Белее снега, слаще сахара... (СИ) - Лакомка Ната - Страница 5

4.

- Так, а что мы стоим? – переполошился мастер Лампрехт. – Витрины пусты! Быстро, быстро! Готовим новые пирожные!

- Вот и готовьте, - я вспомнила, что собиралась бежать из города и шагнула, чтобы забрать у лавочника сумку, но тот проворненько спрятал ее за спину. – Не глупите, господин Лампрехт, - сказала я по-доброму. – Я все равно уеду, ноги моей больше в этом городе не будет.

- Не позволю! Не позволю! – мастер затрясся, как желейное пирожное. – Ты в уме?! Мы можем получить заказ на королевскую свадьбу, а ты решила все бросить?!

- У вас четыре помощницы, справитесь.

- Четыре помощницы с руками со спины! – воскликнул отчаянно мастер. – Ты не можешь меня бросить!

- Вы не умрете от несчастной любви, - пообещала я ему. – Давайте сумку, и я…

Колокольчик снова звякнул, и мы с хозяином оглянулись на дверь. В лавку вошли две дамы, одетые богато и элегантно. Они сбросили капюшоны плащей, отороченных мехом, и я немедленно узнала и ту, и другую. Блондинка из свиты принцессы Маргрет и дама Диблюмен, следившая за разгрузкой королевского каравана.

- Добрый день, сударыни! – тут же бросился к ним навстречу мастер Лампрехт. – Чем могу быть полезен? Королевский повар только что забрал все сладости подчистую, но у меня остались припрятаны коврижка и ромовый пирог, если будет угодно…

- Мы возьмем коврижку и пирог, - любезно сказала госпожа Диблюмен, оглядывая лавку. – Нам рекомендовали обратиться к вам, и в придачу к покупке я хотела бы сделать заказ.

Скользнув по мне взглядом, госпожа взяла блондинку под руку, и я поняла, как они похожи. Наверняка – мать и дочь. Но если у блондинки личико было розовым и сдобным, дама Диблюмен обладала тяжеловатым волевым подбородком и колючим пристальным взглядом.

- Нам нужны заварные пирожные, - принялась перечислять она, - бисквит и десятка два шоколадных конфет на ваш выбор.

- Завтра именины у принцессы, - защебетала блондинка, - это будет подарок…

- Незачем говорить об этом, Клерхен, - остановила ее госпожа Диблюмен. – Сколько это будет стоить? – она достала кошелек, и мастер Лампрехт тут же назвал цену.

Дама не стала торговаться, чем поразила моего хозяина до глубины души, и он едва не прослезился от счастья. А блондинка Клерхен заметила меня, стоявшую у витрины.

- О! Барышня Цауберин! – пропела она, - Как мило встретить вас! Вы так быстро убежали, что мы с матушкой не успели спросить, где находится ваша милая лавка. Пришлось спрашивать у местных.

- Надеюсь, вы искали недолго? – участливо поинтересовался мастер Лампрехт, пересчитывая талеры. – В Арнеме каждый знает, где находится «Пряничный домик».

- Да, и все вас очень хвалили, - с улыбкой заметила дама Диблюмен. – Когда мы сможем получить заказ?

- Сегодня вечером, - щедро пообещал хозяин. – Куда прикажете доставить?

- В замок, - ответила дама. – Для баронессы Динеке Диблюмен, будьте любезны.

Сказав это, она бросила на меня взгляд – вроде бы и ничего особенного, но мне сразу стало холодно, как будто я по шею провалилась в сугроб. Баронесса Диблюмен… Наверное, важная особа.

- Пусть заказ принесет ваша доченька, - защебетала Клерхен, обращаясь к мастеру. – Мне будет очень приятно снова встретиться с ней. Принцесса была очень к ней добра.

- Конечно, несомненно, - забормотал хозяин, но я тут же разоблачила его ложь.

- Я ему не дочь, - объяснила я с улыбкой, заставив мастера Лампрехта помрачнеть. – Я просто работаю в «Пряничном домике».

Диблюмены переглянулись, а потом дама Динеке сказала с оскорбительным высокомерием:

- О! Вот как.

Так могла бы сказать королева, услышав какую-то странную или неприличную новость.

- Но нам сказали, что вы живете здесь?! – изумилась Клерхен, вытаращив голубые глаза.

- Клерхен, - тихо и строго одернула ее мать, и блондинка виновато повела золотистыми бровями.

Мастер Лампрехт покраснел, но я не позволила себя смутить.

- Да, живу здесь, - сказала я почти весело. – Мои родители умерли, и мастер Лампрехт позаботился обо мне, за что я ему очень благодарна. Он – самый добрый и отзывчивый человек, какого я только знала. А лучшие сладости получаются именно у добрых людей, поэтому покупайте наши конфеты смело – они самого лучшего качества и вкуса.

Хозяин взглянул на меня с благодарностью.

- Это достойный поступок, - степенно сказала дама Диблюмен. – Значит, вы – сирота? Мне очень жаль. Отчего же умерли ваши родители?

- Отец умер еще до моего рождения, - ответила я, немного удивленная таким участием, - а мама умерла десять лет назад, у нее были слабые легкие.

- Печально, - почти прошептала дама. – И вы всю жизнь прожили здесь, в Арнеме?

- Совсем нет, - возразила я. – Мама умерла в Брохле, а я потом жила в Маркене, там меня встретил мастер Лампрехт и предложил пройти обучение в его кондитерской. В Арнеме я лет пять.

- И всему научилась лучше меня, - подхватил хозяин. – Какие Мейери делает ореховые крендельки!..

- Чудесно, их мы тоже закажем, - сказала дама Диблюмен, и хозяин просиял и бросился целовать ей ручку. – Надеюсь, ваши горести закончились, барышня, - дама кивнула мне и мягко, но непреклонно  остановила мастера Лампрехта. – Всего доброго, будем ждать заказ.

- И вам всего доброго! Удачной дороги до замка! Ясного дня! – мастер придержал двери, пропуская женщин, и мы с ним снова встали у окна, глядя, как дамы из королевской свиты садятся в легкие сани, запряженные серыми в яблоках лошадьми, укрываются медвежьими шубами, приветливо кивают горожанам, выбежавшим на улицу поглазеть на новых посетителей нашей лавки.

- Сейчас заказы точно повалят! – произнес мастер дрожащим голосом. – О, славный день!.. – он бросился за прилавок, пряча выручку в тайничок в столе.

- Отдайте сумку, - сказала я устало.

- Никуда ты не поедешь! – отрезал хозяин. – С чего вдруг?!

- Есть причины, - на меня вдруг навалилась такая усталость, что пришлось сесть на скамеечку у входа. В самом деле, удивительно, что я не свалилась сразу после встречи с его величеством, а еще пробежала половину города.

- Ты что-то неважно выглядишь, - соизволил присмотреться ко мне хозяин, предусмотрительно убрав сумку подальше под прилавок. – Возьми пастилы или цукатов, а то побледнела вся.

Я вытащила из поясной сумочки свое любимое лакомство – дынные цукаты, и сжевала несколько штучек.

«Твои поцелуи сладкие, как дынные цукаты…».

Едва не застонав, что на ум приходят всякие глупости, я поднялась со скамейки, снова обретая силу и бодрость. Правильно говорила моя мама – когда все плохо, съешь конфету, и сразу полегчает.

- Мейери, не делай глупостей! – заблажил хозяин, но я уже отодвинула его в сторону и схватила с пола сумку. - Вы должны мне еще пять талеров, - обрадовала я мастера Лампрехта, - и если не хотите получить синяк под глаз, то не смейте…

Зазвенел колокольчик, стукнула дверь, впуская нового посетитетеля, и я ахнула, торопливо поклонившись, а следом за мной – ничего не понимая, но на всякий случай – поклонился хозяин.

В нашу лавку вошла принцесса. Принцесса Маргрет. Гретель.

- Как замечательно здесь пахнет корицей, - сказала она, сияя глазами – такими же синими, как у брата. – Обожаю этот запах! Он сразу напоминает о празднике! А я к вам, барышня Цауберин, - она присмотрелась к дорожной сумке, которую я держала в руках, и спросила: - Но вы куда-то уезжаете?

5.

 - Да, ваше высочество… - пробормотала я, смущенная тем, что принцесса могла услышать, как я разговаривала с хозяином лавки. – У меня дела в соседней деревне…

- Очень жаль, - принцесса посмотрела на меня с огорчением. – А я так надеялась, что вы поможете мне.

- Конечно, она поможет! – завопил мастер Лампрехт. – Все дела подождут! Какие могут быть дела, когда ее высочеству нужна помощь! – он воспользовался моим замешательством и выхватил у меня сумку, прижав ее к груди. – Сказать по-правде, ваше высочество, - заявил этот предатель, - она напугана тем, что его величество приказал ее схватить при всех. Я-то убежден, что произошло обыкновенное недоразумение, но вот Мейери решила бежать – и куда подальше.