Не сердите толстяка (СИ) - Соколов Вячеслав Иванович - Страница 44

— Тома, — дёргаю её за палец на руке, — не неси фигню. От одного раза ничего не будет. Давление просто проверим потом и всё.

— Нет, — мотает шевелюрой. — Только так: браслет, ноутбук и твоё слово.

— Ладно, — вздыхаю, — уговорила. Только и ты мне пообещай, что у нас будет секс, а не твои большие глаза и заявление что ты обещала только миньет, или того круче, помочь передёрнуть. Да ты охренела! — гаркаю во весь голос. Возмущению моему нет предела. Судя по забегавшим глазкам, так бы всё и было.

В конце концов Тома сдалась, пробубнив что-то типа:

— А-а-а… семь бед, один ответ, — и тут же предложила, принести мне чего-нибудь успокоительного, ну чтоб не смущать пациентку, своим перевозбуждённым видом. Согласился, ну а что? Пить я это точно не буду. Не доверяю ведьмам…

И знаете что, не ошибся. Хотела она меня коварно травануть, ядом жутко опасным для потенции моей, сильно мне необходимой. Вот только, там где она училась зельями мужиков травить, я там учебную программу писал. Да-да. Принесла такая, пока я титьки сосредоточенно наминал, поставила кружку с дымящимся напитком, чмокнула меня в щёку, куснула за ухо, хлопнула по заднице, при этом ещё и жамкнув пару раз. Короче усугубила моё состояние до крайней позиции. Чтоб я прямо залпом и не остужая выхлебал то, что она мне принесла. И вихляя задом удалилась.

На пороге обернувшись, очень томно вздохнула, да так что грудь почты вывалилась из выреза. Ну, по крайней мере, ореолы сосочков я увидел. Губы значится, облизнула. Ну я чтоб прекратить это… Схватил кружку и обжигаясь, очень шумно втянул в себя напиток. Барсик в это время отчаянно жестикулировал со шкафа и мотал башкой. Не пей мол, импотентиком станешь.

Тома многообещающе подмигнула и скрылась за дверью, я же рванув к раковине просто выплюнул то немногое, что попало мне в рот пока я симулировал супер глоток. Для надёжности ещё и прополоскав водичкой. Вы же не думали, что я и вправду это выпил? Серьёзно? Я что похож на идиота? Тома, которая, только недавно пыталась обуть меня во время договора, резко начала соблазнять меня и так на всё готового? Тьфу. Мне за вас стыдно. Вон даже Барсик с умным видом кивает, что уж он-то не сомневался во мне. А вы? Фу-фу-фу такими быть.

— Думаешь, что после чая не сможешь пользоваться своим дружком? — раздаётся шёпот улыбающейся Ирины.

— Да сто пудово, — усмехаюсь, выливая остатки в раковину, типа выпил. Кого-то ждёт сюрприз.

— А ты коварный тип, Тимофей, — по-доброму грозит пальчиком, весьма симпатичная пациентка. — И чего она сопротивляется. У вас же что-то было, как я поняла?

— Что-то, может, и было, — принимаюсь снова наминать ей грудь, приводя её во всё более хорошую форму.

— И что? Поссорились?

— Нет, — вздыхаю.

— Тогда в чём проблема, — не понимает женщина, — у тебя судя по всему, всё работает, да и размерчик. Кхм… Ну судя по всему, — тихонько смеётся.

— Болел…

— Чем? — аж подскакивает. Титьки тоже подскакивают, весьма аппетитно кстати. Ай, какой я молодец, какую красоту женщине сделал. Мало того, что ничего больше не висит так и лифчик ей теперь побольше потребуется. На размер как минимум. А что? Она же жаловалась, что и так грудь мелковата, так ещё и висит. А Тима парень благодарный, Тима помнит, кто Томе мозг промывал и, благодаря кому, у него будет секс. Секс, секс, как это мило. Секс, секс хотя б разочек!

— Давление, — смеюсь, — а не триппер, как вы подумали.

— Да ничего такого я не думала, — смущается, пытается прикрыть грудь руками, потом понимает как это глупо, очень мило краснеет, отводит глаза и вновь ложится на кушетку. — Извини, Тимофей. И пожалуйста обращайся на ты. Мало того, что ты меня всю облапал, — пытается скосит глаза и посмотреть, чего это я с её животом делаю. — Так ведь ещё и матом покрыл неслабо.

— Извините, — смущаюсь.

— Да ладно, — отмахивается, — заслужила. Тимофей, а что ты делаешь. Грудь то сверху, — смешок.

— А что понравилось? — ехидно улыбаюсь.

— Только мужу не говори, — пытается спрятать улыбку. — Но всё-таки?

— Да всё уже, иди вон в зеркало посмотрись.

Садится на кушетке и смотрит вниз, на свою грудь. Которая, стоит торчком, как будто ей снова восемнадцать. Судорожно сглатывает, хватает их руками и сжимает несколько раз.

— Ой… ты прям волшебник, Тимофей.

— Лучше Тим, ну или Тимоха. А то Тимофей слишком официально. Сама же говорила, что я не только матом тебя покрыл…

— Но и облапал всю, — произносит обалдевшим голосом, стоя перед ростовым зеркалом на стене. — Так давно не видела свою собственную грудь, что она как чужая. Даже больше кажется. Как такое вообще возможно то? Не врут слухи значит про вас то, не врут, — и резкий переход: — Спасибо, Тим. Ты лучший.

— Да, пожалуйста, — улыбаюсь. — А слухам не верь, врут они всё. И сама особо не распространяйся, — улыбаюсь, — нам паломничества не надо.

— Да помню я всё, — и тут она увидела, что я делал с животом: — Нет растяжек? Тима, их нет? Совсем? — бездонные в своей черноте глаза просто светятся.

— Бонус, только бабке моей не рассказывай.

Вот нравится мне, когда меня гологрудые женщины обнимают. Ничего не могу с собой поделать. Нравится. А вот когда Ирина начала одеваться и приключилась проблема с лифчиком, который почему-то стал меньше, чем был, и она сообразила наконец-то, что ей не показалось… То схлопотал вполне заслуженный поцелуй в губы:

— Тимка, ты просто… Просто… — пытается подобрать слова. Я же не мешаю. Ну а что, пусть хвалит. В результате она сказала, что обо мне думает. Вот пока одевалась, всё высказывала, от всей души, так сказать. А закончила вот так:

— Это же я так понимаю тоже бонус? — киваю. — Ты даже не представляешь, что для меня сделал.

— Но догадываюсь, — радостно скалюсь.

— Ну, тогда вот что… — достаёт из сумочки визитку, — в любое время и абсолютно бесплатно.

Демонстративно не смотрю на то, что там написано, беру кусок картона и кладу на стол, надписью вниз:

— Бесплатно, даже мухи не… летают, — подмигиваю, — ты для меня тоже кое-что сделала. Так что мы в расчёте.

— Нет, — видно, что Ирина начинает сердиться, — я слов на ветер не бросаю. Ты, возможно, спас мой брак. И очень сильно помог в карьере.

— Не говори ерунды, — отмахиваюсь, — ты красивая. А если от тебя мужик сбежит из-за пары растяжек на пузе, так и пусть катится.

— Дурак, — смеётся, — когда двое детей на мир смотришь по-другому. И муж у меня хороший. Сам-то небось кривился, когда я только разделась? А? Так что не суди.

Киваю. Ну а что тут сказать. Всё верно сказала:

— Ир, я вообще-то про растяжки, а не про грудь, — отмазываюсь.

— Кхм… Ну да ладно, проехали. В общем, всё верно, я тоже немного не так выразилась, брак ты мне спас, когда форму груди вернул.

— Но за это заплачено? — вздёргиваю вверх палец.

— Да, — кивает, — и отсутствие растяжек это очень много. Можно сказать, одно только это, всё что я, якобы, для тебя сделала, перекрывает.

— Ну, я бы так не сказал, ты вон Тому…

— Ой, да не надо, — отмахивается от меня.

Кстати Ирина весьма забавно смотрится, с лифчиком торчащим из кармана. Не стала заморачиваться, и натягивать его на себя. Видимо я мал-мало перестарался с размерчиком груди. Хотя… Точно! У неё лифчик и так был меньше чем надо, она, когда раздевалась, у неё чуть не вываливалось из него. Ну вы понимаете. Женщины частенько так делают, чтоб грудь казалась больше и выпирала круче. Ой, что-то я отвлёкся на приятное.

— Если бы она сама не хотела, чтоб её уговорили, это было бы пустое сотрясание воздуха, а так вроде уважительная причина. Я, знаешь ли, в людях разбираюсь и вижу, что она к тебе не ровно дышит. Так что прекрати.

— Ладно, — поднимаю руки, — прекратил. Уговорила. Вот только это не отменяет: бесплатно и в любое время. Это может проканать раз-два, а потом тебя это начнёт напрягать. Ну и… Ты же умная. Сама понимаешь.

— А ты тоже не дурак, — смеётся.