IMPERIUM (СИ) - Шек Павел Александрович - Страница 114

– Не надо говорить так, словно меня тут нет, – возмутилась она, но заработала строгий взгляд от Бристл и ещё больше насупилась. Хотя куда уже – и так может взглядом скатерть прожигать.

– Я говорил с Грэсией Диас, моей наставницей, по поводу Анны. Дня через три-четыре, как только шрамы начнут грубеть, можно будет провести процедуру по их удалению.

– Альвар, приезжайте к нам чаще, – сказала Бристл, незаметно наступив мне на ногу. Я так и не понял, что сказал не так. – И ты, Анна, тоже. Мы всегда будем рады видеть тебя. Вижу, ты заказываешь платья у Генриха Эдда, а к нему не просто попасть даже нам с Александрой. С его исключительным талантом никто не сравнится. Поэтому приходится выискивать пути и подходы к мастеру Эдду.

– Женщины, – вздохнул я, виновато посмотрел на Альвара. Затем отделил ещё кусочек пирога и положил в рот.

– Генрих – друг нашей семьи, – сказала Анна. – Дедушка много помогал ему раньше.

– Платье, которое ты выбрала для бала у Блэс?

– Да, это тоже его работа, – улыбнулась Анна.

Минут на десять, пока мы пили чай, женщины перехватили разговор, перескакивая с одной темы на другую. Вспомнив бал, они начали обсуждать какую-то незнакомую мне женщину, перечислив все её драгоценности до последнего колечка на пальце. Когда же они закончили пить чай, Бристл повела Анну во двор чтобы показать парочку огненных псов, отдыхающих на заднем дворе.

– Дед Альвар, – сказал я, когда девушки ушли, оставив нас наедине, – нет у меня к Вам претензий, да и не было никогда. Анна только испортила первое впечатление при знакомстве. Но единственной семьей для меня всегда был дед Викар. Сейчас же между нами пропасть в два десятка лет.

– Больно близких людей терять. Когда обретаешь их вновь… – он задумался на секунду, – на сердце становится теплее и радостней.

– Не знаю, – честно признался я. – Пока ещё не разобрался. Вот Вы скажите, разве не хотелось отомстить за смерть дочери, за внука? Не понимаю, как с этим можно спокойно жить.

– Хотел, – искренне ответил он. – Подготовил план, собрал доверенных людей. Но меня отговорили. В Империи в то время была тяжёлая обстановка, а Теовины – одни из немногих, кто поддерживал Вильяма. Моя месть могла стоить ему трона и развязать гражданскую войну между востоком и западом. Вскоре меня отстранили от дел, и Хорц сделал так, что любые мои попытки навредить Теовинам ни к чему бы не привели. Он слишком хорошо знал меня.

Он действительно говорил то, что думал. И мне на секунду показалось, что он мог воплотить в жизнь тот самый план, о котором говорил. Возможно то, что его отговорили, не сломало, но надломило его.

– Оставим это в прошлом, – сказал я. – Скажите, у Вас есть портрет ма… Кармеллы?

– Я привёз один, – он кивнул. – У нас дома ещё много семейных портретов. Можешь забрать любые, какие понравятся. Могу порекомендовать пару, где ей десять лет и тринадцать. Каждый раз улыбаюсь, глядя на них.

– Спасибо, – я кивнул, затем посмотрел на прикрытые двери в гостиную. – Сессилия, входи. Что случилось?

Бывшая охотница на магов вошла, продемонстрировав конверт с печатью лавки Алхимика. Помню, говорил ей, что это одни из приоритетных посланий и писем, которые стоит сразу доставлять мне, а не ждать пока я проснусь или закончу важные дела.

– Курьер доставил срочное послание, – она протянула письмо.

Я быстро пробежал по тексту, ничего не понял, прочёл ещё раз, но более вдумчиво. Понятнее стало лишь отчасти.

– Если ты не против, я бы прокатился с тобой до лавки Алхимика, – сказал Альвар. – Давно хотел посмотреть на неё. Печать на конверте, – пояснил он на мой вопросительный взгляд. – Старая привычка запоминать любые печати и символы, которые видел хотя бы однажды. Для этого есть несложная методика.

– У меня прекрасная память и без методик, – я немного улыбнулся. С печатью понятно, но как он понял, что я захотел туда поехать? Наблюдательный старик. – Что ж, можно прокатиться. Сесси, распорядись, чтобы подготовили повозку.

Пока готовили повозку, в дом занесли картину Кармеллы Крог. Красивая и обаятельная молодая женщина. Портрет был написан за пару месяцев до моего рождения, и художник хорошо передал эмоцию предстоящего события. То, как она положила одну руку на округлившийся живот, как смотрела с картины. Тёмно-рыжие волосы у неё были собраны в тугую причёску и укрыты прозрачной сеточкой, чтобы не растрепались. Вот только не смог разобрать цвет глаз – зелёными они были или синими. Я простоял вот так минут пятнадцать, не в силах оторвать взгляд. Затем немного севшим голосом попросил, чтобы портрет повесили в моём рабочем кабинете и, решительно развернувшись, вышел из дома.

Через весь город мы ехали молча. Я был поглощён тяжёлыми мыслями и не следил за дорогой. Мы ранее долго совещались с Кларой о том, где лучше разместить лавку. И, как окончательный вариант, решили, что неплохо подойдёт торговая улица, проходящая рядом с пансионом Матео. На ней как раз размещался памятный ломбард, в паре кварталов от которого сняли дом бывшие целительницы из легиона. Они договорились с хозяином, чтобы со временем выкупить дом. Пусть он был и маленьким, хотя и двухэтажным, наверняка стоил непомерно. Они, кстати, так и не сказали, сколько именно.

Немного не доезжая до лавки, повозка остановилась. В намерениях Ивейн появилось желание объехать затор, а ещё выйти и всех разогнать.

– Дальше дороги нет, – сказал я Альвару. – Придётся пройтись пешком.

Виера уже открыла дверь, подставляя подножку-ступеньку. Альвар жестом остановил меня, показывая, что помощь ему не нужна. Я бросил взгляд на Виеру, и она поспешила взять старика за локоть, чтобы он не упал, когда спускался. Выйдя следом, я понял, почему подъехать к лавке не получилось. Перед ней стояло несколько повозок, растянувшихся на половину квартала. У самого здания толпились люди, среди которых мелькали красные плащи. Конфликт постепенно переходил в ту стадию, за которой обычно начинается хорошая драка. Спорящие так разошлись, что едва не прозевали появление асверов. Меня же заметили, только когда я подошёл достаточно близко. Из всех присутствующих я знал только пару боевых магов – подчинённых барона Тэнца. Их противниками были маги, предпочитающие ходить в обычной одежде, но по силе ничуть оппонентам не уступающие. Их старший так вообще ощущался весьма сильным магом, но, судя по отсутствию следов загрязнения, не практиковал.

– Доброго дня, – поздоровался я, обводя взглядом собравшихся. – Что за шум и разборки рядом с моей лавкой?

– Герцог Хаук, я полагаю, – замеченный мною сильный маг, не носящий мантию, посмотрел на асверов. Сделал какую-то пометку у себя в голове, затем обозначил короткий поклон. Он был выше меня ростом, с приятным, располагающим лицом и мягким голосом. – Позвольте представиться. Барон Каска́, Петроний. Сегодня в Вашу лавку должны привезти первую партию очищающих зелий. Мы договорились с госпожой Тим...

– А мы договорились с господином герцогом! – влез помощник Тэнца. Маска, которую он носил, должна была покраснеть и лопнуть от эмоций и злобы, которые в нём бурлили.

– Кто вы? – Петроний бросил на него испепеляющий и презирающий взгляд. – Группка магов, которая мнит себя гильдией?

– Спокойно, – остановил я их. – Я обещал, что гильдия Боевых магов сможет купить в лавке зелья. Не все разом, – опередил его. – Зелья нельзя долго хранить, и толку, если вы купите всю партию? Барон Тэнц обещал посчитать, сколько будет нужно на первое время. К тому же через две недели будут готовы ещё зелья. Так, а Вы? – я посмотрел на ещё одного мага. Я его видел где-то, но не мог вспомнить сразу.

– Лагос, Гар, можно Гэр. Я от гильдии целителей.

– Да, точно, Лагосы, – я вспомнил, кого он мне напоминает. – Виктор, преподаватель в академии, Ваш родственник?

– Младший брат, – кивнул он.

Гар с южного диалекта имперского языка означало «низкорослый». Довольно распространённое имя. Родители называли так мальчиков в надежде, что они вырастут и будут высокими и сильными. Это работало всегда. Лично я не знал ни одного коротышку Гара. Собственно, и этот был высок, но не мог похвастаться широкими плечами. В перепалке он не участвовал, но не прочь был послушать, что говорили и за что бились маги.