

Холли Гаррет — миловидная женщина, работающая в единственном медицинском заведении города. Как к человеку к ней у Люка претензий никогда не возникало, но вот как к специалисту… Тут было много вопросов. Настолько некомпетентного в своем деле человека город до ее появления не видал. Отправляясь к ней на прием, люди, шутя, делали ставки на то, каким будет диагноз. Как говорил местный бармен: — «Приходишь с переломом руки, а уходишь с вывихом мозга и с неизвестно откуда взявшимся воспалением легких». Не будь она любовницей мэра, давно бы вылетела с работы.

— Она лейкемию от чайного пакетика не отличит. Давай, может, Кэтти знает. Хоть она и не врач, а просто ветеринар, но, по-моему, знаний у нее больше, чем у Холли. Зайду к ней.

— Кэтти? Не знаю…

Люк поднялся на ноги и осмотрел себя. Вроде все на месте, ничего не потерял. Патронов осталось мало, с этим надо что-то делать. Вернуться на ранчо? Кто знает, что там творится? Если Макмиллоны добрались до его дома, то что мешает и всем остальным? По словам Барти на их ранчо оставалось немало работников. Нет, только в город.

— А ты не пойдешь со мной?

Эд отрицательно помахал ладонью и нервно облизнул губы. Люку это не понравилось. Что может держать человека в закрытой бетонной коробке, если есть возможность выбраться из нее?

— Что? Что еще?

— Люк, ты же не знаешь… Будь готов удивляться.

— Это еще что за шутки? Говори уже все, что знаешь!

— Части города, большей его части — нет.

— Как так?

— Вот так. Я на крыше когда стоял, с вами говоря, и до этого еще, заприметил странность такую. Нет города. Вернее есть, но не весь. То, что слева от церкви — на месте, а то, что справа — нет.

— Не понимаю.

— Нет школы, нет ветеринарной клиники, нет полицейского участка, нет фабрики. Нет ничего, что было за каналом у церкви.

— А что там?

— Поле.

Люк задумался.

— Руины? Бомбежка? Хотя… Если бы бомбили, то было бы слышно. Тогда что?

— Я не знаю. Но там дальше, еще дальше — лес.

— Откуда лес? Какой?

— Сосновый.

Глава 6

Перекрывая шум газовой горелки, засвистел чайник, послышался перестук чашек. За спиной Люка, взирающего через окно во двор, завозился старый Эд. Звякнула ложка, задев стенку алюминиевой посудины, в которую, судя по запаху, налили кофе. Героический поступок хозяина, ведь с водой в доме, мягко говоря, беда. Чем еще заняться двум мужчинам в ожидании, когда огромное чудовище, смутно напоминавшее одному из них жабу, соизволит покинуть уютный двор и отправится восвояси, открывая путь в «большой» мир с урезанным не пойми как городом больше, чем наполовину? Правильно — ничем, только выпить по чашке кофе, разбавив горьковатый вкус ароматного напитка неспешной философской беседой.

— Жабы не видно? — Эд окликнул гостя, заодно давая тому понять, что готов продолжить обсуждение, прерванное накануне.

Говорили о насущном: Люк убеждал старика отправиться с ним в город, а Эд всячески упирался. Приводились различные аргументы. Когда Эд устал парировать доводы Люка, он просто снял рубаху, демонстрируя укус на лопатке.