Белее снега, слаще сахара... (СИ) - Лакомка Ната - Страница 18

Баронесса что-то забормотала, и я вздрогнула, но король обнял меня еще крепче и снова прижал палец к моим губам, призывая молчать.

- Принесла Диблюменшу нелегкая, - шепнул он мне в самое ухо. – Зато мне так нравится, когда ты молчишь…

Король отпустил меня, но не успела я вздохнуть с облегчением, потому что он сразу же нырнул рукой под мой полушубок, неизвестно когда расстегнув на нем пуговицы.

Я дернулась, открывая глаза, но король удержал меня, успокаивающе поглаживая по спине.

- Тише, тише… - зашептал он, легко целуя меня в висок, в щеку, касаясь губами мочки уха. – Затаись, мышка… И не надо так дрожать. Можно подумать, я тебя съесть собираюсь…

Шептать в ответ я не стала, потому что не была уверена, что голос меня послушается, но слегка шлепнула его ладонью по скуле и погрозила пальцем.

- Дерешься? – король перехватил меня за запястье. – А что я сделал? Всего-то мечтал… о миндальных пирожных… А ты не хочешь их попробовать?

Это было верхом неприличия – обниматься вот так на глазах у посторонних. Ну, не совсем на глазах… Только если бы баронесса посмотрела наверх…

Неприлично, вульгарно, грубо!..

Я свирепо толкнула короля плечом, показывая, что желаю свободы, он попытался поцеловать меня, и некоторое время мы молча и осторожно боролись, стараясь не шуметь.

Баронесса прекратила бормотать и со стуком захлопнула книгу.

Мы с королем замерли, прекратив борьбу и стараясь даже реже дышать.

Госпожа Диблюмен с трудом подняла и поставила на полку шкафа фолиант, а потом долго возилась с замком, запирая его.

- Я закончила, - объявила она громогласно, и господин Шнитке тут же появился, забирая фонарь.

- Надеюсь, вы нашли, что искали, - он суетился вокруг баронессы, подсвечивая ей дорогу. – Мои наилучшие пожелания ее высочеству…

Стукнула дверь, и в зале стало тихо.

И вместе с этим стуком рассеялось волшебство.

Я наотмашь ударила короля по руке и демонстративно вытерла губы рукавом.

- Что же вы делаете, ваше величество, - сказала я презрительно. – Как себя ведете! Будущая теща чуть не застукала, когда вы прятались в темноте с девицей из кондитерской лавки. Фу, какой скандал.

- Не прятался, просто затаился, - запротестовал король. – Я о тебе думал, глупая!

- Потрясена вашей заботливостью, - зло ответила я, потому что оспаривать «тещу» он не стал. – А теперь не хочу вас слушать, а хочу отсюда спуститься. Немедленно.

Король молчал, а меня просто распирало от злости. Вот они – мужчины! Даже те, которые должны показывать пример всем остальным! А может, корона только добавляет им вседозволенности и нахальства.

- Хочу спуститься, немедленно, - повторила я холодно.

- Сейчас, - проворчал он, сел на пол балкона, повис на руках, держась за балясину, и спрыгнул, ловко приземлившись.

Перегнувшись через перила, я смотрела, как он поднимает лестницу и приставляет ее к балкону, чтобы я могла спуститься.

- Отойдите подальше, - велела я ему. – Не желаю, чтобы вы любовались на меня снизу.

- И не собирался, - буркнул он, но послушно отошел в сторону.

Я подобрала шапку, которую его величество уронил на балконе, когда так мило лазал под мой полушубок, и сбросила ее вниз. Король поймал ее влет.

Плотно прижав юбки, я начала спускаться. Было неловко держаться только одной рукой, и я еще больше сердилась, потому что выглядела сейчас так же изящно, как гусеница, ползущая по мокрому после дождя листу.

Перекладина лестницы под моей ногой треснула и сломалась пополам. Я попыталась схватиться за лестницу двумя руками, но будто кто-то невидимый толкнул меня в грудь, и я полетела вниз быстрее, чем успела хотя бы взвизгнуть.

19.

Я непременно расшиблась бы, слетев с такой высоты, но меня подхватили сильные мужские руки – король оказался на удивление проворен. Мы упали, и его величество умудрился удержать меня на себе, чтобы я не ударилась о каменный пол. Прошло несколько секунд, прежде чем я пришла в себя и поняла, что лежу спиной на мужчине, а он обнимает меня за пояс, сцепив руки на моем животе. Сердце мое стучало с бешеной скоростью – словно пыталось вырваться из груди. А король держал так крепко…

- Отпустите немедленно! – зашипела я и скатилась с него, торопливо запахивая шубу.

Я ожидала, что он снова начнет язвить, и даже приготовилась ответить не менее едко, но король продолжал лежать, безвольно уронив руки и закрыв глаза.

- Ваше величество? – позвала я, перепугавшись еще больше, чем когда летела с лестницы.

Ответа не было, и я чуть не застонала от отчаяния. Не хватало еще прибить короля в городской библиотеке! А если он жив и просто потерял сознание, то что произойдет, когда очнется?! Он не мог забыть три дня плена в течение десяти лет, а уж эту-то оплошность точно не простит!

- Ваше величество, - я едва не плакала и подползла к нему на коленях, вглядываясь в лицо. – Вы в порядке? Ответьте, пожалуйста! – я распахнула на нем полушубок и прижалась ухом к груди, выслушивая сердце.

Сердце билось ровно и сильно. Я вздохнула с облегчением – жив! Только почему лежит, как мертвый? Ощупав голову короля – не поранился ли, я принялась ощупывать его самого. Только бы не сломал ничего, только бы упал удачно…

Постойте. Но он прекрасно держал меня, когда мы упали.

- Что же ты остановилась? – сказал вдруг король, не открывая глаз. – Продолжай. Я совсем не против, даже наоборот. Это чертовски приятно.

- Ваше величество! – воскликнула я с упреком, отдергивая от него руки. – Какие недостойные шутки!

- Ну вот, - он приподнялся на локтях, хитровато посматривая. – Сразу ругаешься. А могла бы поблагодарить за спасение жизни.

- Благодарю, - ответила я сердито. – Я испугалась, между прочим.

- А как я испугался, - он схватил меня за руку и дернул на себя так быстро, что мне только и оставалось, что ахнуть и завалиться на него. – С чего это ты решила падать, Мейери Цауберин?

Лежать на груди мужчины, который только что беззастенчиво приставал к тебе, да еще понимать, что этот мужчина – самый влиятельный человек в королевстве… Тут было отчего закружиться голове. Но я приказала себе не поддаваться королевскому очарованию.

- Это произошло неумышленно, - заверила я. – А вам лучше бы меня  отпустить.

- Зачем? – он только посильнее притиснул меня к себе.

Зачем было обнимать меня так крепко? И так смотреть?..

Мое сердце, только что успокоившее свой безумный бег, снова застучало быстро и неровно. Почему нельзя приказать сердцу быть послушным?

- Конечно, лучше бы мы с тобой лежали не на полу, а на постели, - заявил король. – Но ничего, меня и так все устраивает.

- А меня – нет! - отрезала я. – Сейчас вернется ваша теща…

- С чего бы она – теща? – ответил король с раздражением, но сразу же разжал руки.

Поднявшись на ноги, я отряхнула юбку и с вызовом застегнула свой полушубок на все пуговицы. Король тоже поднялся, нашел шапку, отлетевшую в угол, и отряхнул ее о колено.

- Я еще не выбрал невесту, - сказал он многозначительно.

- Так выбирайте, - отозвалась я. – Их у вас почти двести штук – всех мастей и на разные вкусы. А от меня держитесь подальше.

- Будешь приказывать королю? – он подбоченился и подошел ко мне, насмешливо глядя сверху вниз.

- Нет, ваше величество. Просто прошу, - я отвернулась, чтобы не смотреть ему в лицо, потому что его близость смущала невероятно.

- А как жених смотрит на то, что ты встречаешься по ночам с другим мужчиной? – спросил король небрежно.

- Начнем с того, что я не встречалась. Это вы преследуете меня.

- Хм… - презрительно скривился король.

- А закончим тем, что Флипс мне не жених, - сказала я, повязывая платок.

- Пекарь – не жених? – живо переспросил король.

- Мельник, - поправила я его. – Филипп – мельник. Когда вы запомните это, ваше величество?

- Но он сказал, что…